Восход солнца - Эрин Хантер

Вернувшись из патрулирования. Остролистая поняла, что просто не может находиться в лаге­ре. Она не желала ни с кем говорить, особенно с Львиносветом или Воробьем. Она хотела побыть одна, поэтому бросилась в лес, спустилась к озеру и понеслась вдоль границы племени Ветра, пока не добралась до гребня холма, откуда расстилался вид на вересковую пустошь.

Где-то там был лагерь племени Ветра, где жил кот, оказавшийся ее отцом. Кровь племени Ветра текла в жилах Остролистой!

«Но я не чувствую себя полукровкой! И воитель­ницей Ветра тоже не чувствую».

Ее дом был под деревьями и ей нравилось охо­титься на птиц, мышей и белок. Кролики с пусто­шей, главная дичь воинов Ветра, казались ей слиш­ком тощими и безвкусными. Остролистая не любила открытых пространств и терпеть не могла ветра.

Она смотрела на неприютную территорию, где жил ее отец, и все в ней громко кричало: «Нет! Нет! Нет!»

Когда в каменном овраге сгустились тени, Ог­незвезд созвал котов, отправляющихся на Совет. Остролистая отошла к братьям, стараясь держать­ся подальше от Белки и Листвички. Крутобок, Ежевика и Песчаная Буря тоже подбежали к пред­водителю, за ними последовали Пеплогривка, Ма­ковка и Ягодник.

—  Идем, — скомандовал Огнезвезд. — И пом­ните: чем меньше мы будем распространяться о Соле, тем лучше.

С этими словами он повел свой отряд в лес и вскоре вывел к пограничному ручью. Стоило Остролистой ступить на территорию племени Вет­ра, как у нее шерсть встала дыбом.

«Это чужая земля! Я не желаю иметь ничего об­щего с племенем Ветра!»

Днем прошел дождь, но сейчас небо проясни­лось, и полная луна ярко сияла в вышине. Остро­листая остановилась и посмотрела на нее.

«Звездное племя, ты одобряешь то, что я заду­мала сделать?»

На каждом шагу ее окружали следы, звуки и за­пахи племени Ветра. Интересно, будет ли Грач на сегодняшнем Совете? Впрочем, какое это имеет значение?

«Он ничего для меня не значит. Ничего!»

Впереди нее шли Огнезвезд, Песчаная Буря и Крутобок.

—  Знаете, я порой так скучаю по нашим Четы­рем Деревьям, — негромко вздохнула Песчаная Буря. — Мне кажется, что даже луна там светила ярче!

Огнезвезд ласково пихнул ее в бок.

—  Ты стала говорить, как старейшина!

Рассмеявшись, Песчаная Буря шлепнула его хвостом.

—  Погоди, я тебе покажу! Стану такой ворчли­вой и капризной старейшиной, что по сравнению со мной Кисточка покажется ласковой короле­вой!

—  Ну да, и ежи полетят, — пробасил Круто­бок. — Если серьезно, я тоже скучаю по старому лесу, — добавил он. — Что тут удивительного, ведь мы родились там. А наша молодежь точно так же любит это озеро, верно? — спросил он, оборачива­ясь к Львиносвету и Остролистой.

Львиносвет кивнул, но Остролистая не стала утруждать себя ответом. Дикая ревность сжигала ее, она завидовала этим котам, у которых была родина, и которые добром вспоминали то место, где они выросли и жили, следуя Воинскому за­кону.

«Их рождение не было преступлением, им не лгали с рождения! Им есть, чем гордиться!»

Пастбище встретило их тишиной и пустотой. Воинов Ветра нигде не было видно, и Остролистая догадалась, что соседи ждут их на острове.

Когда Грозовые коты вышли к поваленному де­реву, то оказалось, что Речные воители как раз пе­реходят по мосту на остров. Огнезвезд велел своим воинам подождать и вежливо кивнул Пятнистой Звезде. Ожидая своей очереди, Остролистая в бе­шенстве рвала когтями траву.

«Ничего, уже недолго осталось! Этот Совет они никогда не забудут!»

Наконец, она спрыгнула с дерева на траву и не­надолго задержалась, втягивая в себя смешанные запахи трех племен.

—  Мы сегодня последние, — пробормотала Пеплогривка, присоединяясь к подруге. — Надо поторопиться!

Следом за товарищами Остролистая прошла по галечному берегу и углубилась в заросли кустов. Куда торопиться? Решение принято, и время ис­полнить задуманное наступит с той же неизбежно­стью, с какой одна волна следует за волной.

Выбравшись из кустов на поляну, Остролистая на миг замерла, невольно завороженная видом множества котов, собравшихся перед дубом.

Воители всех племен сидели на поляне впере­мешку. Встряхнувшись, Остролистая кинулась вперед, прокладывая себе дорогу через толпу. Она не ответила на приветствие Рыжинки и даже ухом не повела, поймав озадаченный взгляд королевы. Ей было наплевать на перешептывания за спи­ной.

«Все это больше меня не касается!»

Выбрав местечко поближе к дубу, Остролистая уселась так, чтобы видеть всех предводителей. Трое из них уже заняли свои места: Однозвезд удобно устроился в развилке между ветвями; Чернозвезд сидел чуть ниже, обвив лапы хвостом; а Пятнистая Звезда стояла у него над головой и нетерпеливо скребла когтями кору. Огнезвезд легко вспрыгнул на дуб и присоединился к ним, сбросив несколько желудей с ветки.

Львиносвет подошел к сестре и уселся рядом.

—  Грач тоже здесь, — еле слышно шепнул он.

—  Знаю, — бросила Остролистая. Посмотрев в ту сторону, куда указывал Львиносвет, она убе­дилась, что ее отец сидит вместе с Сумеречницей и Ветерком. Грач смотрел в сторону, но Остроли­стая сразу поняла, что он тоже заметил их присут­ствие.

«Счастливый папочка! Все его детки здесь, на поляне Совета!»

Пронзительный визг, раздавшийся с ветки дуба, возвестил о начале Совета.

Первой вперед выступила Пятнистая Звезда, и все коты на поляне притихли, внимательно глядя на нее.

—  Совет начался! — громко объявила предво­дительница. — Речное племя будет докладывать первым. Дичи у нас вдоволь. Недавно Невидимка, Камышинник и Галечница прогнали с нашей тер­ритории лисицу. Пожалуй, больше нам рассказать не о чем, — Пятнистая Звезда коротко кивнула Чернозвезду и отошла.

Предводитель племени Теней неторопливо под­нялся, а сидевшая под ним Остролистая, дрожа от нетерпения, изо всех сил впилась когтями в зем­лю. Теперь она уже не была так уверена в правиль­ности своего решения.

«Звездное племя, пошли мне знак! Если, конеч­но, ты смотришь на меня...»

—  Племя Теней процветает, — с вызовом объ­явил Чернозвезд. — Перышко взял в ученики Огонька и, как положено, представил его звезд­ным предкам у Лунного озера.

Коты загудели, отовсюду послышались по­здравления и одобрительные возгласы: «Огонек! Огонек»! Остролистая посмотрела на маленького котенка, глаза которого сияли от гордости и сча­стья, и ей захотелось завыть от боли.

«Когда-то и я была вот так же счастлива, и мне было чем гордиться!»

Чернозвезда сменил Однозвезд, но и он не рас­сказал ничего интересного, если не считать упо­минания о дохлой овце, найденной на берегу ру­чья. Однозвезд сказал, что его воины оттащили овцу подальше, чтобы не загрязнять воду.