Долгая дорога домой - Игорь Чужин

Однако Лаэра и Милорна ждал жестокий облом, потому что я, вылив на них по стакану воды, быстро привёл их в чувство, а затем отправил-таки собирать подчинённых на обряд посвящения. Пока эльфы будут собираться в приёмном зале, я решил навестить Викану и Эланриль и выяснить, как продвигаются у них дела. Однако в княжеских покоях жён мне найти не удалось. После безуспешных получасовых поисков я обнаружил их сидящими на кровати в моей спальне. Нервы были уже на пределе, и я возмущённо заявил:

– Красавицы, это что за кабинет вы себе устроили на моей кровати? Я здесь, кажется, сплю, а не занимаюсь посторонними делами!

Викана и Эланриль сразу сделали обиженные лица, но с кровати слезли. Оказалось, что поначалу они изучали новые возможности в своих покоях, но им постоянно приходилось бегать друг к другу в гости, чтобы поделиться впечатлениями и задать вопросы. Набегавшись до посинения, они решили не мучиться и оккупировали мою кровать. Я сменил гнев на милость и благосклонно разрешил жёнам снова залезть на семейное ложе.

В ходе короткого экзамена мне удалось выяснить, что дела у княгинь успешно продвигаются и серьёзных проблем нет. Викана и Эланриль задали мне несколько общих вопросов, на которые я легко ответил и, похвалив прилежных учениц, вернулся в приёмный зал.

Здесь меня уже дожидалась большая толпа эльфов, которые собрались для обряда посвящения. Увидев возбуждённых перворождённых, я понял, что проводить ритуал необходимо, максимально соблюдая внешний антураж, и соответствовать торжеству момента. Поэтому мне пришлось вернуться в свой кабинет и водрузить на голову княжескую корону, чтобы выглядеть как подобает Великому князю, хотя для запуска программы привязки корона и не требовалась. Она была необходима только для прямого доступа к Нордрассилу и выполнения особо важных команд администрирования, а также запуска сервисных приложений при программных сбоях.

После короткой торжественной речи я, чтобы избежать эксцессов, усадил присутствующих на пол и приступил к ритуалу.

Запустив программы привязки, я свернул виртуальный рабочий стол в трей и осмотрел зал. Ритуал проходил автоматически и не требовал моего вмешательства. Несколько минут ничего не происходило, но затем я заметил, что выражение лиц у эльфов стало меняться и они впали в ступор. Минут через двадцать передо мной сидела толпа блаженствующих идиотов, которые выпали из реальности. Мне пришлось приложить массу труда, чтобы вернуть эльфов к действительности, и если бы не помощь Лаэра и Милорна, то неизвестно, сколько это заняло бы времени.

Ещё около часа я потратил на изучение отчёта о результатах привязки и проверке качества магической связи с каждым из эльфов. Затем процедура повторилась со следующей группой перворождённых, и к полуночи все эльфы, находящиеся на Нордрассиле, прошли магический ритуал.

Последующие двое суток, загруженные под завязку общением с Нордрассилом, промелькнули как мгновение. После того как закончилась дефрагментация ячеек памяти, произошло ещё одно важное событие, которое меня сначала напугало. Меня едва не хватил кондрашка, когда в голове раздался голос Нордрассила. Оказалось, что магический компьютер обладает разумом и способен вести беседу, как человек.

В первый момент я решил, что сошёл с ума, но испуг быстро прошёл, и я выслушал отчёт Нордрассила о его самочувствии. Затем Дерево озвучило длинный список проблем и неисправностей, в котором я мало что понял. Чтобы не городить ерунду и не выставлять себя идиотом, я тупо спросил Дерево:

– И что мне теперь делать?

Через несколько секунд Нордрассил надавал мне кучу советов и рекомендаций, а также способов решения возникших проблем. Я добросовестно попытался разобраться в полученной информации, но быстро понял, что на это потребуется несколько лет.

Наступив на горло собственному самомнению, я благоразумно выдал Нордрассилу карт-бланш на любые необходимые действия, но потребовал регулярно докладывать о полученных результатах. На выполнение плана работ Нордрассил требовался месяц, поэтому я решил не терять времени даром и улететь вместе с Ингуром в бункер.

Дела обрушились на мою голову снежной лавиной, а разгребать завалы предстояло князю Ингару. Мне было необходимо отправить караван хуманов в бункер и достроить наконец летающую лодку, до которой так и не дошли руки. Затем требовалось наладить надёжную связь с Саадином и Чинсу, чтобы не оставаться слепым и быть в курсе событий.

Война на Геоне закончилась, и теперь я собирался стрясти с врагов и союзников неоплаченные долги. Все готовы любить князя Ингара бесплатно, и я отчётливо представляю себе, какой поднимется вой, когда придётся платить по счетам.

После оживления Нордрассила хуманам придётся покинуть Горное убежище. Магическая аура пробудившегося Дерева Жизни угнетающе воздействует на психику людей, и скоро они это почувствуют. Для очередного переселения народов необходимо срочно готовить материальную базу и построить возле бункера настоящую крепость.

Легко планировать в уме грандиозную стройку, но очередные наполеоновские планы тащили за собой море проблем. Сразу возникали заморочки со строительными материалами, продовольствием и ещё кучей других вопросов. Однако эти вопросы можно было решить с помощью денег, но где найти людей для строительства и где их разместить? Как всё это организовать, я не имел никакого понятия, но резонно предположил решать проблемы по мере их возникновения.

Я передал заботы о Дереве Жизни Викане и Эланриль, а также рассказал им о его полном пробуждении. Княгини с обычной женской робостью восприняли это известие, но с моей помощью быстро нашли с Деревом общий язык и теперь задавали «блондинковские» вопросы уже Нордрассилу.

Ещё одной непростой проблемой стало решение судьбы Шалара. Конь постоянно пасся у подножия Дерева, но времени на общение с ним у меня хронически не хватало. Шалар обижался на отсутствие должного внимания к себе, но я не мог разорваться на куски. Мне пришла в голову спасительная идея – передать Шалара на попечение Викане и Эланриль. Осталось только убедить коня, что это знак доверия, а не очередная попытка избавиться от него.

Поначалу Шалар в прямом смысле встал на дыбы, но мне всё-таки удалось убедить его с помощью лести и хитрости. Я битый час убеждал коня в том, что Викана и Эланриль – матери моих детей, которым в моё отсутствие нужна защита. Основным аргументом в нашем споре стало заявление, что я могу доверить заботу о своей семье только Шалару, который сумел победить даже зорга. Эта маленькая хитрость сработала, и конь поклялся, что, пока он жив, княжеская семья будет в безопасности.

Мои жёны с восторгом приняли известие о том, что Шалар находится в их полном распоряжении и позволит себя оседлать. На радостях Викана подсказала мне идею привязать эльфийского коня к Нордрассилу. Она якобы где-то читала, что магические животные такой же продукт генной инженерии Странников и также живут в симбиозе с Деревом.

Я сразу выяснил у Нордрассила этот вопрос и получил на него утвердительный ответ. Оказалось, что помимо эльфийских коней Дереву Жизни полагался целый магический зоопарк, и оно перечислило довольно обширный список животных, входящих в него.