Награда для эльфа - Лена Хейди

— Руки убрал! — прикрикнул Айс на Эверета, который уже в сотый раз за день порывался погладить мой живот.

Дроу бросил на него взгляд обиженного сиротки и ретировался подальше от меня, к окну.

Сейчас я была на шестом месяце беременности, и малышка активно пиналась, приводя в неописуемый восторг и отца, и будущего жениха.

После того, как неделю назад этот наглый дроу пришёл к нам вечером на задушевный разговор и якобы невзначай просунул руку под полу моего халата, чтобы дотронуться до кожи чуть ниже пупка, он ошалел от радости: на его запястье проступила едва заметная метка истинной пары.

Айс его тогда чуть не прибил за такие вольности, но, увидев татуировку, что-то гневно прорычал и выставил будущего зятя из комнаты.

Обычно у эльфов татуировки истинности появляются после консуммации брака, а у оборотней — сразу, как только две связанные судьбой половинки рождаются на свет.

В нашем же случае магия этого мира распорядилась так, что Эверет получил свою вожделенную метку, когда его половинка — Оливия — была ещё в утробе матери.

Все слуги из замка Айса переехали вслед за нами в Грезден. А кот с бельчонком добрались до нашего нового дома в числе первых.

Просторный, светлый, по-эльфийски изящный, этот замок стоял на берегу красивейшего озера. Помимо него Эверет подарил нам ещё одну резиденцию, которую он назвал летней. Там мы ещё с Айсом не были: решили подождать с разъездами до родов.

— М-р-р! — поддержал хозяина Персик, запрыгнувший мне колени. А Сеня примостился сбоку на диване, с упоением поедая очередной орех.

— Ну что сразу «мур»? — возмутился Эверет, укоризненно глядя на кота. — Вот был бы ты на моём месте, я бы посмотрел, как ты замурлыкаешь!

Персик снисходительно прищурился, не желая вступать в дебаты.

— Ник сегодня приезжал? — уточнил Айс, присаживаясь на диван рядом со мной.

— Был, — ответил за меня Эверет. — Сказал, что беременность у Леры протекает хорошо, и что Элиза передаёт нам всем привет. Он задействовал какие-то особые артефакты, и с помощью них выяснил, что наша Оливия появится на свет эльфийкой, но будет способна к обороту в белочку. Всё, как я и мечтал…

Дроу просто светился от счастья. Я тоже. Как и Айс.

— Отличная новость. Я рад, — муж с нежностью поцеловал меня в висок.

— Как, у тебя много заказов? — спросил у него Эверет.

— Да, моё детективное агентство пользуется большой популярностью, — кивнул Айситар. — Правда, я пока не беру слишком сложные дела: не могу оставлять Леру надолго одну.

Стук в дверь прервал нашу идиллию. После разрешения войти внутрь просочился молодой слуга:

— Прошу прощения, господа, но в замок пожаловал его величество Дарион Первый, король Эльнарии. Он просит аудиенции у герцога и герцогини Леранэль. Проводить его в гостевую или выставить вон?

Мы с Айсом и Эверетом удивлённо переглянулись. Все эти полгода от Дариона не было никаких вестей. Ханшир был прав: король не стал подвергать репрессиям тех, кто участвовал в потасовке на дворцовой площади. Словно ничего и не произошло.

Что ему сейчас понадобилось?

— Проводите в гостевую, — принял решение Айс.

— Мы все трое с интересом его выслушаем, — добавил Эверет.

— Да, господа, — поклонился слуга и быстро выскочил из комнаты.

Муж помог мне быстро переодеться в гардеробной из домашнего платья в более подобающий наряд, и мы с ним вслед за Эверетом отправились на беседу с Дарионом.

— С чем пожаловали, ваше величество? — с порога поинтересовался Эверет у брюнета.

Тот поднялся с кресла и уставился на нас долгим пристальным взглядом. Будто хотел нас запомнить. Смотрел так, словно… прощался?

Я заметила, какие глубокие тени залегли у него под глазами. Кажется, этот эльф проводит слишком много ночей без сна.

— Добрый вечер, — отмер он наконец. Произнёс отрывисто и глухо: — Благодарю, что согласились выслушать. Это важно.

— Давайте присядем за стол, — предложил Айситар. Так и сделали.

По левую руку от меня расположился муж, по правую — дроу. А король опустился на стул напротив нас.

— У меня было полгода, чтобы подумать обо всём. Взвесить все за и против. И я принял решение, — он неожиданно снял с себя корону и положил её перед собой на стол. После чего произнёс: — Я, король Эльнарии Дарион Первый, находясь в здравом уме и трезвой памяти, отрекаюсь от трона и передаю королевскую магию своему преемнику, королю Айситару Храброму. Дабы он правил Эльнарией со всей мудростью и честью.

Никто из нас не был готов к такому повороту.