Арес - Даниил Аксенов

Что такое ссора? Виктору временами казалось, что это – следствие расхождения между реальным видением человека и его желаемым образом. С помощью криков, угроз, а то и шантажа ссорящийся пытается довести кого-нибудь до идеала. Например, жена, орущая на мужа, бросающаяся на него в истерике и готовая убить, вовсе не желает ему зла, а просто стремится превратить своего благоверного в совершенство. Ничего особенного.

Но даже несмотря на снисходительное отношение к ссорам и выяснениям отношений, Антипов не нашел в себе сил, чтобы сразу же признаться Ханне насчет розы. Ибо нечего портить хорошее свидание всякими глупостями. Конечно, он догадывался, что скоро всем в замке станет известно о пропаже цветка, но это будет потом. А сейчас нужно лишь получить удовольствие от момента. И, надо сказать, ему это удалось.

На следующее утро Виктор проснулся в прекрасном настроении. Его не смутила ни пасмурная погода, ни ворчание Кушаря, ни хмурый вид Нурии, которого Антипов встретил около казарм. Однако первая же фраза, произнесенная десятником, слегка поколебала радужный настрой.

– Мы выступаем завтра, – сказал тот. – Сотней. Господин барон приказал всем быть готовыми.

– Куда выступаем, господин десятник? – удивился Виктор.

– В гости к нашему соседу, ан-Турре.

– Это тот, который собирался похитить Маресу?

– Да, тот самый.

– А что же я буду делать тут без вас, господин десятник? – В голову Антипова даже не приходила мысль, что его, необученного, возьмут с собой. – Вы мне дадите другого учителя?

Лицо Нурии помрачнело. Он потер рукой лоб, глядя куда-то вдаль, а потом, не оборачиваясь к собеседнику, ответил:

– Ты идешь с нами.

– Как это? – Виктор даже растерялся. Он не мог понять, зачем его, пока что никудышного бойца, брать в бой. – Э… господин десятник, а что же я буду делать? Нас ведь осада ждет, я так понимаю…

– Осада не осада, а идешь с нами. – Старому солдату самому не нравилось то, что он говорил. – Так приказал господин барон. Специально о тебе упомянул.

«О, приехали… – Мысли Виктора смешались. – Это для того, чтобы мне жизнь маслом не казалась? Так вроде и без того не кажется. Какое уж тут масло? Жру черствый хлеб, словно ишак».

– Вот что, парень, – Нурия поправил накидку, которая закрывала кольчугу, – я тебе, конечно, выдам доспех, но… ты – самый слабый боец в моем десятке. Хотя с твоими способностями еще несколько недель тренировок – и за тебя можно не беспокоиться… Но у нас нет недель. А есть один день.

– Но…

– И надо провести его с пользой! – прервал десятник Виктора.

– Господин…

– Помолчи! Сейчас ты возьмешь деревянный меч, и мы будем на практике отрабатывать работу со щитом. Потрачу на тебя полдня, но это ничего… Иначе ведь в первой же схватке мой десяток лишится бойца. А так хоть что-то освоишь, и если будешь держаться позади, может, все обойдется. Удары потом тренировать будешь. Делать нечего – нужно торопиться.

– Да, господин десятник. – Антипов был не прочь держаться позади. Приказ барона явился для него большой неожиданностью и серьезно испортил настроение. Это все равно что заявить человеку, выигравшему в лотерею, что фирма разорилась и никаких выплат не будет, да и вообще его банк тоже лопнул, а последние сбережения потеряны.

Виктор успел отойти на несколько шагов, чтобы раздобыть тренировочные мечи, но остановился. Ему в голову пришла удачная, как показалось, идея.

– Господин десятник, а что, если мне просто дать топор? Двуручный. Я же умею с ним обращаться, поэтому могу пригодиться без тренировок. А щит и меч потом освою.

– Не неси ерунду, Ролт! – Нурия был явно не в духе. – Для двуручника нужен хороший доспех. Особенно на руки. А ты знаешь, сколько он стоит? Господин барон вряд ли распорядится тебе его выдать. Что-то не любит он тебя, да и незачем такую ценность на новичка вешать. А без доспеха ты – труп. Защиты-то нет! Быстро тащи мечи!

Антипову было известно, что хотя Алькерт принципиально не экономил на снаряжении своих солдат, но гарантировал лишь некий минимум. Лучшее снаряжение воин должен либо добывать сам, либо получать в качестве подарка за заслуги. Десятники вели учет того, что из экипировки принадлежит замку, а что – лично воину. Если солдат погибал в бою, часть снаряжения возвращалась в кладовые, а остальное шло семье.

Вскоре Виктор принес два меча, изготовленных из дуба местным плотником. Тренировочное оружие было сделано грубо, зато рукоять отполировали многочисленные руки, через которые оно прошло.

– Запомни самое главное, – произнес Нурия, принимая меч и вешая свой круглый щит на левую руку, – не позволяй своему мечу оказаться между двумя щитами. Если такое случится, то тебя не спасет ничто. Противник просто прижмет твой меч к твоему же щиту, а другой рукой нанесет хороший рубящий удар. Готов?

– Да, господин десятник.

Нурия, не добавив больше ни слова, быстро сделал шаг вперед, ударил щитом по щиту Виктора, отклонил его и обозначил колющий удар сверху по голове.