Кошачья гордость, волчья честь - Дарья Кузнецова

Так что я поспешила от греха подальше отвернуться и сосредоточиться на поисках нейтральной темы, на которую можно было отвлечься.

Совсем нейтральной не нашлось, поскольку на этом поток событий временно иссяк. Окружающие тактично молчали, чтобы не портить молодоженам удовольствие, а те очень тихо разговаривали. Так, что сразу верилось: если видеться они раньше не виделись, то общались — долго и плодотворно. Причем выглядела счастливо-влюбленной не только Леда, чего я вполне могла ожидать (особенно после ее рассказа о «маленькой тайне»), но и волк, что меня, честно сказать, откровенно шокировало и никак не укладывалось в голове.

Но в конце концов получилось отбросить лишние эмоции и сосредоточиться. Поверить в то, что взрослый серьезный мужчина может вот так отчаянно влюбиться, просто разговаривая с девушкой через артефакт, я так и не смогла. На то, что князь играет, тоже было непохоже, вряд ли он, играя, напрочь забыл бы о собственном состоянии и тех головах, которые стремился оторвать. Оставался один вариант: недостаток информации, как с этими ночными разговорами.

В общем, я вернулась к тому же вопросу, с которого началась вся эта история. Зачем волчий князь просил у Черногора руки его дочери?

Спросить, что ли, в лоб?

Я покосилась на влюбленную пару и со вздохом откинула эту идею или, по меньшей мере, отложила на неопределенный срок: князь с княжной стояли на том же самом месте и даже не думали присесть. Напоминать о возможности и желательности подобного поступка я, впрочем, не стала. Пусть их! Зачем лезть, если людей все устраивает и им хорошо? К тому же велик шанс, что моя ремарка останется незамеченной, так какой смысл попусту сотрясать воздух?

Впрочем, уединение пары вскоре нарушили и без меня. В лазарет вернулся его хозяин, который, узрев разрушения на собственном столе, не стал проявлять тактичность.

— И что это? — недовольно вопросил маг. — Райм, я тебе говорил: рано еще вставать! Ты мне недельный труд угробил, ты в курсе?!

Игнорировать раздраженного мага, находящегося на расстоянии вытянутой руки, у князя не получилось, пришлось возвращаться на землю.

— Прости, Ширн, я не хотел, — покаялся он, осторожно отпуская стол, но не выпуская руку девушки.

Лекарь в ответ сокрушенно качнул головой, подцепил Райма под локоть длинными сухими пальцами и повел к ближайшей койке, на которую прекративший сопротивление мужчина и был усажен.

— Не хотел он… Все не хотят! Говорил же, все в порядке с твоей невестой, в городе сейчас хозяйничает Длинный Нос, пара часов на восстановление есть. Нет, пока не грохнется — не поверит. Все вы такие, — бурчал он, наводя порядок на столе.

Только теперь я заметила, что следом за магом вышел Трай, который сейчас стоял, привалившись плечом к дверному косяку, и с интересом наблюдал за происходящим. Рыжего тоже успели отмыть (душ у них там предусмотрен, что ли?), переодеть и перевязать, так что зрелище он представлял достаточно печальное. Одетый в такие же подштанники, как у князя (видимо, это была какая-то местная больничная одежда), правая рука на перевязи, левая перебинтована в трех местах, на груди повязка. Поймав мой взгляд, он весело ухмыльнулся, в ответ на что я вопросительно подняла брови и окинула его выразительным взглядом. Рыжий пренебрежительно махнул рукой, отклеился от косяка и двинулся в мою сторону.

— Руку три дня не нагружать, повязки до вечера не трогать, — мрачно покосился на него маг.

— Обязательно, — серьезно кивнул Трай.

Князь проводил его задумчивым взглядом, пристально осмотрел всех остальных и в итоге остановился на Варсе.

— Значит, вот кого я должен благодарить за свою жизнь? — медленно кивнул он.

— Лично я просто постоял рядом, — отказался от незаслуженной похвалы честный Черный Коготь. — Кошек благодари. И Трая.

— А кошки — это, видимо, та самая охрана, которую обещал Черногор? — уголками губ усмехнулся Райм, вновь пристально нас разглядывая. — Ваш князь говорил о большем количестве; что-то случилось? — уточнил он, нахмурившись.

— Половина отряда отбыла домой, — отмахнулась я и недовольно фыркнула. — Мы не предполагали, что придется активно участвовать в поисках.

— Это разве активно? — с тоской вздохнула себе под нос Леся.

— Лесь, вот допрыгаешься, что я у тебя все зелья отберу и буду выдавать строго под роспись!

— Не отдам, — тут же возмутилась Листопада, вцепившись в пояс обеими руками.

— Кто бы сомневался, — со смешком проговорила я.

— А тебя, Белая Звездочка, я помню, — дождавшись, пока мы уймемся, продолжил князь. — Приятно познакомиться лично.

— Отвечу, что это взаимно, но предпочел бы другие обстоятельства, — рассмеялся Трай и демонстративно поскреб повязки. — У нас немного разные весовые категории для рукопашной.

— Рукопашной? — удивленно вскинул брови Райм.

— Они с Нирей тебя скрутили, когда ты был не в себе, — пояснила Лебедяна и вкратце пересказала историю спасения.

— Хм. И у тебя получилось меня скрутить? — Князь подозрительно уставился на рыжего. Тот в ответ развел руками, а Черная Грива склонил голову. — Спасибо. Всем вам спасибо. Как я могу вас благодарить?

— Всех в целом или каждого в отдельности? — тут же уточнила я.

— И так и так, — усмехнулся он.

— Тогда на всех, думаю, мы ограничимся подробностями. А, девчонки?

— Подробностями чего? — уточнил Райм, озадаченный нашим единодушием. Кажется, такого ответа он не ожидал.

— Заговора. Ну и ответа на сакраментальный вопрос, почему ты решил жениться на двухлетнем ребенке, — честно ответила я.

— Когда я решил на ней жениться, ее еще в проекте не было, — легко рассмеялся волк, с видимым удовольствием обнимая одной рукой сидящую рядом девушку и с не меньшим удовольствием разглядывая наши вытянувшиеся лица. И принялся рассказывать, попросив особенно не распространяться об услышанном.

Как оказалось, во всем опять были виноваты степняки и их традиции. По представлениям южан неженатый мужчина или женатый и бездетный — это… не то чтобы ущербное существо, но очень подозрительное. Они, конечно, пытались войти в положение соседей и принять их обычаи, но получалось это плохо: князь оставался холостым и не спешил жениться, в то время как его ровесники вполне успешно обзаводились семьями. И как-то на неформальной встрече князя с одним из негласных лидеров степи тот набрался наглости и спросил, почему такой со всех сторон достойный и завидный жених по-прежнему одинок. На что Райм не придумал ничего умнее, как отшутиться «не встретил еще свою единственную».

На эту простую фразу собеседник отреагировал неожиданно серьезно и взглянул на князя с большим уважением. Как оказалось, подобное понятие — «единственная» — существовало в их религии. И некоторые особенно просветленные личности проходили священный обряд, прося богов найти идеально подходящую пару. Дело было рискованное: вполне могло случиться, что пара эта была в два раза старше, еще не родилась или недавно умерла. По непонятным причинам для богов последние две категории приравнивались к живым. А отменить обряд нельзя, и судьбы оказывались связаны. Хуже всего было тем, кому не повезло получить себе в пару покойника, это фактически являлось приговором к скорой гибели.