Терновый король - Грегори Киз

Нейл поклонился гвардейцу.

– Благодарю вас, сэр Варгус. Поверьте, я способен оценить ваши слова и ваш поступок.

Краешком глаза он заметил, что к нему неспешно приближается сэр Джеймс Кетмейл.

– Глядите-ка, наш Пентюх и в самом деле стал сэром. Да как быстро. Проворен, как все провинциалы, – с деланной небрежностью бросил он.

– Клянусь святым Лиром, парень, ты забываешься! – взревел сэр Файл. – Как ты смеешь оскорблять моего воспитанника? Не думай, что это сойдет тебе с рук. В честном бою я научу тебя вежливости.

Сэр Джеймс пожал плечами.

– Ничего не имею против поединка с вами, сэр. Но прежде мне придется поучить уму-разуму вашего воспитанника. Он поклялся, что, как только получит рыцарскую розу, скрестит со мной клинки и отправит меня в царство мертвых.

– Я более не нахожусь под вашей опекой, сэр Файл, – напомнил Нейл своему воспитателю. – Теперь, когда я стал рыцарем, я имею право сам за себя постоять.

– Джеймс, прекрати дурить, – призвал товарища к благоразумию Варгус, – Этот парень – то есть, я хотел сказать, сэр Нейл – еще не знает твоего характера и принимает всерьез все твои выходки. Он только что принес клятву верой и правдой служить королеве и защищать ее до последней капли крови. Вспомни, что ты гвардеец! Если королевские телохранители начнут драться между собой, от них будет мало толку.

– Не забывай, этот малый сам бросил мне вызов! – ухмыльнулся сэр Джеймс. – Если он возьмет его назад, я не буду возражать.

– Я готов взять назад свой вызов, сэр. Но лишь в том случае, если вы возьмете назад свои оскорбления и принесете мне соответствующие извинения. – непререкаемым тоном заявил Нейл.

В течение долгих, бесконечно долгих секунд сэр Джеймс не сводил со своего противника пронизывающего взгляда.

– Иногда оскорбления являются плодом поспешных и поверхностных суждений, – процедил он наконец. – Иногда они основываются на хладнокровном размышлении и длительных наблюдениях. Я признаю, что нанес вам несправедливую обиду, и прошу у вас прощения. Однако я должен сказать, что ваше возведение в рыцари отнюдь не вызывает у меня одобрения. По моему глубокому убеждению, рыцарство – это исключительная прерогатива тех, кто обладает благородным происхождением. Но такова была воля моего короля, и мне остается лишь признать ее и пожелать, чтобы вы и впредь защищали королеву столь же доблестно… сэр Нейл…

Произнеся последние слова, сэр Джеймс скорчил гримасу, словно глотнул уксуса.

– Сэр Нейл, – пробормотал он. – От этих слов у меня даже язык защипало. И все же я их произнес. – Он посмотрел Нейлу прямо в лицо. Высокомерное пренебрежение, совсем недавно сквозившее в его взгляде, исчезло. – Ну что, сэр, как вы считаете, у нас остался повод для схватки?

– Нет, сэр Джеймс. И я счастлив, что мне не пришлось скрестить свой клинок с вашим. Отныне моя священная обязанность – защищать королеву, и с моей стороны было бы непростительным легкомыслием затевать поединок, в результате которого – каким бы ни был исход – королева потеряет одного из своих гвардейцев. Я вполне удовлетворен вашими извинениями и рад, что вы не стали скрывать своего мнения по поводу моего возведения в рыцари. Поверьте, я не имею к вам никаких претензий.

Сэр Джеймс ответил на эту тираду неглубоким торопливым поклоном.

– Неплохо сказано, – проворчал он себе под нос. – Очень даже неплохо.

Как только задиристый рыцарь удалился, Варгус добродушно подмигнул Нейлу.

– Уверяю вас, в скором времени вы с Джемми станете закадычными друзьями, – заметил он. – А теперь идемте со мной, я покажу, где хранится наше оружие и припасы. Вы вступили в славную семью гвардейцев, в семью, где всем привыкли делиться по-братски.

– Спасибо, сэр Варгус, – пробормотал тронутый Нейл. – Вы очень добры ко мне.

– Ты разыграл на редкость трогательную сцену, братец, – заметил Роберт, когда они оказались во внутренних покоях Уильяма. – Я едва слезу не пустил.

– Думаю, от этого парня действительно будет прок.

Роберт пожал плечами.

– Уверен, многие придут в ярость, узнав, что человек без роду и племени, едва попав ко двору, тут же стал рыцарем. Но ты потрафил Файлу, потешил его нежные чувства, а без этого старого пердуна нам сейчас никак не обойтись. К тому же, возвеличив мальчишку, ты доставил немало удовольствия черни, а это очень важно. Необходимо время от времени напоминать простолюдинам, что каждый из них может достичь высот, правда? Да и дворянам не мешает лишний раз доказать, что ты король и в любых обстоятельствах волен действовать по собственному усмотрению, без оглядки на их амбиции и претензии.

– Я об этом совершенно не думал, – возразил Уильям и махнул рукой, давая понять, что больше не желает говорить на эту тему. – Сейчас меня больше всего волнует ситуация с Ханзой, – заявил он. – Не знаю, чего ждать от этой хитрой лисы, прайфека. Как думаешь, он будет на нашей стороне?

– С какой стати? – пожал плечами Роберт, внимательно разглядывавший свои длинные холеные ногти. – Последние пять лет ты много раз давал ему понять, что отнюдь не желаешь вмешательства церкви в дела государства, как во внешние, так и во внутренние. А теперь тебе вдруг понадобилась его поддержка. Можешь не сомневаться, он будет выжидать и сделает все, чтобы заставить тебя подергаться. Ты правильно сказал, прайфек хитер как лиса. Он прекрасно понимает, что теперь пришел его час. Представился удобный случай потребовать у тебя важной уступки взамен на его одобрение. Возможно, он захочет, чтобы ты отменил закон, позволяющий тебе передавать престол дочерям, и назвал имя наследника мужского пола.

– Тебе бы этого хотелось больше всего на свете, так ведь? Ведь тогда моим наследником оказался бы ты.

– Полная чушь. Прайфек не слишком меня радует, и тебе это отлично известно. В качестве наследника я устраиваю его еще меньше, чем ты – в качестве короля. Но твой сын вполне мог бы править, – разумеется, при помощи мудрого и благоразумного руководителя. Ты понимаешь, что я имею в виду?

– Понимаю. Монарх, всецело находящийся в святой власти церкви. Марионетка, которая послушно пляшет по чужой указке.

– Именно так.

– Значит, ты полагаешь, Хесперо потребует, чтобы я объявил Чарльза наследником?

– Я ничего не могу утверждать определенно. Это всего лишь догадки. Но я уверен, Хесперо спит и видит: настанут дни, когда он станет некоронованным королем и будет заправлять всеми делами империи. Приняв закон, позволяющий передавать престол по женской линии, ты нарушил все его планы. Фастия обладает слишком сильной волей, и прайфеку никогда не прибрать ее к рукам, к тому же у нее есть муж, который не пожелает оставаться в стороне от государственных дел. Элсени, конечно, более податлива и легкомысленна, но она тоже в самом скором времени выйдет замуж. Энни… что ж, Энни слишком молода, и пока трудно сказать, что из нее получится.