Плюсик в Чарму - Кристина Юраш

- Ты сидишь в его кабинете, пьешь вино, свечки складываются в сердечки. О, нет, это ничего не значит! Хорошо, я могу списать это на случайность. Но вот это!

На столик упала книга с знакомой мордой на обложке. «Похотливый ректор. Или мужчина моей мечты!», - прочитала я, под огромными сиськами студенток. Они облепили ректора со всех сторон, пытаясь задушить своими прелестями.

- Э… Это книга, которую подсказала мне сестра… Она поделилась персонажем. Он показался мне забавным… Когда я ее писала, я даже не догадывалась о магическом мире! – ответила я, бережно отбирая книгу. – Он у меня даже выдохся, как мужик на середине. Так сказать, клизму харизме! Да, он только поначалу заводился с полоборота. А потом ключом зажигания стала клизма.

Отлично! У нас литературный вечер. А можно на литературном вечере использовать нелитературные ругательства?

Физалис положил руки на ручки моего кресла, заставив отклониться на спинку.

-  Ты понимаешь, что ты делаешь? – голос стал зловещим. -Что ты делаешь со мной?

Я молчала, глядя, как от всплеска силы порядок в комнате превращался в бардак. Физалис задыхался, сузив глаза в подозрительную щель.

- Ему плевать на тебя! Так же, как и на твою сестру! Ему всегда было плевать! Всегда! Его интересуют только деньги и влияние! Он искал себе богатенькую невесту в Академии. И твоя сестра, которая тянула из родителей последние деньги, производила впечатление девочки из очень богатой семьи! Поэтому он был с ней! А когда понял, что она не та, за кого себя выдает – бросил! – слышала я гневный голос. – Цинично и без сожаления!

Я смотрела на Физалиса, который выпрямился и отошел на несколько шагов.

- Мы все помним, как она рыдала в туалете, когда он оттолкнул ее в коридоре! – цедил Физалис. – Я не выдержал. И просто вкатал ему заклинание. Мне за это влепили выговор.  Мне и еще парочке парней, которым тошно было слушать про то, что Лорелей его недостойна!

Физалис сделал шаг в сторону перевернутого столика. Он стоял ко мне спиной и тяжело дышал. Мои губы дрогнули в улыбке.

- Теперь ты. У вас что? Семейное проклятие? И это не повод улыбаться! – слышался задыхающийся голос.  – Я не могу понять только одного. Какое ему дело до немага!

Я смотрела на растрепанные волосы и вздыхала, чувствуя, что уже не могу скрывать улыбку.

- Я тоже очень сильно тебя люблю, - прошептала я, кутая в нежность взгляда черную фигуру.

Мои слова прозвучали в полной тишине. Я была уверена, что он их слышал. -  - Я тоже очень люблю тебя, - послышался глухой голос. – Но я не имею на это права. Я женат. Связан вечной клятвой.

В этот момент я разучилась дышать. Я хочу вернуться на пару минут назад, чтобы никогда не слышать эти слова. Они многое объясняли. Тот холод, ту дистанцию и реакцию на поцелуй. Все складывалось воедино, словно мозаика.

- Ну что ж, - нервно произнесла я, глядя впереди себя. Сердце стучало медленно. Я опустила глаза, видя свои едва трясущиеся руки.

Нет, ну а что я хотела? Я глубоко вздохнула. Серьезно. Что я хотела? Чтобы такой мужчина был холост? Да тут на него очередь должна три раза огибать земной шар. И последняя красавица должна орать: «За мной не занимать!».

Я совсем забыла, что хотела сказать.

- Извини, - улыбнулась я. Нервная система орала, что я  - маньяк. И после того, что я с ней только что сделала, то просто обязана на ней жениться! – Я не знала. Честно, не знала.

Быть разлучницей и лезть в чужую семью я не хотела. Закусив губу, я выдыхала, продолжая улыбаться.

- Знаешь, - я осмелилась поднять глаза. – Любовь – это бесценный дар… Я сегодня про это уже говорила… И… поэтому…

Слова путались, мысли тоже.

