Fly by Night. Хроники Расколотого королевства - Фрэнсис Хардинг

Когда Мошка вошла в зал, Клент вручил ей запечатанное письмо, на миг придержав его.

— Ты на самом деле… хорошо плаваешь? — тихо спросил он.

— Как радужная форель, — простодушно ответила Мошка.

— Хм. Когда доставишь письмо, иди к Погорелому мосту. Если фортуна будет к нам неблагосклонна, уезжай из Манделиона как можно скорее. Увидишь дым над рекой — значит, дела наши плохи.

— Если случится самое страшное… выпустите Сарацина из коробки, ладно? Обещайте, мистер Клент.

— Клянусь своей музой.

Мошка понимала, что она с Клентом из той породы людей, кто, заслышав стук камней в горах, ждет обвал на голову. Они не знали, что творится в Манделионе, но были твердо уверены: без них в этой драме не обойдется.

— Они похожи на котят, брошенных в реку в мешке, — шепнула Мошка Кленту по дороге на кухню. Тот едва заметно кивнул.

Люди, когда боятся умереть, суетливо трепыхаются, точно огонек свечи на сквозняке.

«Ничем хорошим это не кончится, — думала Мошка, — кого-то из них непременно убьют. Может, всех».

Мошка хотела попрощаться с Пирожком, но та по-прежнему лежала на полу в объятиях Кармина. Никогда еще она не выглядела такой защищенной и безмятежной. Мошка поняла, о чем мечтала девушка, когда говорила о свадьбе.

На кухне Мошка увидела, как с потолка на веревках спускают увесистое кедровое корыто и в стене открывается люк. Клент подал ей руку и помог забраться в сомнительную посудину.

— Мадам, осторожнее, — трепался он. — Осчастливьте нас напоследок видом ваших дивных чулоче… Ой, простите великодушно, дитя еще носит панталоны.

Мисс Кайтли надела ей на запястье браслет, на котором позвякивали фигурки Почтенных. Мошка с удивлением поняла, что эта женщина видит в ней ребенка.

Мужчины взялись за веревки, и корыто с Мошкой стало опускаться в люк. Она ощутила прохладный воздух, увидела пар, идущий от печки. Корыто начало качаться, задевая борт плавучей кофейни, и Мошка вцепилась покрепче. Снаружи кофейня выглядела как обычное судно. На нем плясали солнечные блики от воды.

Опустившись на воду, Мошка отцепила веревки, и волны подхватили корыто, закружив его, точно щепку, за кормой «Приюта Лорел».

— Эй, там! — услышала Мошка женский голос. — Лови веревку! Мы тебя подтянем.

Прежде, чем она сообразила, откуда кричат, на плечо упала веревка, хлестнув по щеке, и Мошка непроизвольно схватилась за нее. Оказалось, к ней обращаются с торговой шлюпки. Перевесившись через планширь, на Мошку смотрели две молодые цыганки с длинными косами и в цветастых платьях.

Мошка привязала веревку к корыту, и цыганки в четыре руки мигом подтянули ее к шлюпке и втащили на борт.

— Как дела в «Приюте», все живы-здоровы? — спросили Мошку.

— Пока все целы, — ответила она. — Застрелили только чучело рыбы и кофейник.

— А как сам? — спросила цыганка помоложе.

— Сам?

— Да все уже знают, что у вас на борту капитан Блит, — пояснила старшая цыганка. — Тинда, дочка мистера Вулнога, костоправа, видела, как он рубил веревки саблей, и давай вопить как полоумная: «Там Блит, капитан Блит!» Вот ее гвардейцы и услышали, а констебли стали всем рассказывать, что у вас там мятежник Блит на борту. И если «Приют» не причалит к берегу, то они добьются у герцога разрешения палить по кофейне «зажигалками» и всех убьют одним махом. Вот так-то!

Мошка много читала о морских сражениях и осадах крепостей и знала, что «зажигалками» называют ядра из просмоленного тряпья, которыми поджигают вражеские корабли и здания.

— И тогда мы решили, не бывать этому, — добавила цыганка. — Не дадим в обиду капитана Блита!

— Храброго, отважного капитана Блита, — сказала младшая. — А он и правда такой красавец, как говорят?

— Еще краше, — ответила Мошка уверенно. — Бросит на тебя взгляд и сразит прямо в сердце.

— А какого цвета у него глаза? — спросила младшая, чуть живая от восторга.

Мошка задумалась. Она как-то не обратила внимания.

— Они меняются, как небо в бурю. Когда, неукротимый в гневе, он смотрит на врага, они делаются свинцовыми, как грозовая туча. А если улыбается, они синеют, как небо. В общем, бывают всяких оттенков.

— А зелеными?

Мошка услышала надежду в голосе девушки и поняла, что не может огорчить ее.

— А то! — сказала она. — Чаще всего зеленые.

— Так и знала! Разве я не говорила, что у капитана Блита зеленые глаза?

Гвардейцы, стоявшие на берегу с мушкетами наготове, не обратили внимания на маленькую шлюпку, отделившуюся от скопления судов вокруг «Приюта Лорел» и поплывшую к берегу. Ведь в ней сидели лишь три юные цыганки. Одна казалась бледнее товарок, но глаза у нее были чуть ли не чернее.

— «Реченное слово» будет стоять на Визервендской улице до следующего удара колокола, — шепнула старшая цыганка Мошке, когда та выбиралась на берег.

Колокол собора прозвонил, когда Мошка прошла половину Визервендской улицы и увидела вдалеке кофейню Книжников. Похоже, что «Реченное слово» обыскали наравне с прочими кофейнями, поскольку перед ним стояли несколько возмущенных джентльменов в париках и очках, с кофейными чашками в руках. Когда зазвонил колокол, они стали заходить обратно по трапу. Матросы на крыше начали сматывать канаты и готовиться к отплытию.

Казалось, все население Манделиона столпилось на набережных реки Слай, чтобы своими глазами увидеть драму, которая разыгрывалась на воде. Повозки не могли проехать сквозь толпу, да и не пытались. Дюжины человек восседали на крышах карет, с напряжением вглядываясь в скопление судов на реке. Увидев перед собой эту живую стену, Мошка поняла, что ей не пробиться к кофейне вовремя.

И тогда она дрожащими руками достала из сумки передник и, набросив его на голову, с отчаянным воплем бросилась в толпу. Тут же со всех сторон полетели крики ужаса.

— Слова! Слова на платье! Закройте глаза!

Толпа расступилась перед Мошкой, и она понеслась как угорелая к отходящей от причала кофейне, ничего не видя и молясь Мухобойщику и всем Почтенным, что позвякивали на ее браслете, чтобы они не дали ей упасть в реку. Вдруг кто-то сорвал передник с у нее головы, и она увидела перед собой сердитого констебля. На ее удачу, констебль не раздумывая бросил скомканный передник в бочку с водой и толкнул на дно своей шпагой. Мошка в три скачка достигла отплывающей кофейни и, колотя по двери, закричала:

— У меня важное послание для мистера Мэбвика Тока от Эпонимия Клента!