Вне времени - Роберт Энтони Сальваторе

Он хотел что-то сказать, но тут подошёл Джарлакс, за которым плыл магический диск, скрывающий что-то под простым белым полотном.

- Шива по-прежнему желает управлять своим домом, - объяснил наёмник. - Она ищет способ вернуть себе благосклонность Чед Насада, чтобы её защитили от Бэнров и от жителей Города Мерцающей Паутины, которые считают её угрозой их порядкам.

Он потянулся и снял простыню, открывая величественную, инкрустированную драгоценными камнями статую паука.

- Это копия статуй, украшающих зал Правящего Совета Чед Насада, - объяснил он. - Из города разошлись слухи, что отряд низкорослых воров с поверхности похитил одну их таких.

- Думаешь, это приманит Шиву? - спросил Закнафейн выдающим его скептицизм тоном.

- Соблазн возвращения, - объяснил Джарлакс. - После того, как её низвергли, бывшая верховная мать больше всего желает вернуться на свой трон. Спасение статуи из лап этих свирепых разбойников-полуросликов станет для Шивы приглашением вернуться в Правящий Совет. Не считая того, что на самом деле не станет.

- Похоже, предстоит много возни. Разве мы не можем просто выследить её и покончить с этим?

- Как отыскать дроу? - напомнил ему Джарлакс.

Ответа у Закнафейна не было. Он посмотрел на пленников и тяжело вздохнул, уже пытаясь сообразить, как он может защитить их, если Шива выйдет на охоту.

- Полурослики с большой дороги, - пробормотал он с беспомощным смешком.

В задней части огромной грибной рощи, в небольшой нише, укрытой от света сияющих червей на потолке основной пещеры, вокруг маленького костерка в яме сидели пять полуросликов, поедая пищу, предоставленную им Джарлаксом — довольно неплохая трапеза, на самом деле, от которой оголодавшие пленники даже не подумали отказаться. В углублении позади полуросликов на естественном возвышении стояла паучья статуя, ясно видимая каждому, кто набрёл бы на их отряд.

Тёмная трещина в стене сбоку от этой ниши выдавала почти сомкнутое устье надпространственной комнаты, которую создал своей переносной дырой Джарлакс. Оттуда трое дроу поочерёдно следили за наживкой — Аратис Хьюн, который когда-то рыбачил в водах озера Донигартен в Мензоберранзане, прозвал предводителя полуросликов Поплавком и дразнил всех пленников разговорами о том, как скоро их заглотят.

Закнафейн не считал подобную стратегию эффективной, даже если не считать жестокости насмешек убийцы, которые немало раздражали оружейника,.

- Ты дразнишь их неизбежной смертью, но тогда что им остаётся терять? - спросил он, когда они вошли в надпространственную комнату сегодня днём, десятым днём, проведённым за пределами Чед Насада.

- Про их потери я особо не думал. Это просто способ провести время, - ответил Аратис.

- Они куда вероятнее попытаются сбежать или сражаться, если ты продолжишь их провоцировать, - заметил Закнафейн, решив, что практический подход подействует лучше призывов к порядочности.

Но Аратис Хьюн просто пожал плечами, как будто эти мысли его не беспокоили, и вполз в дыру.

Закнафейн посмотрел на Джарлакса в поисках поддержки, но командир наёмников не принимал участия в их постоянных спорах. Перед ними стоит единственная задача, и будет разумно эту задачу выполнить, напоминал товарищам Джарлакс.

Как и Аратиса Хьюна, его как будто ничего больше не волновало.

Зато волновало Закнафейна.

Оружейник размышлял об этом, когда наступила его смена у выхода, глядя сквозь щель на собравшихся в импровизированном лагере полуросликов. Дом Симфрей был всего лишь младшим домом, в рабстве у которого была только горсточка гоблинов, так что Закнафейн редко встречался с рабами и уж точно никогда не видел похожих. Гоблины были мерзкими существами и не обладали никакими качествами, способными оправдать их в глазах оружейника. Всё их существование казалось предназначенным для бед и разрушений, даже если целью были другие гоблины.

И несмотря на это Закнафейну всегда неуютно было видеть их в рабстве. А сейчас... Наблюдая за полуросликами, с их испуганными взглядами — но также и со случайным смехом и многочисленными попытками утешить друг друга — Закнафейн понял, что эти существа ни капли не похожи на гоблинов.

Но всё-таки они были здесь — наживка, выставленная перед ужасным врагом с ужасными намерениями, который почти наверняка прикончит несчастных жертв до того, как наблюдатели сумеют его остановить.

И двум его спутникам было плевать.

Один из полуросликов поднялся и немного прошёлся, разминая руки. Он зевнул и снова сел, но на этот раз в стороне, прислонившись к стене пещеры.

Закнафейн посмотрел в другую сторону, увидев женщину-полурослика, тоже вытянувшуюся на земле, похоже спящую, а когда вернулся взглядом к первому, тот уже свернулся тихонько клубочком.

Джарлакс сказал ему, что эта раса очень хорошо умеет делать две вещи: есть и спать, и в этот момент с подобным наблюдением трудно было спорить. Всего за несколько мгновений они глубоко погрузились в сон, а другие трое просто сидели на месте, полностью поглощённые своей трапезой.

Сидели они слишком неподвижно, но Закнафейн не сразу это разглядел — лишь тогда, когда ему показалось, что он больше не слышит треск небольшого костерка. Костёр был на месте, оружейник просто его не слышал.

Закнафейн втянул воздух и повернулся, чтобы махнуть своим спутникам. Его пальцы просигналили: «Они пришли!»

Он хрустнул пальцами, ему не терпелось выскочить наружу, но Джарлакс схватил его за плечо и просигналил: «Терпение!»

- Терпение? - ответил Закнафейн, чуть ли не в полную громкость из-за своего отвращения. Их терпение скорее всего приведёт к пяти перерезанным глоткам.

- Семеро, - напомнили ему пальцы Джарлакса, поскольку по показаниям свидетелей в доме Зовирр Шива покинула город с полудюжиной верных последователей.

На сцене перед ними появилась пара воинов-дроу, двух мужчин с мечами наголо, осторожно крадущимися в свете костра.

Сидевшие полурослики не шевельнулись. Спавшие полурослики не проснулись.

Первый дроу ударил полурослика кулаком по голове. Его товарищ зашёл дальше, уколов сидящего полурослика в плечо — не глубоко, но достаточно, чтобы тот не смог дальше притворяться неподвижным.

Закнафейн знал это подлое жреческое заклинание. Полурослики прекрасно осознавали происходящее и чувствовали боль, но не могли даже закричать от боли или в знак протеста.

Всё, что он мог — не бросаться туда сломя голову, рискуя всем.

В поле зрения возникла ещё пара дроу, мужчина и женщина в изящных одеждах. Им сообщили, что Шива Зовирр сбежала с дочерью и сыном, и Закнафейн решил, что эти двое — благородного происхождения. Женщина говорила на беззвучном