Чародей с гитарой - Алан Дин Фостер

Он умолк. Позади в тоннеле послышался шум.

– Вот и первые обитатели нашего города устремились на ночную прогулку, – заметил Абельмар, – или же это возвращаются мои трусливые воины, чтобы поглядеть на мои останки. – Он вздохнул. – У меня есть свои обязанности, но я умею считаться с реальностью. Придется нам договориться, друг-чаропевец. Признаюсь, в первую очередь я должен наказать своих трусов, а этот жалкий жулик, являющийся твоим другом, заботит меня куда меньше. Если ты забираешь его отсюда и гарантируешь, что вы оба не вернетесь, а по пути наверх не нанесете повреждений муниципальной собственности, я не стану доносить об этом происшествии Магистрату и оставлю в целости и сохранности горло этого типа, невзирая на то, что он вполне заслуживает другой участи.

– Согласен и благодарен, – отвечал Джон-Том.

– Я тоже, шеф, – Мадж оскалился в сторону гофера. Чуть помедлив, Абельмар разрезал веревки на выдре кривым клинком, а потом пропустил его в петлю на своих коротких штанах. Мадж перебрался поближе к Джон-Тому и потянулся, разминая одеревеневшие лапы.

– А теперь, приятель, поторопись, времени хватит! – пригнувшись, Мадж ухватил один из золотых брусков. – Прикрой меня с ножом, чтоб я успел порассовать их в портки и колчан. – Выдр потянулся за оружием. – Ты выше его, и к тому же у тебя огонь в руке.

Когда выдр подобрал оружие, Джон-Том устало проговорил:

– Отлично, Мадж. Клади золото и пошли.

Ухватив в лапы несколько брусков из мостовой, выдр проговорил:

– Ты че, рехнулся, приятель? У меня в лапах целое состояние. И есть шанс уйти с ним.

– Клади золото, Мадж! – Нож в руке молодого человека угрожающе обратился уже не к гоферу. – Иначе обещаю, что оставлю тебя здесь, в той же позе, что и обнаружил.

– Ни хрена себе, – отозвался выдр и с легкой нерешительностью раздвинул руки.

С негромким звяканьем золотые бруски посыпались на мостовую. Абельмар кивал с удовлетворением на физиономии. Приближался патруль – крики вояк уже можно было разобрать. Джон-Том поглядел в тоннель – в нем уже маячили смутные темные силуэты. В уши были продеты золотые кольца, на длинных рылах покоились весьма темные очки, в слабом свете факелов отсвечивало оружие. Джон-Том попутно отметил, что серп-нож в лапах гофера сделан из золота.

– Ты человек слова, – проговорил гофер. – Среди жителей дня такое не часто встречается. Иди с миром. – Он бросил яростный взгляд на Маджа. – Но если, сэр, я вновь завижу вашу изъеденную блохами шкуру, то велю содрать ее, а остальное бросить пожирателям падали.

Повернувшись к гоферу, Мадж согнул руку в локте.

– А этого не видал, дерьмо? – И обратился к Джон-Тому: – Отлично. Сделано так сделано. Ты свою часть сделки выполнил, посмотрим, чем ответит этот со своими вояками.

– Тогда пошли. – И оба направились вверх по тоннелю.

– Не беспокойтесь, – крикнул им вслед Абельмар, – у моих-то патрульных сейчас дела хватит. – И он обратился лицом к тоннелю. – Явились, значит, трусы!

В вооруженной толпе раздались недовольные вопли. Среди кротов было и несколько гоферов.

– Они же уходят, сэр! – возопил один из кротов, указывая в сторону выхода.

– Когда я разберусь со всеми вами, еще пожалеете, что не можете последовать за ними! – взревел Абельмар, закончив целым потоком ругательств. Их отзвуки сопровождали Маджа и Джон-Тома до выхода.

– Ступай, Мадж, ступай себе. – Джон-Том слегка подталкивал выдра.

– Чего это, приятель, зачем это нам паниковать? Этот офицер щас задаст нахлобучку своему отряду. А кругом вон сколько брусков. – Выдр притопнул лапой. – Подумаешь – ну, возьмем брусок-другой… Кто хватится-то… А мы заработаем. Надо, чтоб этот гнилозубый плоскомордый коп понял, с кем дело имеет. Может быть, стоит…

– Может быть, стоит воткнуть тебе факел прямо в задницу, – твердо сказал Джон-Том.

– Ну, хорошо, хорошо. Я ж тока предложил.

Когда они вышли, наконец, в лес, луна уже светила вовсю. Погони не было. Однако Джон-Том ощущал за спиной движение. Далекий гул, звуки, доносившиеся из-под земли, говорили, что подземный город Пффейфенмюнтер пробудился, встречая новую деловую ночь.

– Скажи спасибо, что я оказался там вовремя, – объявил Джон-Том выдру. – Этот бы запросто тебе горло перерезал, даже не представив Магистрату.

– Хвастун, – фыркнул Мадж. – Я все равно в конце концов удрал бы. – Оправив жилет, он нахлобучил шляпу на уши. – Эх, золото, дивное золото! – Выдр с сожалением покачал головой. – Стока золота никакой чародей не сотворит! А эти чертовы пожиратели грязи оскверняют его грязными лапами.

– Лучше так, чем иначе.

– Хм? – Мадж озадаченно поглядел на юношу. – Ты мне чародейские загадки задаешь, кореш.

– Вовсе нет. – И они свернули в лес.

Выдр с удивлением проговорил:

– Или же, приятель, другого такого мудреца, как ты, еще по этой реке не плавало, или же ты вовсе туп.

Джон-Том слабо улыбнулся.

– Что-то ты не слишком благодарен за свою жизнь. – Он отвел перед собой ветку.

– Лучше умереть, добывая богатство, чем жить бедняком.

– Отлично, возвращайся назад. Останавливать тебя не стану. Попробуй извлечь несколько брусков из мостовой. Не сомневаюсь – Абельмар со своим войском ждет тебя, дождаться не может. Или ты полагаешь, что он дурак и не оставил на входе охрану?

– С другой стороны, – проговорил Мадж, не нарушая шага, – тока мудрый знает, када к нему приходит удача. Я-то не игрок, я не люблю рисковать, как старина Каз. Но вот если мы вернемся и ты поможешь мне, а?..

– Нет. – Джон-Том качнул головой. – Не могу – дал слово.

Расстроенный выдр отвел ветку в сторону и ругнулся, споткнувшись о не вовремя подвернувшийся под ногу корень.

– Вот что, приятель, ежели ты хошь здесь что-нибудь из себя представлять, значица, придется тебе позабыть об этих ваших этических принципах.

– Мадж, не смеши. Просто подумай – ты же сам сейчас участвуешь в экспедиции, предпринятой ради высоких этических целей.

– Вынужден участвовать, – возразил Мадж. Джон-Том поглядел назад и улыбнулся.

– Знаешь что? За этими словесами я вижу одно – ты просто стесняешься признаться в своих истинных чувствах.

Выдр что-то неразборчиво буркнул.

– Остальным мы скажем, что тебе просто не повезло на охоте – во всяком случае, это не ложь. Так будет лучше, чем объяснять всем, какой ты жадный и эгоистичный жулик.

– Ты ранишь меня такими речами, – съехидничал Мадж.

– Скорее тебя ранил бы Фаламеезар, если бы ты явился в лагерь, нагруженный золотом. Об этом ты не подумал? Учитывая пыл, с которым он отрицает всякое личное обогащение, едва ли мне удалось бы отговорить его перевести тебя на выдриные чипсы.