Утро Судного Дня - Александр Мазин

Но это - позже. А сейчас я арендовал еще один домен, на этот раз - на Аляске. Туда я загрузил программу, которая должна была сразу, как только «наш» второй чартер сядет в Минске, влезть в базу «Эйр-франс» (сущие пустяки, как оказалось) и подтереть сведения о мадам и мсье Иванович. А еще через пятнадцать минут «хлопнуть» всю информацию о данном чартере. И самоуничтожиться.

Пальчики мои, как и голова, за год отвыкли от интеллектуальной работы, поэтому на всю игру потребовалось немного больше времени, чем я рассчитывал. Но в целом я уложился. И даже осталось несколько минут, чтобы вытянуть ноги и с удовольствием представить, как закрутится моя обманка.

А выглядеть это будет так.

Господа «алладиновцы» сейчас наверняка не только «держат» подходы к аэропорту, но и фиксируют в онлайновом режиме все информационные потоки по вылетам. Причем особенно старательно отслеживают те «крылья», которые летят в Россию. И господа Иванович, расплатившиеся наличными прямо в самолете, несомненно привлекут их внимание. То, что «Ивановичи» - фикция, они узнают очень скоро. Однако время есть, «крыло» в воздухе, деться «Ивановичам» некуда, поэтому агент, обнаруживший подозрительный «следок», не станет кричать «пожар» и делиться информацией тоже не станет. Зачем делить славу? Да и аэропорт - под плотным контролем. Вероятность того, что я смог сесть в «крыло», - мизерная. Кому хочется оказаться в дураках, подняв шум попусту? Так что мой коллега попробует раскрутить все сам. Он проследит, откуда прошло сообщение, - и легко установит данную точку. Запросит спутник и данные видеонаблюдения - и «Головастый» их ему предоставит. Хотя тоже не сразу, а через какое-то время, поскольку влезать он будет не в билетную базу «Эйр-франс», как я, а в ее систему безопасности. Причем, не оставляя следов. В том, что «Головастый» справится с задачей, я не сомневался. Итак, мой неизвестный коллега получит неоспоримые доказательства, что я - это я.

Ура! Но тут возможны два варианта. Либо он, на эйфории успеха, поспешит доложить начальству немедленно. Либо окажется достаточно умным, чтобы сопоставить время и выяснить, что одновременно заказывать билеты и сидеть в самолете я никак не мог. И тут ему на экран выскочит информация о том, что Ивановичи как раз сейчас взлетели на другом «крыле». И на это «крыло» я уж точно успеваю. Потому что есть доказательства, что я прилетел в аэропорт. То есть пока их, конечно, нет. Но - будут. Возможно, мой бдительный оппонент сразу закричит: «Пожар!» Возможно, сначала еще раз перепроверит все данные. Это уже не важно. Как только он оповестит начальство, все тут же будут поставлены «на уши», а опекающие аэропорт сотрудники получат страшный «втык»... Будем надеяться, что сбивать «крыло» не станут, а попытаются тихонько взять меня в Минске. Возможностей - достаточно.

А в Минске меня не окажется. Более того, через пятнадцать минут (вполне достаточное время, чтобы прилетевший добрался до своих и попросил прикрытия) все данные о рейсе будут стерты. Останутся, конечно, свидетели, с которыми можно работать: стюарды, пассажиры... Но экипаж - русский. Так за здорово живешь допрашивать их не позволят. А потом, кто поверит, что меня на борту не было? Скорее решат, что наши спецслужбы уже проинструктировали экипаж. Да и пассажиров тоже. Трудно, трудно искать в темной комнате черную кошку, если ее там нет.

- Переодевайся, любимая, нам пора бежать дальше.

Все-таки до чего она красива, моя Дашенька! Особенно когда на ней ничего нет.

- Погоди, это закрывается так, - я помог ей справиться с липучкой на шортах. - А теперь пошли. Еще немножко полетаем.

