Мефодий Буслаев. Ожерелье дриады - Дмитрий Емец

Тот наблюдал за ним, сидя на прежнем месте, под знаком. Арейподошел так близко, что увидел свое отражение в его зеркальных очках. Любительшоколадок придвинулся к хозяину и ненавязчиво держался за дорожный знак. Арейпонял, что так велел ему Пуфс. Если что, гигант будет атаковать его этой трубойс бетонной плитой внизу, не тратя время на материализацию палицы.

– Как ты меня нашел?.. А, ну да! Мамзелькина! –догадался Арей, глядя не на Пуфса, а на фиолетовые, почти квадратные ногтиЗиги.

Змеистая бородка шевельнулась.

– Мы никого не искали. Просто ловили попутку, –сказал Пуфс.

– Всякое бывает, – произнес Арей. – ВначалеАиде Плаховне не на чем было добраться до садового участка. Теперь и вам нужнапопутка. А что мой Мамай? Уволился по собственному желанию в связи с переходомна аналогичную должность в монтажное управление?

– Мамай лихачит, а это не по мне. Не люблю ягонок! – удручился Зигги Пуфс. – Помнишь любимую пословицу Лигула:«Быстро едешь – у нас же будешь»?

Ромасюсик подобострастно захихикал. Услышав имя «Лигул», онвсякий раз восторгался, находя это полезным для карьеры.

– Ну! – сказал Арей спокойно. – Чего тебе ещенадо? Резиденцию ты у меня уже отнял. Что теперь на очереди?

«Если он произнесет имя „Варвара“, просто произнесет –неважно, какие слова будут следовать после, я его зарублю. Вначале боевое тело,а потом Пуфса», – прикинул он, как бы невзначай поднимая руку, чтобыпровести ладонью по лицу.

Всякий опытный боец знает: вовремя согнуть руку в локте –это уже половина дела. Однако Пуфс, будто что-то предчувствуя, про Варвару дажене заикнулся.

– Надеюсь, без обид? Ты же понимаешь, дружище, я тебяне подсиживал и сам на твое место не напрашивался, – брюзгливо, но вместес тем будто извиняясь, произнес Пуфс.

Арей сразу с этим согласился.

– Да, конечно. Тебе больше хотелось сидеть в Тартаре,вдыхая пары ртути и глазея из окошка на болото с падалью.

Поняв, что разговор сворачивает не в нужную ему сторону,Пуфс прикрыл словесную лавочку и точно собачку подманил к себе Ромасюсика.

– Давай! – приказал он.

Тот развернул какую-то бумажку.

– От лица Его Мрачности, начальника главной Канцелярии,управляющего делами Нижнего, Верхнего и Среднего… – надувая щеки,затарахтел Ромасюсик.

– Довольно! Я уже понял, что речь идет о тебе, Пуфс! –прервал его Арей.

Ромасюсик пожелтел. Шутка Арея показалась ему опасной,причем не только для Арея. Самое же досадное, что на такую шутку не напишешьдоноса. Да и как его сформулируешь? «Этот негодяй сказал, что начальник главнойКанцелярии я, а не вы. Услышав такое, я был возмущен до глубины души и считаюсвоим долгом…»

– От лица Его Мра… – вновь стал выкрикиватьРомасюсик.

– Короче! – рявкнул уже Пуфс.

Перепуганный Ромасюсик так опешил от этого внезапного рыка,что пропустил не только верхушку послания, но и всю середину.

– «…с назначением на должность советника и инструкторапо оружейному бою. Поступает в непосредственное подчинение к начальнику русскогоотдела Зы. Пуфсу», – озвучил он и тотчас трусливо посмотрел на Пуфса, кактот отнесется к этому «Зы».

Зигги отнесся нормально. Только посмотрел на шоколадногоюношу добрыми глазками палача, которому его ассистент вручил тупой топор.

– Выходит, я великодушно прощен и только разжалован винструкторы. Больших дел после провала с Мефом мне не доверят, а железкамимахать – всегда пожалуйста! – заметил Арей с иронией.

– Кажется, ты не удивлен, – сказал Пуфс. – Идавно ты догадался, что Лигул тебя пощадит?

– Я начал предполагать нечто подобное сразу, едваувидел, что меня почти и не ищут. Или, точнее, ищут так, чтобы не найти. Лигулбольше предпочитает доверять таким врагам, как я, чем таким друзьям, как всякиепрочие! – проговорил Арей.

Пуфс неуютно пошевелился.

– Еще ты – советник! – напомнил он.

Арей скривился.

– Чей советник? Твой? И сильно тебе нужны мои советы?

За огромными очками лица было не разглядеть, но все жеощущалось, что карлик смутился.

– Ну… э-э… высказать свое мнение всегда можно, –заблеял он.

– А если я посоветую тебе не подходить ко мне на стометров? – продолжал Арей.

Прасковья хихикнула. Пуфс оглянулся на нее и, казалось,поставил себе где надо мысленную галочку.

«Теперь и за тысячу лет ее не простит. Хотя едва ли у нее ипять лет есть. У нас сгорают быстро», – прикинул Арей, невольно проводямысленную параллель между Прасковьей и своей дочерью.

Пуфс поднялся, подпрыгнул и с обезьяньей ловкостьювскарабкался на плечи к Зиге.

– Поехали! – велел он. – У нас много дел! Кмашине!

Арей преградил великану дорогу.

– Ни шагу! Я не припомню, чтобы согласился быть у тебяпод началом, Пуфс!

Держась за уши Зиги, карлик свесился к нему. Маленькое еголицо оказалось на одном уровне с лицом Арея.

– Ну нет так нет… Можешь, конечно, и отказаться, –признал он.

– Вот и прекрасно! Я отказываюсь! Если Лигул хочет –пусть присылает стражей, чтобы меня убили!

– Прислать-то он пришлет. За этим дело нестанет, – задумчиво согласился Зигги Пуфс и вкрадчиво добавил: – Кстати, яот кого-то слышал, ты взял нового шофера?

Арей пожалел, что не прикончил его сразу. Правда, имениВарвара осторожный Пуфс так и не произнес. Мечнику чудилось, что земля под нимпревратилась в воронку, которая сейчас его пожрет. Левой ногой он стоял наасфальте, а правой – там, где асфальт переходил в гравийную подсыпку. Времяостановилось. Ему казалось, что он молчал бесконечно долго, на деле же – паузане длилась и пяти секунд.

– Я согласен, – сказал Арей.

– Вот и прекрасно! А теперь прочь с дороги, советник!Вы мешаете нам пройти! Зигя, вперед! – небрежно уронил Пуфс.

Грузились в машину долго. Народу было явно больше, чем онамогла вместить. Всем мешалась коса Мамзелькиной. Ее то доставали, то вновьзаталкивали. Под конец покрытая брезентом часть ее оказалась на коленях уРомасюсика. Шоколадный юноша в ужасе смотрел на истертый брезент и размышлял,что будет, если он увидит блеск косы хотя бы в дырочку.