Рассвет нового мира - Ярослав Коваль

— Не слишком ли вы подчёркиваете свою уникальность, достопочтенный?

— Я подчёркиваю? В самом деле? Впрочем, как вам угодно. Просто имейте в виду, что после провала первой же группы лазутчиков — а провал последует неизбежно, потому что шанса на успех, я считаю, практически нет — Хтиль уже будет знать всё об интересующей нас цели. Что он тогда предпримет, можно лишь догадываться. И всё равно не догадаться.

— Это резонное замечание, — подтвердил Тэйдавар, куриал-демонолог. — Действовать надо наверняка, или уж не действовать вовсе.

— Так у вас уже есть план действий, Лексо? — спросил Сайхеддан. Я был плохо с ним знаком, а о роде его занятий знал лишь то, что он — крупный военный чин в Мониле. Не верховный Главнокомандующий, конечно, и не глава Генерального штаба, однако тоже шишка. — Как вы планируете завоёвывать демонические владения?

— Я не военный человек. Пока никак не планирую. Но если понадобится, я найму человека, который справится с этой задачей. Или не справится. Посмотрим. Мне придётся рисковать, если Мониль не захочет поучаствовать в операции.

— Вы тоже уже представляете собой часть Мониля, Лексо.

— Поэтому мне должно быть больше всех нужно?

— Никто не говорит, что вы останетесь с этой проблемой один на один.

— Я пока не слышал и обратного.

— У меня есть вопрос к куриалу Терры, — произнёс, поднявшись со своего места, Логнарт.

— Слушаю.

— Если речь идёт уже о вполне конкретной конструкции новых обелисков, и дело за деталями, значит, вы способны, я полагаю, прогнозировать степень их зависимости от себя.

— Простите?

— В какой степени вы планируете передать созданные вами энергетические объекты под контроль монильских чародеев?

Я помолчал, пытаясь отыскать подходящие слова и выражения, достаточно туманные, чтоб они не выглядели откровенно нахальными.

— А вы как, простите, себе это представляете?

— То есть?

— Для всех присутствующих не секрет, что сам по себе я маг, мягко говоря, начинающий. Все мои знания, навыки и опыт — в действительности знания и опыт демонического существа во мне. То есть конструкция будет создаваться на демонической основе и контролироваться демоном. По сути. Кто-то из монильских магов способен уверенно работать с демоническими конструкциями?.. Зачем на меня смотреть таким уничижающим взглядом? При всём желании — что вы предлагаете мне делать? До того уровня, когда уже смогу самостоятельно разобраться в столь сложной конструкции и организовать что-нибудь вроде переходного устройства, мне предстоит колупаться в лучшем случае лет десять. А может, пятьдесят. Что ещё всем нам остаётся, кроме как ждать?

— То есть, по сути, в любом случае система обелисков будет полностью подконтрольна вам?

— Когда оператор атомной электростанции сидит за пультом, система ему подконтрольна. Это вроде бы никого не пугает. Есть статьи, параграфы, должностная инструкция — считается, что этого достаточно. Вы ведь доверили мне обелиски, поддерживающие жизнь Мониля сейчас. Но сомневаетесь доверить будущие?

— Нет, — сдержанно ответил Логнарт. — В вас, Лексо, никто не сомневается.

И звучало это отрезвляюще, совсем не соотносясь со смыслом сказанных слов. Тон куриала стал чем-то вроде намёка, что шутки закончились, и пора начинать играть эту игру всерьёз. А если я не умею всерьёз, вернее, не способен отличить, что из этого — игра, которая моим оппонентам давно знакома и покорилась им в своём совершенстве задолго до того, как я окунулся в монильскую политику — а что дело, то надо поскорее учиться. Осваиваться. Включаться.

Сейчас же по сравнению с ними я — полный и абсолютный профан, меня в лингвистическом состязании, то бишь в спорах о высоких нуждах родной страны, вчистую переиграет любой куриал. Поэтому не стоит с ними сражаться на этом поле. Лучше уж перейти туда, где опыта у меня столь же мало, но зато лишней искусности и не требуется — просто излагай суть дела и ни о чём не беспокойся. Бесполезное это в моём случае дело — беспокоиться.

Терра

Когда после заседания я всё-таки добрался до своего дома в Воздвиженском, чувствовал себя таким обессиленным, словно не разговоры разговаривал, а ворочал каменные глыбы, причём в одиночку и недели две без отдыха. Мои ученики, которым повезло вернуться на родину раньше меня, едва дождались, чтоб я переступил порог, тут же намекнули на необходимость всем вместе детально обсудить магические действия в демонском мире и создание ракушки. Но мне стало плохо при одной мысли, что сейчас придётся продолжить говорильню. Нет, нет и нет. Сперва баню. Потом ужин в полном одиночестве, в своей спальне, в позе трапезничающего римлянина. А там видно будет.

Однако осуществить удалось только первый пункт. Когда, завернувшись в мохнатый халат, я вывалился из бани, распаренный и словно бы ещё больше уставший, меня ждал Кирилл со смущённой улыбкой на лице и стопкой документов в руках. Нужно было подтвердить получение первой части денег за работу с Катлой, второй части суммы за то же самое, отдельной платы за собранный и вывезенный пепел (этот пункт был прокомментирован, как «доставка заказанных удобрений», забавно, но верно). Далее шли документы, подтверждавшие перечисление платы монильским специалистам за выполненную работу.

— Без твоей подписи никто из нас не сможет даже финансовое поручение передать в Мониль.

— Ну да, само собой… А что за вторая часть суммы?

— Она уже была перечислена. Пятьсот миллионов. Остаток в сто миллионов последует после окончания извержения. Как сообщила группа монильских специалистов, оно продлится ещё полторы недели. Может, чуть больше.

— Монильцы получили аванс?

— В том-то и дело, что нет. Нужна твоя подпись.

— Давай поставлю, — вздохнул я. — Пошли на террасу. Раз уж всё равно не дали отдохнуть.

— Прости, но это действительно очень срочно.

— Где Арс? А Рита?

— Сейчас позову.

— Клади сюда бумаги. Где подписывать?

— Ещё вот тут. А это — поручение куриальному казначею. Здесь ты должен ещё какой-то знак оставить. Мне поясняли, я не очень понял.

— Знаю. Магическая печать. У каждого куриала есть такая, у меня тоже… Вот, готово, отправляй. Лена, солнышко, накрой ужин в моём кабинете, пожалуйста. На троих. Пошли, Арс. И позовите Риту. Пусть она тоже с нами перекусит. Поедим вместе.

— Это уже не все вместе, — добродушно улыбнулся Кирилл. И так подчёркнуто без обиды это было сказано, что поневоле закралась мысль, что обида-то есть, просто пока не хочет показываться наружу.

— Позже посидим и пообщаемся все вместе. Мне много что есть вам сказать, многое нужно обсудить — и по поводу обучения, и по поводу кампании, которую я собираюсь начать. Но не сейчас. Никогда раньше не думал, что могу так устать от говорильни. Будто вагоны разгружал. Кошмар какой-то, а не Курия.