В скоростном лифте мы поднялись на служебную стоянку. Там был охранник. Я поинтересовался у него, какая вертушка техслужбы свободна.

- Куда летим, Мари? - спросил он не у меня, а у Даши.

Имя он прочитал на бейдже. И наверняка запомнил.

- В аэропорт. На второй терминал, - ответил я.

Даша вопроса, естественно, не поняла. Но улыбнулась так мило, что охранник сразу стал истинно по-французски галантен. Проводил нас до вертушки, лично запрограммировал маршрут, спросил, когда мы заканчиваем работу. Я ответил: в шесть.

- Мадемуазель не откажется после работы со мной поужинать?

Даша еще раз мило улыбнулась, что было воспринято как согласие.

- Я буду ждать с нетерпением! - воскликнул ловелас.

«Жди, жди, дорогой, - подумал я. - Но не обижайся, если настоящая Мари окажется пожилой китаянкой, матерью целой своры французских китайчат».

В аэропорт мы прилетели через одиннадцать минут. Пропустили нас без запроса. Может, тут так принято, а может, любезный охранник предупредил.

- Пошли поедим, - сказал я.

- Мы же ели недавно! - запротестовала Даша.

- Это - впрок, - сказал я. - Неизвестно, когда придется есть в следующий раз.

На самом деле я собирался выждать. Мое время наступит тогда, когда мой неизвестный партнер по большой игре закричит: «Пожар!»

Несомненно, и после прохода моей дэзы наблюдение за аэропортом не снимут. В «Алладине» дураков не держат. Но какое-то время эффективность заслона будет очень низкой. Начальство начнет трясти агентов, пытаясь выяснить, мимо кого проскочила та самая «черная кошка», слух о том, что я уже внутри, распространится - и агентура расслабится...

Но пока парни бдили. За время, что мы шли через зал в кафе, я засек троих. Одного - когда тот что-то сказал в коммуникатор, а коммуникатор был - стандартный алладиновский. Я сам носил такой же когда-то. Двух других - потому что они время от времени обменивались взглядами с первым. И тут же демонстративно отворачивались. Квалификация у всех троих была - так себе. С одним, на котором коммуникатора не было, я даже поговорил: позволил себе такую вольность, потому что парень был явно из «привлеченных». «Ополченец», а не профи. Профи стерегут взлетное поле. И браслета-коммуникатора парню не дали потому, что никто из его начальства не предполагал, что этот хлюпик сможет поймать такую акулу, как я.

Ему наверняка показывали мою физиономию, но я попросил его посторониться, и он посторонился, не проявив ко мне ни малейшего интереса, потому что засмотрелся на Дашины загорелые ножки. И лицо ее он тоже не «срисовал», зато наверняка запомнил имя на бейдже и уже представлял, как он будет «пробивать» это имя, используя в личных целях служебный доступ. Но факт того, что мы с Дашей - в аэропорту, он несомненно зафиксирует. И в нужное время передаст информацию дальше по цепочке.

Конечно, существовала вероятность, что эти трое - ширма для настоящего специалиста. И тот нас уже опознал. Но я в это не верил. Когда за мной пристально наблюдают, я это всегда чувствую. Да и облава была организована наспех. Задействовали всех, кто оказался под рукой. Общую подготовку в «Алладине» проходят даже уборщики помещений. Вот их небось и отправили на дальние подступы.

Мы спокойно пообедали. Затем я оставил Дашу дегустировать соки, а сам спокойно зашел на кухню, взял пылесос и отправился в помещение пилотов «Эйр-Франс». Видеонаблюдения на служебной территории «Эйр-Франс» не было. Что мне нравится в Запад-Европе, это правильные взаимоотношения корпораций. «Эйр-франс» арендует помещения у аэропорта, поэтому служба безопасности аэропорта не имеет права наблюдать за частной жизнью корпорации. А корпорация не имеет права устанавливать свои средства наблюдения, поскольку помещения принадлежат аэропорту.