Плоть и сталь - Михаэль Драу

Мастер Шакс никогда не находил киборгов привлекательными. Особенно таких взрослых и здоровенных. Но от начала мира так повелось — сердцу не прикажешь. Однако Мастер Шакс догадывался, что, к сожалению, на киборгов эта древняя поговорка не распространяется…

Люций, бесхозная химера и друг Блисаргона, отыскал праздно шатающегося Шакса в толпе и поздоровался.

— Вы к Блисаргону? Он сейчас немного занят. Может быть, пока желаете кофе? Вам принесут в vip-кабинет.

— Благодарю, Люций. Я могу и просто подождать.

— Тогда пройдёмте со мной.

Химера проводила Мастера Шакса в приёмную управляющего.

— Люций, ну кого там принесло, я же сказал… — Блисаргон, как обычно, был занят деловыми вопросами. Но увидел вошедшего Шакса и поднялся из кресла, отставив в сторону ноут и поправив съехавшую с плеча шубку.

— Привет, — негромко произнёс он, приближаясь и мягко коснувшись округлой щеки Мастера жирно накрашенными губами. — Я немного занят. Ты подождёшь?

— Конечно, подожду, — так же тихо ответил Шакс, глядя тёплыми глазами на своего киборга. После чего присел на диван, дав возможность Блисаргону доругаться с поставщиками очередного вида товаров, необходимых в «Паноптикуме». Мастер Шакс в который раз ловил себя на мысли, что ему очень нравится, когда Блисаргон называет кого-то дорогушей и картинно закатывает глаза, после чего выдаёт тираду таких ругательств, от которых может покраснеть самый грязный панк из трущоб.

Ждать всегда утомительно. Хочется поскорее остаться наедине с этим огромным, жёстким на ощупь мужчиной. И снова тщетно желать его объятий.

Мастер Шакс давно догадывался, что у Блиса какой-то физический недостаток. Может быть, последствия ранения. Именно из-за этого он никогда не снимает верхней половины одежды. Но сегодня Шакс вознамерился во что бы то ни стало убедить его сделать это.

Когда они остались одни, и все двери были закрыты, а проклятущие телефоны отключены, Шакс запрокинул лицо, отдав свои губы в полное распоряжение киборга. Блисаргон умел целоваться, о да! Ещё как! Шаксу иногда думалось, что никакого секса после таких поцелуев не нужно. Но они неизбежно оказывались в постели. Точнее, на диване. Или на столе. Или, например, как в прошлый раз, Шакс просто стоял, прижавшись спиной к стене, а Блисаргон сидел перед ним на коленях. Ни одна, даже самая хорошо обученная самочка не могла так умело доставлять удовольствие губами и языком. Сама природа в который раз доказывала, что только мужчина может в полной мере понять другого мужчину и подарить ему наслаждение.

— М… Сегодня я буду девочкой? — улыбнулся Блисаргон, когда Шакс осторожно уложил его спиной на скрипнувший кожаный диван, а сам склонился сверху и принялся молча целовать мощную шею киборга. Тот прикрыл глаз и едва ли не замурлыкал. Немного жутковато было от того, что второй глаз никогда не закрывался — Блисаргон всё-таки скопил немного денег на кибер-имплантат. По сути, это вообще было лишь схематическое изображение глаза, стекляшка, всегда мерцавшая зелёным. Титановые пластины, обрамлявшие кибер-глаз, поблескивали в приглушённом сиреневатом свете, делая Блисаргона похожим на куклу.

Поцелуи тем временем спускались всё ниже. И, вопреки обыкновению, задержались на ключицах. Потом ладони Мастера раздвинули ворот лохматого манто. Почти скинули его с плеч.

Киборг резко сел, снова запахиваясь плотнее.

— Не надо. Я же просил, — глухо буркнул он.

— Блис, — Мастер заглянул ему в лицо. — Почему ты не позволяешь? Ну что там такого ужасного?

— Я просто не люблю, когда мне целуют грудь. Не надо. Давай, лучше я тебе всё сделаю, как обычно.

— Блис, — прошептал Мастер, погладив киборга по колючей щеке. — Я люблю тебя, каким бы ты ни оказался…

— И всё же, есть пределы…

Мастер настойчиво взялся за ворот манто.

— Нет! — огрызнулся киборг, вставая с диванчика, Шакс поднялся сделом, не отпустив манто, и Блисаргон внезапно оказался раздетым по пояс.

Увиденное заставило Шакса вздрогнуть и медленно сесть обратно.

У Блисаргона Баркью не было левой руки. До самого плечевого сустава. Лишь уродливые шрамы указывали на то, что инвалидом он не рождался.

— Отдай! — киборг вырвал из рук Мастера манто и нервно накинул его на левое плечо, скрывая увечье. А потом рявкнул:

— Ну, полюбовался?! Нравится?! Красота, правда?

— Блис… — в глазах Мастера заблестели, но почти сразу же высохли слёзы. — Ты… ты думал, что такая малость отвратит меня от тебя?

— Я просто не люблю, когда люди это видят. Вот и всё.

— Блис… — Шакс поднялся и с нежностью обнял киборга. — Господи, Блис… Ну, почему ты мне не сказал сразу? У тебя будет всё! Любой протез! Хочешь, даже био-имплантат! И глаз тебе сделают как настоящий, если хочешь. Или даже пересадят живой… Не надо так себя ненавидеть!

Блисаргон не отвечал, глядя в сторону. Потом сел в кресло, закинув ногу на ногу, и закурил. Как обычно — лёгкую сигаретку в длинном мундштуке.

— Это не боевое ранение, Трейс. Это позорное клеймо, которое я должен нести как расплату за прошлое. Когда погиб мой господин, я, к сожалению, остался жив. Первое время пытался терпеть боль. Потом работал за дозу наёмным убийцей. Потом за профнепригодность меня «уволили», оставив без капли Топлива. И пошло-поехало. Торговля своим телом. Или отдельными его частями. Глаз, рука и левое лёгкое — всё это минуты, часы и дни без боли.

Шакс прижался к широкой груди киборга и погладил его по плечу.

— Всё это кончилось. Топливо я могу приносить тебе сколько угодно.

— Но в последнее время его требуется уже больше.

— Значит, будет больше.

— А потом передоз.

Шакс почувствовал, как похолодело у него между лопатками.

— Если я могу что-то сделать… Блис, я сделаю!

Киборг отставил в сторону мундштук, зажатый между указательным и средним пальцами, и мягко улыбнулся, поглядев на Шакса.

— Ничего тут нельзя поделать, Трейс. Давай просто наслаждаться тем, что имеем. Мне не долго осталось.

— Не говори так, — прошептал Шакс и прижался к нему крепче. — Ты сильный. Ты выдержишь.

— Да. Выдержу, — усмехнулся киборг, затягиваясь и выпуская струйку дыма уголком губ.

Иногда ему даже казалось, что он слышит, как тикают его биологические часы, отсчитывая утекающие минуты. Пока что у него есть отличный, прибыльный бизнес, любящий человек и регулярные инъекции Топлива.

Мастер Шакс как-то попытался перевести любовника на легальные инъекции, но, судя по всему, стабилизаторы так долго работали на Топливе, что уже не воспринимали никакого иного состава, и Блисаргон едва не впал в кому. Стало очевидно, что для того, кто хоть раз принял Топливо, нет возврата к прошлому.