Ведьмин крест - Наталья Щерба

Но ей уже никто не ответил. Связь прервалась.

– Ну? – первым не выдержал Патрик. – Что у нас плохого?

Таня встала. Обвела друзей мрачным взглядом. А после вкратце передала их с полудухом разговор.

– Рик настаивал, – добавила она в конце, поворачиваясь к Эрис, – что пора вам рассказать мне о подарке госпожи Кары.

– Сначала мы должны увериться, что точно найдем сейчас Великого Мольфара, – мгновенно, будто ждала этого, откликнулась англичанка. Под внимательным взглядом Тани она несколько смутилась. – Госпожа Кара, – пробормотала Эрис, – просила сообщить тебе назначение градового ножа перед самой встречей с великим магом. – Щеки девушки зажглись ярким румянцем.

Тане показалось, что мир перед глазами рушится. Госпожа Кара, конечно, тоже связана с властительной троицей… А Эрис и Патрик призваны защитить Таню в случае чего, а заодно – проследить за ее действиями. Но постойте, зачем тогда вообще этот цирк с Таниным пленом? Или это месть старшего Вордака за прошлый побег с Венцом? Может ли быть, что он согласился на условие Лютогора – с его мерзким желанием поиздеваться над ведьмочкой перед тем, как она найдет для них всех великого карпатского мага? Почему же, в таком случае, Рик не заступился за нее, раз знал обо всем?

Татьяна вздохнула.

Ну что ж… Дело еще не проиграно. Она найдет Мольфара. Может быть, даже сейчас. И отдаст Венец, как задумала, Лешке. Ну а после… будет видно.

– Возможно, через минуту мы его увидим, этого великого чертова мага… – Таня задрала голову, пытаясь разглядеть верхний камень насыпи. – Как только я надену Венец на самую высокую точку горы. А может, мы его и не встретим. И что тогда?

Патрик с Эрис переглянулись. Шелл вытянул шею от любопытства. Только Лешка отошел в сторону и растянулся на большом камне, словно бы совершенно перестал интересоваться происходящим.

– Ладно, – решилась Эрис. – В общем, если ты найдешь Великого Мольфара и покажешь ему этот кинжал… Он обязательно скажет тебе, где находится Дверь в Скале. А кроме того, госпожа Кара велела передать, что в случае особо опасных неприятностей следует махнуть ножом крест-накрест, и тебе на помощь придут ящерицы.

– Ящерицы?

– Да.

– Час от часу не легче. – Таня раздраженно передернула плечами. – И чем эти коротышки помогут?

– Не знаю, – откликнулась Эрис. – Госпожа Кара зря говорить не будет. А она сказала: только в крайнем случае.

– Еще можно погоду менять, – встрял Патрик. – Если перечеркнуть ножом тучу, та исчезнет и вновь будет солнце. Во всяком случае, это три вещи, которые тебе надо знать о градовом ноже. Так повелела госпожа Кара.

Таня мрачно глянула на него: а этому откуда известно про нож? Значит, еще тогда знал, насколько ценен такой подарок. Недаром думал, что Таня украла градовой нож у госпожи Кары.

– А если человека перечеркнуть, что будет? – не удержалась Татьяна. – Он превратится в солнце или из него ящерицы посыплются?

– Хотел бы я знать, из какого места, – развеселился Шелл, но тут же замолк под изумленным взглядом Эрис.

– Не нервничай, Каве, – холодно произнес Патрик. – Наверняка во всем этом есть смысл. Ну что, ты наконец будешь пробовать?

– Да, пора бы, – поддакнул посерьезневший поляк. – А то и вправду тучи собираются. Как бы не пришлось их перечеркивать.

Все глянули вверх: действительно, погода испортилась, небо укрыли плотной пеленой серые облака.

Таня решила больше не медлить. Она ловко поползла по каменной насыпи и через несколько мгновений уже восседала наверху, крепко обхватив ногами самый длинный и острый камень.

В руках у нее появился Венец. Солнце, будто забавляясь, выглянуло на миг и лизнуло ярким лучом золотистый обод. Тут же вспыхнули изумруды. Таня надела Венец на камень и, не выдержав, крепко зажмурилась.

Прошло несколько секунд.

Ничего не происходило. Все молчали, терпеливо ожидая какого-нибудь магического действия. Даже Лешка повернул голову в ее сторону, впрочем, продолжая лежать на большом камне, как ни в чем не бывало.

Прошла минута. Еще одна.

Пять минут.

Десять.

Наконец у Тани настолько занемели ноги, что она не выдержала:.

– Я спускаюсь.

Девушка осторожно сняла Венец с камня и тут же спрятала в личное астральное хранилище.

Вот тебе и дал ответ Каменный Клык. Великий Мольфар не хочет разговаривать с новой хранительницей Венца. Пусть у нее доброе сердце и чистые помыслы. А может, как раз поэтому…

Все молчали. Никому не хотелось первым озвучить главную мысль, поэтому Таня решила взять сей труд на себя.

– Мне жаль вас всех разочаровывать, – через силу молвила она. – Однако ничего не вышло. Великий маг не хочет со мной говорить.

– Госпожа Кара расстроится, – первой произнесла Эрис.

– Не то слово, – довольно поддакнул Патрик.

– И Виртус, – подтвердил Шелл. – Он так этого ждал, подлец!

– Я лучше промолчу, – сказал Лешка и, не сдержавшись, насмешливо хмыкнул.

За ним рассмеялись и остальные.

Таня ошарашенно оглядела всех по очереди.

– Мы знали, что у тебя ничего не выйдет, – улыбнулась Эрис. – Впрочем, не только мы. Они тоже это знали: и Кара, и карпатский президент. И этот ужасный колдун Лютогор со своими надменными сыновьями.

– Если бы делались ставки, у тебя был бы один шанс против ста. – Шелл подмигнул Тане. – Но я бы на тебя поставил. Из симпатии.

Вордак послал другу предупреждающий взгляд.

– Мы уже все продумали, – произнес Лешка. Он взял Таню за руку и осторожно сжал ее пальцы. – Завтра сойдутся три символа на Дракон-горе и без Великого Мольфара… Именно там найдено самое ослабленное миросплетение. Да может, и нету его в живых, этого хитрого мага. Скорее всего, он давно сгинул. Мне кажется, никто и не ждал от тебя особого успеха в этом деле. Просто решили проверить. На всякий случай.

Таня не выдержала и рассерженно глянула на него.

Просто проверить? Столько испытаний на ее голову, чтобы всего лишь «просто проверить», ну и ну!

– Мы защитим тебя, – добавил Вордак. Его лицо стало очень серьезным, сосредоточенным. – Я буду бороться за тебя.

– И я, – подмигнул Шелл, на всякий случай отодвигаясь от Лешки.

– И я, – произнесла Эрис. Ее острое, как сердечко, личико выглядело сосредоточенным.

– И даже я, – улыбнувшись, добавил Патрик.

Таня внимательно вглядывалась в их лица. Шелл поймал ее взгляд, широко ухмыльнулся. Патрик прищурился. Эрис заметно волновалась, щеки покраснели еще больше. Лешка, не скрываясь, глядел на Таню с особой теплотой, но в черных глазах затаилась тревога.