Зильбер. Третий дневник сновидений - Керстин Гир

- Господи, я думала, он не уйдёт никогда! - Мия сорвала с головы корону и спрыгнула со стола.

- А я думал, - простонал Грейсон, - он в любой момент что-то заметит. В моих снах обычно не летают бабочки и обезьян никаких нет.

- Но попугаю нужно общество. - Мия усмехнулась, потом, покачивая головой, посмотрела на Генри и на меня. - Вся эта болтовня! До вас, что ли, не дошли наши послания?

Мы с Генри смотрели то на одного, то на другого. Генри на этот раз понимал не больше меня.

- Какие послания? - спросил он.

Грейсон схватил его за руку и стал трясти:

- Ты, что ли, не спишь?

- Нет, Лив, я сплю и вижу сон! - ответил он возбуждённо. - Но я сознаю, что это сон, потому что там ты.

- О господи! - Я расплакалась и лишь тут поняла, что всё время хотела именно этого - разреветься. - Артур тебя запрограммировал, Грейсон. Он тебя...

- Ничего он не сделал, - прервал меня Грейсон. - Наверное, что-то хотел сделать, но, когда он появился, я уже вышел в коридор. Ему потребовалось некоторое усилие, чтобы заставить меня поверить, будто он в моём сне. Мия мне помогла. - Он улыбнулся ей. - Ты была супер! Спасибо.

- Не стоит, - сказала Мия и улыбнулась в ответ. - Просто повезло, что я в библиотеке так ориентируюсь. И что этой ночью... э-э... у меня случайно оказались твои наручные часы. Я смогла незаметно войти вслед за Артуром, когда увидела, что он скрылся в твоём сне.

- Но... - Я ничего уже не понимала.

- Ты уверен, что программирование Артура не действует? - Генри всё крутился возле Грейсона. - Он сказал, его нельзя отменить.

- У меня всё в порядке. - Грейсон поднялся. - Разрушительный метод Артура действует только в том случае, если жертва о нём не подозревает. Но ты можешь представить, что произойдёт, если тебе известна его формула, запускающая действие. Она звучит так: «Ты был у парикмахера?» - Он презрительно фыркнул.

- Господи! - прошептала я. И ведь, правда, рано или поздно кто-то должен был сказать эту фразу Грейсону. - И что бы тогда произошло?

Грейсон переглянулся с Генри:

- Тебе лучше этого не знать, Лив. Поверь мне.

- Он прав, - сказала, передёрнувшись, Мия. - У Артура недобрая фантазия. - Она обернулась ко мне: - Лив, ты совсем зарёванная.

Она подала мне носовой платок, я высморкалась, хотя во сне это не нужно. Но мне полегчало.

Над нашими головами на люстре покачивалась обезьяна, издавая при этом возбуждённые звуки.

- Это Шива? - спросила я.

Так звали обезьяну, которую мы всегда кормили на нашей террасе в Хайдерабаде.

- Конечно Шива! - Мия посмотрела на меня с упрёком. - А ты даже не заметила, что на ней жемчужные бусы, которые мама потеряла в Южной Африке. Ты вообще бываешь непонятливой, я не раз это замечала. На книге у твоих ног фотография папы и название: «Всё хорошо». Да? Что может быть ясней? Люстра тёти Гертруды, калифорнийские бабочки, портрет нашего старого следопыта... Как Грейсону могло сниться то, чего он видеть не мог?

В голове у меня шумело.

- Мия, откуда ты всё это знаешь? Откуда ты вообще знаешь про это место? Я всегда думала...

Мия смотрела на меня чуть ли не жалостливо.

- Ну, как будто я не замечала, что у этого лунатика что- то не сходится! - Она покачала головой. - И ночью на кухне, когда я чуть не выпрыгнула из окна, а Лотти испекла ванильный пирог, даже глухой мог бы понять ваши перешёптывания. Я уже знала, что задумал Артур. Оставалось только разобраться...

Генри чмокнул Мию в щёку.

- Я сам собирался ввести тебя в курс. Но Грейсон и Лив считали, что тебя нужно поберечь. А ведь у тебя от природы талант.

Попытка Мии изобразить на лице скромность не удалась.

- А что! Потребовалось немного времени, чтобы я разобралась в личных обстоятельствах, но потом... - Она побоксировала по моей руке. - Как ты думаешь, откуда у меня все эти сведения о Леди Тайне? Адреса электронной почты, пароли... Может, Лив, я стала компьютерным взломщиком?