Сын льва - Андрей Астахов

Великая Шантэ, ведь она когда-то любила этого человека!

Трясущееся, скулящее от страха существо, ползающее у ее ног в луже мочи, – человек?!

Каста занесла меч.

– К-а-а-а-с-х-ик-н-е-е-е-у-уу-б…! – Кувлад уже не мог ничего сказать, только шевелил губами и продолжал смотреть на нее. Взглядом животного – такие глаза бывают у теленка, когда мясник приставляет к его горлу нож.

– Будь ты проклят! – Каста плюнула на дарнатца, вбросила меч в ножны и отошла к борту. Вислав последовал за ней.

– Убить его? – спросил рэшиец.

– Нет. – Каста не смотрела на Вислава. – Пусть живет. Когда-то мне казалось, что я его люблю. Потом он предал меня, и я мечтала о том, что своими руками вырву из груди его сердце. Теперь меня тошнит. Мне стыдно, что я когда-то принимала эту мразь за мужчину.

– Что нам делать с пленными, Каста? – спросил подошедший капитан Фасис.

– Допросите их, а потом отпустите. Дайте им лодку и пусть убираются к Игерабалу в задницу. – Каста сделала вид, что дым от горящего «Стрижа» ест ей глаза, на самом деле плакать ее заставила совсем другая причина. – Что стоишь, Фасис? Готовь корабль! И скажи людям, пусть одеваются в доспехи легионеров и забирают их оружие. Осмотрите каюты офицеров, ищите деньги, провиант, одежду. Покойникам они ни к чему.

– Мой корабль догорает, госпожа. Жаль, хорошая была посудина.

– У тебя есть новый корабль. Чего ждем?

– Понял, госпожа.

Каста наблюдала, как люди Фасиса рубят абордажные концы. Подхваченный волнами догорающий «Стриж» отвалил от захваченной галеры и отправился в свое последнее плавание. Победители снимали с убитых дарнатцев доспехи и одежду, отмыв от крови, надевали на себя, выбрасывали за борт изрубленные окровавленные тела погибших, и в это же время часть моряков, исполняя приказы Фасиса, ставила парус и готовилась продолжить плавание.

Один из бывших рабов-гребцов, крепкий светловолосый человек с ясными голубыми глазами, приблизился к Касте, в знак почтения приложил ладонь к сердцу.

– Мы все благодарны тебе, госпожа, – сказал он. – Сегодня ты вернула нам право называться людьми.

– Как твое имя, воин? – спросила Каста.

– Эпирий, госпожа.

– Ты воин?

– В прежние времена я был сотником в армии короля Фосканоса.

– Неплохо. Будешь моим наместником у дорийцев. Найди людей, умеющих обращаться с баллистами, и опытных лучников.

– Будет исполнено, госпожа. – Эпирий удалился радостный и гордый новым назначением. Каста снова перевела взгляд на качающийся на волнах горящий корабль капитана Фасиса.

– О чем ты думаешь? – спросил девушку Вислав.

– О справедливости. Корабль Фасиса сгорел на его глазах, но боги дали ему взамен другой. Это справедливо.

– Ну и что?

– Очень жаль, что боги не могут дать человеку новое сердце взамен сгоревшего. – Каста подняла печальный взгляд на Вислава. – Оставь меня, пожалуйста. Я хочу побыть одна.

– Мы могли бы поговорить. Я очень хорошо умею слушать.

– Спасибо, Вис. Но мне нечего тебе сказать. Все, что мне сейчас нужно, – это одиночество. И еще тряпка, смоченная уксусом, чтобы отмыть кровь с доспехов.

* * *

– У них еще два корабля, – рассказывал Фасис, когда они сидели в каюте Кувлада и пили шериб из серебряных чаш. – Десантный гептарес и галера. Больше тысячи солдат. И командует ими сам Ашейн, гроза сабейских корсаров. А у нас едва наберется полторы сотни человек. В общем, дело дрянь.

– С нами Каста, – сказал Вислав. – Она…

– Вис, я тебя умоляю! – одернула рэшийца девушка.

– Конечно, ты прав. – Фасис сделал хороший глоток шериба. – Я всего лишь хотел сказать, что…

– Твоя правда, Фасис, – перебила Каста. – Это абсолютное самоубийство. Нам с дарнатцами не сладить, нечего об этом и мечтать. Так что в Фанару ты не пойдешь.

– А ты? – Фасис с удивлением посмотрел на девушку.

– Я пойду. Мне нужно обязательно попасть в Фанару. Скажи мне, Фасис, тут поблизости есть еще какие-нибудь населенные места?

– Конечно. Если поплывем вдоль берега на запад, что через три часа будем в Хуле – это рыбацкая деревня, почитай что пригород Фанары. Там есть укромная бухточка, где мы сможем бросить якорь.

– Вот и хорошо. Туда мы и отправимся.

– Понял, госпожа. – Фасис допил вино, встал из-за стола. – Я пойду готовить корабль.

– Почему ты хочешь вернуться в Фанару? – спросил Вислав, едва капитан вышел. – Ах, хотя конечно, тебе нужно получить награду за Каффарая. Вот только стоит ли так рисковать ради…

– Дело не в награде. Я ее уже получила.

– Неужто ради Леодана?

– Именно.

– Клянусь Цвиром! Что-то переменилось в мире: небо и земля поменялись местами, у женщин выросли бороды, а на деревьях растут золотые тулоны вместо листьев! Помнится, ты не очень-то привечала этого мальчишку. С чего это вдруг ты так озаботилась его судьбой? Вряд ли что ему угрожает в Фанаре.

– Ты в самом деле очень хочешь это знать?

– Хотелось бы. Почему-то я тоже чувствую себя в ответе за этого парня. – Вислав пожал плечами. – Он странный, даже очень странный. И он ко мне привязался. Поверь мне, я не давал ему никакого повода. Он считает, что я его спас. Иногда его привязанность кажется мне смешной, иногда трогательной, иногда раздражает. Но я не замечал, что он что-то значит для тебя. И, откровенно говоря, я бы не хотел, чтобы кто-нибудь третий вставал между мной и тобой.

– Ого! Это что, объяснение в любви?

– Можно и так сказать.

– Вислав, я уже говорила тебе и повторю еще раз – выбрось меня из своего сердца. Мы никогда не будем вместе.

– Ты так категорична, что просто не могу не спросить – почему?

– Потому что я не могу никого полюбить. Даже такого славного человека, как ты.

– Спасибо за лестные слова, но…

– Погоди. – Каста коснулась пальцами губ Вислава, заставил рэшийца замолчать. – Наверное, я должна тебе все объяснить. Иначе ведь ты не успокоишься.

– Я не успокоюсь даже в том случае, если ты мне все объяснишь.

– Великая Берис, какой ты… – Каста невесело улыбнулась. – Я думала, ты взрослый мужчина, а ты мальчишка.

– Я ничего не могу с собой поделать.

– Вислав, твоя любовь безнадежна.

– А я и не требую взаимности. Просто позволь быть рядом с тобой, мне этого достаточно.

– Ты ведешь себя как глупый, тошнотворно правильный герой из долбаных сказаний. Только в них с виду нормальные мужики ходят хвостом за своими избранницами, твердят им о своей любви как попугаи, даже не пытаясь их где-нибудь как следует зажать.