Иоганн Кабал, детектив - Джонатан Л. Говард

– Но корабль обыскали?

– Да, и это был мастерский ход, чтобы ввести всех в заблуждение. Тонны картошки, репы и прочих корнеплодов, которые скучно перечислять. Ваша идея, граф?

Марша́л улыбнулся и помахал пятой сигаретой, как бы невзначай и с насмешкой соглашаясь. На самом деле, идея принадлежала кому-то из младших офицеров, но ведь в этом и заключается роль младших офицеров: они позволяют старшим выглядеть лучше, или берут на себя вину, чтобы старшие не выглядели плохо в глазах остальных.

– Попытка скрыть что-то была очевидна, и сенцианцы мгновенно набросились на груды овощей, – продолжил Кабал. – Они так на них сосредоточились, что лишь бегло осмотрели остальной корабль. Хотя даже не будь они столь заняты насаживанием морковки на пики, вряд ли заметили бы. В отличие от ДеГарра – тот бы начал задавать неудобные вопросы, как только попал на инженерную палубу. Почему двигатели так перегружены? Почему переборки такие толстые? Для чего на взлетно-посадочной палубе столько места для энтомоптеров?

Константин с изумлением смотрел по сторонам – до него постепенно доходило.

– Черт побери! – пробормотал он, с трудом воздержавшись от более крепкого словца.

– Что такое? – обратилась мисс Амберслей к любому, кто готов был ответить. – Не понимаю, к чему все эти инженерные разговоры. О чем он?

– Он хочет сказать, – тихо ответила мисс Бэрроу, – что этот корабль – не пассажирское судно. Он военный.

Теперь Леони поняла всю деликатность их положения. ДеГарр представлял собой проблему, и от него быстро и эффективно избавились. То, что он был иностранцем и значимым человеком, ни на секунду не остановило руку убийцы.

– Военный корабль? Ты отправил меня в путешествие на военном корабле, папа? – леди Нинука была возмущена. – Ты сказал, что «Принцесса Гортензия» лучшее судно, что поднималось в небо!

– Так оно и есть. Только не пассажирское. «Принцесса Гортензия». – граф Марша́л несколько секунд размышлял над названием. – Уверен, что катаменцы придумают более подходящее для войны имя, имя, которым можно будет гордиться. «Несокрушимый» или что-то в этом духе. Может, «Грозовой шторм», – последнее пришлось ему по вкусу. – Разит врагов смертельными молниями!

Кабал поднял указательный палец в качестве предостережения.

– Простите, я изложил лишь половину.

Марша́л состроил гримасу отвращения, но махнул ему продолжать. Кабал снова сверился с часами и заговорил:

– Все должно было выглядеть как самоубийство, но убийца совершал ошибку за ошибкой. На меня напали, потому как убийца запаниковал – куда разумнее было оставить меня в покое. В вентиляционной шахте я ничего такого не обнаружил и собирался вернуться в каюту и благополучно обо всем забыть. Но покушение все изменило, более того, лишний раз доказало, что исчезновение ДеГарра не самоубийство. Тогда им понадобился козел отпущения, которым стал Зорук, – после неуместной сцены за ужином, он идеально подходил на эту роль.

– Я все равно не понимаю, – сказала мисс Амберслей, пораженная тем, сколько порочности было в этом мире. – Кто они? Вы же не имеете ввиду сего джентльмена? – она сделала жест в сторону графа – будучи воспитана как леди, пусть и без титула, мисс Амберслей старалась не указывать пальцем. – Он ведь только недавно к нам присоединился.

– Они? – Кабал посмотрел на нее с легким удивлением. – Простите, мисс Амберслей, но я думал, все очевидно. Они – это практически все на борту этого судна. Весь экипаж и несколько пассажиров. Они были соучастниками трех убийств. Они также намеревались расправиться с, дайте подумать, мисс Бэрроу, мной и, боюсь, с вами.

Мисс Амберслей сжалась на стуле, глаза округлились, рот разинут в шоке. Этого просто не могло быть. Леди следовало бояться лишь бандитов, а никак не джентльменов. Никогда – джентльменов. Она с мольбой взглянула на Штена.

– Капитан? – дрожащим голосом произнесла она, но тот смотрел в пол, явно стыдясь.

– Не стоит возлагать вину на капитана, – вступился Кабал. – По крайней мере, целиком: первые два убийства все-таки были совершены по его приказам – и поэтому получился такой хаос. Капитан – не убийца, для него, как для военного, ерунда с плащами и кинжалами противоестественна и дается тяжело.

Капитан Штен нашел в себе силы взглянуть мисс Амберслей в глаза.

– Простите, мэм. Я вовсе этого не хотел.

– Видите ли, он просто выполнял приказы.

Мисс Бэрроу посмотрела на графа Марша́ла, но не смогла заговорить с ним.

– По его приказам? – спросила она Кабала.

– Да, но не напрямую. На борту находилась марионетка Марша́ла – миркарвианский офицер разведки, который должен был проследить, что «Принцесса Гортензия» пересечет воздушное пространство Сенцы согласно плану. Именно она заподозрила, что Кэкон и, полагаю, я – не те, кем кажемся. Кэкон был сенцианским шпионом, которого я упоминал ранее. Она следила за мной в Париле, ее заметил Кэкон, который пошел за ней следом, но она ускользнула. К несчастью для Кэкона, она спряталась в переулке, ведущем к убежищу, где он должен был отчитаться. Он попал прямо в ловушку и оказался убит.

Леди Нинука вдруг поняла, что большинство взглядов направлено на нее.

– Я? Что за выдумки?

– Выдумки? – спросил Кабал, изображая невинность. – Думаю, немало есть мужских туалетов в Миркарвии, где про вас постоянно что-то выдумывают. А если почитать надписи, то и там много интересного найдется. Вы ведь понимаете, что выдумки бывают разные? О, да сядьте вы, – бросил он графу, который поднялся с барного стула, чтобы защитить честь дочери. – У вас в скором времени появится шанс меня убить. А пока, – он вновь повернулся к леди Нинуке, обратив внимание на нее, – да, если бы я говорил о вас, то это было бы ложью. Я несколько раз сталкивался с миркарвианской службой безопасности и не назвал бы эти встречи приятными. Насколько я понял, служба безопасности и разведка в Миркарвии, что довольно необычно, являются единой организацией, которая носит название «Секция А». Де факто возглавляет ее Марша́л, но могу я попросить агента Секции А встать?

Никто не пошевелился.

– Ну же, фрау Роборовски. У нас нет времени.

Фрау Роборовски сложила руки на коленях, но ничего не сказала. Да ей и не требовалось: реакция говорила сама за себя: она не удивилась и сохраняла спокойствие.

– Постойте, Кабал, – вмешалась мисс Бэрроу. – Вы сказали, что убийцей была незамужняя женщина. Но фрау Роборовски, она же фрау – замужняя женщина. – Леони посмотрела искоса на фрау Роборовски, которая ответила ей холодным взглядом. Уверенность мисс Бэрроу пошатнулась. – Разве не так?

– Нет, – отвечал Кабал, опечаленный ее недогадливостью. – Конечно, нет. Она – офицер разведки. Не удивлюсь, если она до завтрака успевает шесть раз сменить личность, даже если этого не требуется. Просто чтобы оставаться в форме. Между делом, – Кабал обратился к фрау Роборовски, – каково ваше настоящее имя? Поддерживать легенду больше нет необходимости, а мне не нравится обращаться к вам по оперативному псевдониму.