Бросок акулы - Кертис Джоблинг

– Даже если бы мы поверили тебе, Гектор, – заметь, я не сказал, что мы тебе верим – откуда такое прозрение? – спросил герцог Манфред, подозрительно косясь в сторону юного лорда-кабана. – Что так внезапно переменилось?

– Я совершил множество ужасных ошибок, ваша светлость, творил невообразимые вещи с теми, кого считал своими врагами, – честно ответил Гектор. – В свое оправдание могу лишь сказать, что был не в своем уме. Впрочем, я понимаю, что это очень жалкое оправдание.

– Я же вам говорил, – сказал со своего места Бо Карвер, сидевший прикованным к стене рядом с Манфредом. – Этот мальчик одержим демонами. Колдовство, вот что довело его до этого. Если ты оказался в трясине, то сам себя туда завел, Черная Рука. Ну и тони, мы-то здесь при чем?

Из-за спины Гектора моментально выступили Ринглин и Айбел, их разозлили слова Короля Воров.

Гектор резко схватил своих телохранителей за плечи, рывком оттащил их назад.

– Он прав, – сказал магистр. – Я погрузился во тьму с того момента, когда впервые пробудил мертвеца и общался с ним. Как же давно это было.

Он убрал свои руки, и телохранители вновь ушли ему за спину.

– Мы тебя предупреждали, Гектор, – устало сказал лорд-олень. – Еще в Хайклиффе предупреждали, когда слухи о твоем общении с мертвецами впервые достигли ушей членов Совета Волка. Я уже тогда говорил тебе, что ничего хорошего из этого не выйдет, но ты и слышать меня не хотел.

– Я не то что не хотел, я не мог слушать, ваша светлость. Я так долго обращался за советом к тьме, что не мог больше получать помощи от света.

Глаза Гектора сверкали, в них все еще были заметны следы былого безумия.

– Тьма схватила меня в свои объятия, держала в своих когтях. А я не мог насытиться знаниями, не мог остановиться. Мне всегда было мало. Я мечтал вместить в себя все тайные знания древних.

Он поднял взгляд на двух сидевших прикованными к стене узников.

– Я погрузился с головой в море знаний. Погрузился в искусство общения с мертвыми, не упускал ни единой возможности практиковаться в этом. Я без устали впитывал знания у выдающихся лиссийских магов, причем не только живых, но и мертвых, задавшись целью довести до совершенства свое собственное владение черной магией. И что хорошего вышло из этого? Ровным счетом ничего. Я отдалился от всех, кто был мне дорог, предавал и убивал тех, кого когда-то любил. То, что вы сейчас мне не верите… Что ж, я ничуть не виню вас за это. Больше того, я бы и сам себе не поверил.

Гектор говорил тихо, почти шепотом, щеки у него снова были мокрыми от слез. Он никогда не думал, что можно так много плакать, но плакал теперь почти постоянно, вспоминая свои ужасные поступки.

– Должна была умереть Амелия, чтобы я…

Он замолчал, не в силах продолжать. В тюремной камере повисла тишина, Карвер и Манфред молча следили за юным Кабаном, который, как загипнотизированный, раскачивался, стоя на месте. Айбел вышел из-за спины своего хозяина, приблизился к узникам и опустился перед ними на колено. Затем взялся за висевшее у него на поясе медное кольцо и начал перебирать своими жирными пальцами нанизанные на него ключи.

– В чем дело? – спросил Манфред, когда Айбел подобрал ключ и вставил его в наручники герцога.

– Вас освобождают, – пояснил Ринглин. – При первой же возможности барон Гектор выпустит вас из Айсгардена.

– Стоит ли покидать город Белого Медведя только для того, чтобы получить от вас стрелу в спину? – спросил Карвер. – Такие шуточки в твоем стиле, не так ли, Ринглин?

– Послушай, Карвер, куда проще под покровом темноты было бы уйти нам троим – его светлости, Айбелу и мне. Представляешь, какой переполох поднимется в Айсгардене, когда мы освободим всех, кто сидит в этой подземной тюрьме?

– Вы что, действительно собираетесь освободить всех? – воскликнул Манфред. К этому времени Айбел уже успел расстегнуть наручники герцога и перебрался к Королю Воров.

Гектор неожиданно вышел из своего транса, повернулся, вытер рукавом лицо, шмыгнул носом и взглянул на поднявшегося перед ним на ноги Манфреда.

– Да, всех, кого я посадил сюда по глупости, – ответил он на вопрос герцога. – Лекарей и шахтеров, горожан и торговцев. В тюрьме не должен остаться ни один мужчина, женщина или ребенок.

– А что скажут об этом Вороны? – поинтересовался Карвер.

Ринглин и Айбел с опаской взглянули на своего хозяина, а Гектор нервно вздрогнул.

– Они не знают о том, что вы делаете? – спросил Манфред. – Мой мальчик, никогда не стоит связываться с Воронами из Райвена. Если вы заодно с ними, то не могли выбрать для себя более недостойного и презираемого союзника, чем Вороны. Это же они, действуя именем Лукаса, разгромили и разграбили Стормдейл!

Гектор неловко переступил с ноги на ногу, поднял вверх свою здоровую руку, желая остановить лорда-оленя.

– Ваша светлость, – произнес Гектор. – Я тогда сказал вам неправду. Стормдейл по-прежнему держится. Войска из Райвена и Вермайра были отброшены Оленями… с помощью Дрю.

– Ты снова солгал, Гектор… – поморщился Манфред, качая головой.

– Тогда солгал не я, а тот, прежний, Гектор, – перебил его магистр и густо покраснел. – Теперь я говорю только правду.

– А почему Вороны до сих пор не прибрали к своим рукам Айсгарден? – спросил герцог. – Что их удерживает от этого? Ты и твои снежные люди из Таскана?

– Не сомневаюсь, что им очень хочется прибрать город к своим рукам. Жду, что со дня на день они попытаются меня устранить. Поверьте, мой союз с Воронами был вынужденным. В узде их до сих пор держит только страх.

– Страх? – тихо переспросил лорд-олень.

– Угры, конечно, грозные воины, однако боятся они не мою армию, – смущенно сказал Гектор. – Меня, вот кого они боятся.

– Тебя? – скептически воскликнул Манфред. – Да, я видел твой магический фокус с незримой рукой, начавшей душить за горло бедняжку Бетвин возле ворот Стракенберг Гейт. Они этого боятся?

– Не только, ваша светлость, кое-чего еще. Лорд Флинт был свидетелем того, как я пробуждаю мертвых, видел, как я ими командую. После этого он полагает, что я могу использовать восставших мертвецов как оружие, и уже поговаривает о том, чтобы применить некромантию в бою.

– Мертвецов? – переспросил Карвер, поднимаясь на ноги с помощью Айбела и пристально глядя на своего бывшего тюремщика. Айбел от этого взгляда явно чувствовал себя не в своей тарелке.

– Мертвецов, – нервно поежился Ринглин. – Флинт считает, что лежащие за городской стеной трупы можно использовать против тех, кто попробует напасть на Айсгарден. А раньше барон Гектор говорил также, что это легко сделать с помощью Посоха Змея, вот какой силой обладает эта штуковина!