Избранная. Между любовью и долгом - Мария Геррер

– Я очень рада, Ваше Величество, что вы живы и здоровы, – думаю, Матильда дорого бы дала, чтобы я отошла в мир иной прямо сейчас.

Судя по всему, баронесса уходить не собиралась. Конечно, она скрашивала одинокие вечера Грега. И, очевидно, ночи тоже.

На душе стало пусто и холодно. Что собирался сказать мне Грег? Что долг превыше всего? Видимо да.

Я поднялась и плотнее запахнула плащ:

– Уже поздно, я хочу вернуться.

– Да, разумеется, – кивнул Грег.

Мы начали спускаться по тропинке. Баронесса оступилась, и Грег поддержал ее. Даже через темноту я ощутила ее довольную улыбку.

– Тебе не стоит ходить в темноте, – заметил Грег. – Тут можно легко подвернуть ногу. А врача у нас нет.

В деревне горело несколько уличных фонарей. Они тускло освещали улицу. Мы дошли до какого-то двухэтажного дома с остатками лепнины на фасаде.

Над низкой темной дверью с металлическими накладными коваными петлями красовалась вывеска: «Дуб и ворон». Она была нарисована краской, которая местами уже облупилась. Это оказался небольшой трактир, в котором на втором этаже можно снять комнату. Тут жила Матильда.

– Спокойной ночи, Ваше Величество, – она снова присела в реверансе. Но в ее словах мне послышалась насмешка. – Спокойной ночи, господин Маграт.

Матильда потянула на себя тяжелую дубовую дверь и исчезла в глубине здания. Дверь со стуком захлопнулась.

– Баронесса бежала из Столицы. Ее преследовали, поскольку она поддерживала политику Государственного Совета, – зачем-то поставил меня в известность Грег. – Я помог ей и Мартину Ланну укрыться в надежном месте. Помнишь его?

– Помню. Очень благородно с твоей стороны, – холодно заметила я.

В воздухе повисло неловкое молчание. Я пошла в сторону дома тетушки Берты. На пороге повернулась к Грегу.

– До завтра, – произнес он.

– До завтра, – тускло ответила я. Говорить было не о чем. – Спокойной ночи.

Поднялась к себе. Буля соскочил с кровати и улегся на коврик.

– Я тебя заждался.

– Заметно, – буркнула в ответ.

– Чего это ты не в духе? – поинтересовался он.

– Баронессу Орси встретила. Живет по соседству.

– Понятно, – кивнул пес и положил голову на лапы. – То-то я смотрю, ты смурная.

– Терпеть ее не могу. Лицемерка.

– Согласен. Это ее Канцлер сюда приволок?

– Он ее приютил как беженку. Орси бежала от Диктатора.

– С трудом верится.

– И мне тоже.

– Баронесса умеет приспосабливаться к любым обстоятельствам. Пыталась в свое время стать придворным магом. Хотела сделать карьеру на этом поприще. Не получилось. Слишком слабая сила, можно сказать, что дара у нее практически нет. Орси обычная ведьма. И то средних способностей.

– Точно, именно ведьма! Баба-Яга!

– Слушай, а ведь ты все еще ревнуешь Канцлера к этой цаце, – усмехнулся пес. – И совершенно зря, я тебе уже это, кажется, говорил.

– Если ляпнешь такое при ком-нибудь, особенно при Греге, мы больше не друзья. Понял? И никого я не ревную.

– Можно подумать, я болтун,– обиделся Буля. – И вообще я тебя хоть раз подвел?

– Прости, просто я сегодня жутко устала. А тут еще эта Матильда появилась для полного счастья.

Я быстро разобрала постель, спровадила Булю в коридор и легла спать. Но сон не шел. В голову постоянно лезла Матильда, вспоминалось, как она сидела на коленях у Грега, а тот обнимал ее тонкую талию. Красивая она, как ни крути. И смелая с мужчинами. Я так не умею, да и не хочу.

Спала я плохо и проснулась ни свет ни заря.  Даже не успела толком позавтракать, как приехал Варго и позвал меня посмотреть на завод. Он собирался посвятить меня в детали плана и объяснить, что от меня будет требоваться конкретно.

Буля остался дома и побрел спать в мою комнату. Даже не сомневаюсь, что завалится на мою кровать. Он любит комфорт.

Поехали верхом. Крестьянская одежда очень хорошо подходила для этого, даже лучше, чем амазонка. Я сидела на коне по-мужски, и широкая юбка из тонкой шерсти совсем не мешала мне.

По дороге к нам присоединился Грег. До места добирались долго. В горах ехать было сложно. Копыта лошадей время от времени скользили по влажным камням – рано утром прошел сильный дождь. В воздухе пахло сыростью. Прохлада бодрила.

Остановились на крутом утесе, заросшем кривыми деревьями. Оттуда вся долина была как на ладони. Варго протянул мне бинокль.

– Видите завод? Со стороны города к нему идет железнодорожное полотно. А там, где зеленеют кустарники, – подземная река. Ее много лет назад заключили в каменный коллектор. Его стены и надо будет обрушить.

– Не думаю, что моей магии на это хватит, – с сомнением призналась я. – И нас же там завалит.

– Нет, все намного проще. Никто не пострадает, уверяю вас. Повторюсь – смысл в том, чтобы перекрыть доступ воды на завод, повернуть ее в другое русло. На заводе работают наши люди. Не буду утомлять вас инженерными расчетами. В двух словах – если постоянно не охлаждать водой некоторые важные механизмы, произойдет сбой, который повлечет за собой разрушения, и, если нам повезет, взрыв.

– А что на заводе нет запасного варианта охлаждения?

– Есть, и им займется господин Маграт.

– Да, уничтожить резервуар с водой мне вполне по силам.

Грег был сосредоточен. Он взял у меня бинокль. Потом они долго что-то обсуждали с Варго. Из их разговора я поняла, что резервуар с запасом воды расположен на склоне горы и охраняется слабо. Им еще ни разу не пользовались.

Варго подробно объяснил мне, куда я должна буду направить энергию, и как безопасно уйти из подземелья.

– Уже прокопаны дополнительные ходы для нашего отступления. Но динамит, который мы располагаем, не обладает достаточной силой. А ваша магия усилит его мощь.

– И снесет нас взрывной волной, – констатировала я.

– Мы подготовили защиту на этот случай, наш инженер покажет вам чертежи и объяснит, как укрыться от взрыва и выбраться наружу. Все продумано до мелочей.

– Мне бы вашу уверенность, – хмыкнула я.

– Пожалуй, я согласен с метрессой Элинор, – произнес Грег. – Для нее это слишком опасно. Надо подготовить и другой вариант.

– Я не боюсь и согласна, – отрезала в ответ.

Не нужна мне его забота. Пусть о своей Матильде заботится.

Посмотрела на Варго и напомнила:

– Вы обещали, никто не пострадает.

– И выполню обещание. Ночью на заводе только дежурная бригада и охрана. Наши люди включат сирену за четверть часа до взрыва. С этим все просто – разбивается стекло защиты оповещения об опасности в цеху, включается рубильник. Все успеют покинуть здание. Потом пусть разбираются, кто и почему объявил тревогу.