- Я не люблю ее, - послышался голос. На меня в упор смотрели пронзительным взглядом.

- … поэтому береги ее. Твоя жена наверняка тебя очень любит. Я понимаю, что в каждой семье бывает кризис. Когда люди перестают ценить друг друга. И воспринимают, как должное… Но… Попробуй взглянуть на жену с другой стороны… - я говорила и медленно успокаивалась. – Она наверняка замечательная. И со временем ты просто разучился замечать какие-то детали…

Мой голос почти не дрожал. Я осторожно подошла и взяла его за руку.

- Мы сможем остаться друзьями, - произнесла я, чувствуя, что больше не смогу смотреть ему в глаза. – Если, конечно, она не против… Я знаю, что на чужом несчастье счастья не построишь. Как бы ты не пробовал… Поэтому…

Я занервничала, продолжая улыбаться и гладить его руку.

- Я, наверное, пойду, - подняла глаза я, кивая собственным словам. – Да, мне пора. Спасибо за предупреждение. Я обязательно учту. Мне очень приятно, что ты беспокоишься обо мне… Я тоже беспокоюсь о тебе… И…

Здесь я посыпалась окончательно.

- Ну все, - выдала я улыбку. – До свидания. Помните о том, что я вам сказала. Не огорчайте же-жену. Пообещайте мне, что будете счастливым…

Меня хватило на то, чтобы выйти из комнаты и подпереть собою дверь. По моим щекам скатились наперегонки горькие слезы. Нет, ну что за нафиг?!!

Я спешно вытерла их рукавом пижамы, и стала спускаться по лестнице.

- Остановись, - послышался голос за спиной. Но я не оборачивалась. И ускоряла шаг. Ступени мелькали, как вдруг. Меня обняли сзади. Так крепко, что я выдохнула. Моя правая нога зависла в сантиметре от следующей ступени, но так и не наступила на нее.

-  Послушай меня, - руки на моей груди и талии сжались. Мой взгляд скользнул по ним, пока губы предательски дрожали. – Тише… Тише…

Я жадно ловила губами воздух, чувствуя, что мне его мало. Мои дрожащие руки легли поверх его перчаток.

- Не надо, - прошептала я, пытаясь рассоединить его пальцы. –  Пожалуйста… Отпусти… Отпустите…

- Я прошу тебя, - послышался голос. Я чувствовала дыхание в своих волосах. – Не уходи… Я хотел предложить тебе остаться… Остаться навсегда…Плевать, что ты – немаг. Уже плевать… Просто останься со мной…

Я почувствовала, как меня целуют в висок.

- И что? – усмехнулась я, чувствуя, как еще одна слезинка чертит горькую дорожку. Ком в горле дрожал. – Ждать, когда придет жена? Прятаться под кроватью? Или в шкафу? Изображать моль? Или терпеливо ждать за шторкой, когда жена уйдет? Учти, по балконам я лазить не умею… Это к слову…

- Прекрати! – меня сжали еще сильней. – Она здесь не живет! В этом доме хозяйкой будешь ты! По правам ты ничем не будешь отличаться от жены!  Ничем! Боишься осуждения? Зря. Об этом никто не знает… Это раз. А если и узнают, то есть суммы, которые способны закрыть любые рты!

- Ну отлично, - сглотнула я. – Приходит жена. Как всегда внезапно. Видит, шампунь женский. А ты рассказываешь, что от него волосы мягкие и шелковистые. Потом случайно находит трусы женские. И ты уже натягиваешь их на себя, уверяя, что с некоторых пор предпочитаешь кружавчики… А я под кроватью лежу. По хозяйски. Ну я же хозяйка? Где хочу, там и лежу! Хочу под кроватью, хочу в шкафу, хочу на балконе мерзну! А со мной вся моя одежда, косметика и вещи. Потом дверь закрывается, и я снова раскладываю вещички по местам! Василиса и тайная комната! Все замечательно!