Вор и убийца - Сергей Куц

Я хмыкнул. Очевидно, на хуторе поживает старый контрабандист. Очень захотелось вставить несколько словечек про то, что прошлое не оставляет людей, чье ремесло схоже с воровским. Только смолчал, больно яростно Велдон смотрел на нас.

– Когда поиски улягутся, Пол Губошлеп уведет нас от Бранда звериными тропами, – продолжил инквизитор. – Есть еще вопросы?

Так и чесалось узнать, чем же бывший бандит обязан столь ревностному служителю Церкви, как Томас Велдон, однако первым заговорил лейтенант.

– Пол Губошлеп, – медленно проговорил новое имя Ричард, словно бы запоминая. – Так зовут хозяина хутора?

– Да, – отрезал отец Томас, – и на том довольно с расспросами. Дорого каждое мгновение.

Инквизитор направился в сторону хутора, не удосужившись посмотреть, последовали ли мы за ним. Старый отец Криг заковылял следом при помощи громилы Брендона. Переглянувшись, я и барон двинулись за ним.

– Будем считать, что объяснениями отца Томаса мы удовлетворены, – обронил Ричард. Правда, невеселое выражение его морды говорило об обратном.

Велдон не ошибся. Темно-серое пятно постепенно вырастало в небольшой хутор у опушки леса. Ближе к срубу лес, шедший по правую руку от дороги, уходил в сторону и огибал строения в полусотне шагов от высокого забора, а сама дорога уходила дальше и скрывалась из вида, обходя лес.

Подворье из серых бревен срубленно на здешний манер, с глухим высоким частоколом и общей крышей, накрывавшей дом и весь двор. Приближались к хутору мы теперь настороженно. Раскрытые настежь ворота, печная труба без дымного столба и отсутствие намеков на жизнь внутри частокола говорили об опасности. Особенно в Загорье и тем более после ночной поры.

Шли, растянувшись цепочкой из трех человек. Тейвил посередине, Брендон и я с боков. Несмотря на яростный протест барона, монахи ступали в паре шагов позади, вновь шепча свои молитвы. Доводов, что безоружным к хутору соваться не след, они не услышали. Да и не хотели слышать. Брендон держал взведенную аркебузу и по обыкновению был молчалив как рыба. В руках Ричарда и у меня по паре пистолей.

Я проклинал судьбу. Делая шаг за шагом, ждал, что за частоколом закричат, раздастся стрельба. Я чувствовал себя солдатом на поле брани, отважно и глупо шествующим на вражьи пули. Нет, это даже не морской бой, здесь нет борта, за которым укроешься от аркебузы. Мы сближались с забором, сердце колотилось все сильнее.

Однако хутор оказался пуст. В крытом просторном дворе ни души. Позвав Брендона, барон зашел в небольшой дом, чье крыльцо располагалось напротив распахнутых ворот. Ступени из толстых досок поднимались к двери сеней – невысокой пристройки на третью часть стороны сруба, смотревшей на двор парой маленькой окошек, в локоть шириной и столько же в высоту. Как во всяком скромном крестьянском хозяйстве окна затянуты бычьим пузырем. Ставни распахнуты.

Монахи остановились под левым окном, а я направился проверить две другие пристройки к дому. В пустом коровнике пахло свежим навозом, но скотину отсюда увели. В наполовину забитом сеном сарае также никого. Я вернулся во двор. Тейвил был уже здесь, по его знаку Брендон занял место у ворот. Так, чтобы не высовываться и при этомдержать дорогу и поля под приглядом. Как-то незаметно офицер начал прибирать руководство в нашем маленьком отряде. По меньшей мере, я и инквизиторский громила сейчас слушали его команды.

– В доме бардак, все выпотрошено, – подвел итоги осмотра барон, засовывая оружие за пояс, – но никого. Печь едва теплая, хозяев нет. Хутор ограбили не далее как вчера. Что теперь, святой отец?

– Здесь жил лесник и девочка… Его дочка… Девочка… Девушка четырнадцати лет от роду… – сбивчиво произнес Велдон. Мне показалось, что инквизитор чрезвычайно взволнован.

– Нет, никого, – повторил Тейвил. – Ни людей, ни следов крови. Вполне возможно, что они живы.

– С вашего позволения я поднимусь в дом, – тихо произнес старик. Выглядел он выжатым до предела, – присяду там.

Я тоже намеревался пойти в дом. Чертовски хотелось есть, а внутри вдруг да найдется что-нибудь съестное.

– На дороге телега, – сообщил Брендон.

– Сколько людей? – вмиг подобрался Тейвил.

– Один.

– Кого там несет! – раздраженно воскликнул барон. Один человек для нас не угроза. Но лишние глаза не нужны. Ричард и Брендон пошли к воротам, офицер осторожно выглянул наружу.

Я же направился в дом, куда вслед за стариком поднялся и отец Томас.

– Купец! – окликнул Тейвил. – Проследи, чтобы печь не затопили.

Кивнув, я вошел внутрь. В холодных сенях еще одна дверь, за ней большая комната: горница с печью и двумя распахнутыми плетеными дверцами в крохотные спаленки. На полу разбросан нехитрый крестьянский скарб: битая глиняная посуда, деревянные ложки и одежда. Все лавки и табуреты перевернуты; кроме одного, на котором у печи умостился отец Криг.

– Кто-то переворошил весь дом, – пробормотал я.

– Имперцы, – Томас Велдон приставил к печи еще один табурет, устраиваясь рядом со стариком, – кто ж еще.

Стреляющие по дому глаза Велдона выдавали в нем явное беспокойство. Похоже, он ожидал увидеть на хуторе совсем иную картину. Я положил ладонь на глиняную стенку. Большая, покрытая побелкой печь практически остыла, но тепло еще оставалось в ней. Ричард прав: еще вчера тут топили.

– Ищи, Гард.

– Что? – я с недоумением посмотрел на Велдона. – Чего искать?

– В доме есть потайной подпол. Несколько человек там спокойно укроются. Если вдруг…

– И?

– Ты вор. Вот и ищи.

Захотелось послать его поиски куда подальше. Но сделал вид, что приступил к поискам и принялся с задумчивым видом бродить по дому. Я тоже устал. Я не стал спорить. Да, я вор, и для меня не найдется неприступного замка, но я не могу вскрыть того, чего предо мной нет.

Покосившись на Велдона, обнаружил, что тот на меня и не смотрит. Закрыв глаза, инквизитор последовал примеру отца Крига: вытянул ноги и прислонился спиной к печи.

Если вдруг… Если вдруг… Ох и завел ты нас инквизитор непонятно куда. Спасибо, хоть из Бранда вывел. Так и хотелось сказать, что дальше как-нибудь сам управлюсь.

– Кто-то из крестьян, – хлопнув дверью, зашел Ричард, – выехал из-за поворота. Встал, кормит лошадь овсом.

– Бояться нечего? – открыл глаза Велдон.

– Нам нечего, – мрачно сказал драгун. – Ему тоже. Если проедет мимо…

В сенях загрохотали сапоги. Мгновение спустя с выпученными глазами ввалился Брендон

– Рейтары! Скачут прямо сюда! Много!

– Кровь и песок! – зарычал Тейвил. – Сколько их?

– Больше двух десятков!

Велдон вскочил с табурета. Я впервые увидел в нем полную растерянность. Два десятка имперских рейтар – это приговор нашему побегу.