Штопальщица - Светлана Храмова

Еще раз проверяются микрофоны и картинка, уточняется свет. Связь с аппаратной хорошая, можно начинать.

– Привет всем, с вами Джоанна Джонс, надеюсь, вы меня еще помните? – Начала Джоанна, и аудитория отреагировала смехом и аплодисментами, никогда нет проблем набирать планы улыбающихся лиц. Лиц, которые полны ожидания увидеть нечто захватывающее, непредсказуемое – или, в конце концов, просто желания засветиться хоть на миг в телешоу, которое гремит на весь мир.

– А если вы готовы смотреть программу, то приветствуйте нашего гостя, автора нашумевшей книги «Корпоративное бесчувствие»

– И не только этой книги, я еще много чего написал, – улыбающейся Кеннет включился в разговор, Джоанна парировала мгновенно:

– О, Кеннет, я много лет тебя знаю – и ты не меняешься! Нет, меняешься, конечно – время-то идет! – Она снова повернулась к камере: – Кеннет Томпсон – мой давний друг, который, как вы уже поняли, времени даром не теряет. – Снова полуобернулась к Кеннету: – И чем же объясняется твоя творческая активность? Есть проблема, которая тревожит всерьез? Или ты просто привык писать каждое утро вместо гимнастики? – тут зрители оживились вконец, Джоанна мгновенно заставила зрителей забыть о камерах, о ярком свете – и сопереживать происходящему.

– Я долгое время изучал проблемы социальной психологии, ваш покорный слуга закончил Гарвард, и…

– И что же, Гарвард такое проблемное место с точки зрения социума? – Кеннет метнул на нее недобрый взгляд, поняв, что она собирается обрывать его постоянно.

– Нет, высочайший уровень образования, полученный в стенах лучшего университета страны, помог мне многое понять, натолкнул на важные открытия. Некоторые аспекты социальной психологии стали темой моей докторской диссертации, – судя по всему, он посерьезнел, сосредоточился. Схватка началась. – Проблемы индивидуума, попавшего в тиски определенной социальной структуры, назовем это так. Корпорация, завод, любая компания по производству чего угодно, офисы и банки – могут стать мясорубкой для неподготовленной личности. Человек, не прошедший специальный тренинг, часто бессилен приспособиться к условиям выживания в коллективе и преодолеть возникающую в результате депрессию, а часто и суицидные настроения. Все, что я пишу, основано на многолетних исследованиях, на консультационном вмешательстве в работу целых коллективов. Последняя книга, «Корпоративное бесчувствие» – результат сопоставления конкретных ситуаций. Мои выводы основаны на реальных фактах и наблюдениях. Но моя забота – не советы работодателю. Нет. Что делать скромному работнику, как противостоять грозной корпоративной этике, часто давящей индивидуальные проявления личности – вот что является предметом моих исследований и личного интереса.

Речь Кеннета текла ручьем, от интенсивного словопотока внимание Джоанны «поплыло», переключилось на обдумывание ситуации с Дэрриэл, что вовсе неуместно, она перестала понимать, о чем он говорит. Он продолжал. Она не слышала.

Джоанна не могла найти подходящий момент, чтобы его прервать – речевые пассажи струились без пауз, звучали усыпляющее, завораживали. Вдруг она поймала себя на мысли, что аудитория ощущает то же самое. Поняла – не имеет значения, как именно она прервет монолог и что именно скажет. Она вспомнила о Карлотте и, дождавшись слова, хотя бы отдаленно напоминающего конец абзаца в речи Кеннета, – агрессивно включилась в разговор, глядя прямо в камеру, что для оператора автоматически означало крупный план Джоанны. Значит, она в кадре одна и обращается непосредственно к зрителю:

– Но всегда ли можно прогнозировать, какое влияние окажут теории на судьбы конкретных людей? И помогают ли на практике открытия социальной психологии, не приносят ли они больше вреда, чем пользы? Однозначных ответов на эти вопросы нет. В студии – Карлотта Талман, обратившаяся за помощью, она невольно оказалась жертвой экспериментов, о которых нам рассказывает Кеннет Томпсон, автор нашумевшей книги.

Под аплодисменты аудитории – зрители любое перемещение по студии сопровождали чуть ли не овацией – Карлотта, ведомая старательно улыбающейся Денизой, вполне благополучно спустилась и заняла свое место на диване. Выглядела она бодро и уверенно. Поздоровалась с Кеннетом, с Джоанной, и сразу перешла к делу:

– Я – мать двоих детей. Муж от нас ушел, я воспитываю детей одна. Мы получаем небольшое пособие уже много месяцев. А до этого я семнадцать лет работала в огромном магазине, один из торговых гигантов, где продаются товары известных марок. Там на втором этаже – отдел дорогих ювелирных украшений, автор – знаменитый дизайнер, не хочу сейчас называть конкретно имена, бренды. Джоанна, это же не обязательно, правда?

– Карлотта, ты просто рассказывай свою историю. Мы хотим понять, что произошло, и помочь тебе. Иногда нашу программу смотрят те, кто ищет работников и такой опытный человек, как ты будет полезен.

– О, это правда, я работала прекрасно. Клиентов могу расположить, настроение им улучшить. С людьми я общаюсь радостно, поверьте. Но у нас в отделе стали происходить странные вещи. Хозяева обещали бонусы, поощрения за высокие показатели, и не выполняли обещаний, это вошло в систему. Люди у нас собрались опытные, работой дорожили, но многие стали говорить, что хотят уйти. Делились друг с другом, перешептывались, недовольство росло. А к моему мнению прислушивались многие. Я начала, как советует автор книги «Корпоративное бесчувствие», которую я внимательно прочла, задумываться над тем, как изменить ситуацию. Как объединить людей. Мы написали руководству несколько коллективных писем. Предупреждали о наших намерениях, но ничего не менялось. А потом я возглавила однодневную забастовку. Выбрали напряженное время – 15 декабря, перед Рождеством. Скандал получился, шуму много. Какие-то требования понемногу стали выполняться. Со скрипом, но все-таки. А через два месяца меня, неожиданно для всех, уволили. Больше года сижу без работы и найти не могу.

– А почему уволили? – участливо спросил Кеннет, до этого момента хранивший молчание.

Карлотта помялась: – Моральные качества несовместимы с занимаемой должностью.

По аудитории прокатился вздох сопереживания. Операторы принялись делать крупные планы сочувствующих людей.

– Но это же не могло случиться оттого, что вы сплотили людей. Я никогда не поверю, что в уважаемой фирме, а судя по всему это так – могли сфальсифицировать увольнение и ущемить ваши права. – Кеннет будто гипнотизировал Карлотту. Взгляд подчеркнуто добрый, интонация в голосе сопереживающая.

Она оживилась и заговорила доверительно:

– По правде, это случилось именно так. А поводом для придирок послужила совершенно обычная ситуация. Сотрудники, делающие много номеров, получают подарки от фирмы. Ну, то есть – мы разыгрываем некий призовой фонд для лучших, кому что достанется. Вроде лотереи. Иногда выигрыш не нравился победителю, изделие заменяли. Другим ювелирным изделием, из тех, что в продаже на данный момент. Часто это более хитовые вещи, только и всего, не в цене разница. Мы это оформляли как возврат, все официально. Криминала в этом нет, так много раз делали во всех филиалах фирмы.