Белый реванш - Андрей Максимушкин

Глубокая ночь. Кругом бескрайняя степь, редкие кустики, пожухлая трава и ни одного огонька до самого горизонта. Только над головой, в прозрачном безоблачном небе, светятся неисчислимые звездные россыпи. Бесконечная светящаяся бездна. Стас уже начал забывать, что бывают такие ночи. В обжитых цивилизованных районах, в больших городах, звезды плохо видны, свет мешает. И только вдали от цивилизации, в таких вот местах, еще можно наблюдать ночное небо во всем его великолепии.

А между тем подмораживает. И ветерок прохладный. Стас поежился и поправил висящий на груди автомат. До смены постов еще целый час, а потом в тепло, отсыпаться. За спиной застыл стальной зверь «КамАЗ». В морозном чистом степном воздухе хорошо ощущались идущие от машины, ставшие за последние дни родными, запахи соляра, масел и железа. Кроме того, на этом фоне выделялся горьковатый аромат костра. Огонь уже потух, только несколько угольков тлели в куче пепла.

Вышагивая вдоль машины, Стас зацепился ногой за кустик травы.

– Тьфу, черт!

– Что случилось? – донесся с противоположной стороны встревоженный голос Макса.

– Ничего страшного. Споткнулся. Темно, как у того профессора из анекдота.

– Ясненько, – донеслось из темноты, – скоро до снега доедем. Тогда ночью светлее будет.

– Как бы сегодня не выпал, – озабоченным тоном ответил Стас, поднимая глаза к небу. – Смотри, какое небо звездное. К морозу.

– На север же едем. К родным снежным просторам.

– И с каждым километром все ближе к дому. Быстрее бы степь проскочить, зимой здесь, говорят, метели и бураны лютуют, дорогу может засыпать, – пробурчал Стас. Неожиданно до его слуха донесся подозрительный шорох. Молодой человек присел и, затаив дыхание, навел автомат на реденький кустарник, темнеющий в полусотне метров от машины.

Звуки в морозном воздухе распространялись далеко. Вон откуда-то издалека донесся приглушенный волчий вой. Слышно, как потрескивает и поскрипывает остывающий мотор «КамАЗа». В кустах опять зашебуршились, треснула ветка, затем звуки стихли, видимо, неизвестный затаился. Стас вглядывался в темень, пытаясь разглядеть непрошеного гостя. Палец застыл на спусковом крючке. Вот опять послышалось шебуршание.

Может, это местные подкрадываются? Заметили одинокий грузовик у шоссе и решили наведаться? Проверить, чем можно разжиться? Стас уже готов был открыть огонь. Какая разница, кто там! Здесь все чужие! Эту аксиому он хорошо усвоил на пути от базы Луньсянь.

Вдруг у самой земли блеснули два огонька, два глаза смотрели на замершего человека. Затем глаза скрылись в траве, и до слуха донесся тихий шелест.

– Уф! – с облегчением выдохнул Стас, поднимаясь на ноги. – Ну и напугал ты меня! Воротник ходячий!

В кустах возмущенно тявкнули, на открытое пространство выскочил зверек размером с собаку и, махнув хвостом, скрылся в траве.

– Что там опять? – это уже Макс проявляет беспокойство.

– Лиса в кустах шебуршилась.

– Двуногая?

– Нет, обычная. Мышковала плутовка.

Успокоенный этим ответом, напарник вернулся к своему сектору патрулирования. До пересменки оставалось еще больше получаса. Затем их сменят Валера Шахов и Ира.

Восемь дней в дороге, восемь дней экскурсии по чистилищу. Стасу уже начало казаться, что они едут не неделю, а больше месяца, настолько ему все это надоело. За последние дни он разучился удивляться человеческой жестокости и бессмысленности жизни. Он научился, не морщась, проходить мимо полуразложившихся, объеденных крысами и собаками трупов, цинично шутить при виде следов «развлечений» двуногих зверей, стрелять первым при малейшем намеке на опасность. Стасу уже казалось, что на его сердце наросла прочнейшая танковая броня, а умение сочувствовать незнакомым людям напрочь атрофировалось.

Они прошли больше половины пути. От Сианя до Хуанхэ, и затем вдоль реки Фыньхэ до Тайюаня. В окрестностях этого центра провинции Шаньси они столкнулись с бандой мародеров. К счастью, Стас вовремя заметил перегородившую трассу баррикаду и остановил машину, не доезжая триста метров до препятствия. Это и спасло им жизнь. Обрадованные, что в ловушку попалась такая добыча, как «КамАЗ», несколько бандитов выскочили из-за баррикады и, размахивая оружием, бросились к машине.

Будь это первый день путешествия, он мог бы стать для наших путешественников последним, но навидавшиеся зверств по дороге ребята выскочили из машины сразу после остановки и незамедлительно открыли огонь. Китайцы были буквально сметены свинцовым дождем. Оставшиеся за баррикадой и прятавшиеся в покосившемся домике у дороги их товарищи начали стрелять по машине и залегшим в кювете русским. Несколько пуль пробили обшивку кунга. Точку в затянувшейся перестрелке поставили два выстрела из гранатомета по домику.

Пока бандиты приходили в себя, глядя на летящие по небу кирпичи и куски железа, Стас запрыгнул в кабину и развернул машину. Ребята без команды попрыгали в кузов, и «КамАЗ», ревя мотором, с прогазовкой сорвался с места. Остановились они только за десять километров от места схватки. Обошлось без потерь, разве что лицо Валеры украсил огромный синяк, след соприкосновения с колесом машины.

– Ну и вляпались! Раз…ить их мать в… Охренеть можно! – выразил общее мнение Стас, не смущаясь присутствием девушек. Он только сейчас почувствовал, что, заскакивая в кабину, разбил колено. Болело сильно, и ходить тяжело, но это лучше, чем попасть в руки местных хунвейбинов. Маша высказалась не менее цветасто, когда ребята после боя залетали в кунг, ей бросили на колени трубу гранатомета да еще отдавили ногу.

После короткого обсуждения город решили объезжать по самой дальней дороге. Если на въезде их встретила организованная засада, значит, в Тайюане далеко не все китайцы вымерли и настроены местные весьма воинственно. Стас и Дима извлекли из кабины потрепанный атлас и, определившись на местности, принялись прокладывать маршрут. Остальные в это время наводили порядок в машине и обрабатывали свои ссадины и синяки.

Через десять минут с неотложными делами было покончено, и «КамАЗ», выпустив струю сизого солярного выхлопа, тронулся в путь. Пока они объезжали город, их пару раз обстреляли. В окрестных деревнях были прекрасно видны следы «зачисток». А на дорогах, ведущих в город, иногда встречались баррикады. Точно такие же, как разнесенная прицельным выстрелом Макса. По всему было видно, что город контролирует многочисленная и хорошо организованная группировка. Выяснять, кто именно, желания не было. Все были по горло сыты приключениями и без гонок по пересеченной местности.