И в аду есть герои - Вадим Панов

– Не все так плохо, как может показаться на первый взгляд, друзья, – усмехнулся Кортес. – И ваше участие в операции – лучшее тому подтверждение. Если бы навы хотели лишить семью Хван бизнеса и монополизировать производство Золотого Корня, они бы никогда не согласились на ваше присутствие.

– Ты же сказал, что тебе пришлось поручиться за нас.

– Поручиться в том, что вы не проболтаетесь. В настоящее время Темный Двор озабочен поисками производителей синтезированного Золотого Корня. Навы собираются найти их и уничтожить.

– Тогда почему Сантьяга не объявит об этом? – удивился Лека. – Если поднять на ноги весь Тайный Город, дело пойдет гораздо быстрее.

– Потому что Зеленый Дом захочет заполучить эту штуку для себя, – проворчал более опытный Муба. – Синтез Золотого Корня – лакомая приманка для людов. – Четырехрукий переключился на наемника: – Но почему навы не сообщили Ордену? Для чудов Золотой Корень почти так же смертелен, как для навов. Уверен, что рыцари стали бы хорошей подмогой.

– То, что знают двое, знает и свинья, – негромко ответил Кортес. – Сантьяга не хочет рисковать. Кроме того, Тайный Город и так стоит на ушах.

Наемник кратко рассказал хванам о «стиме», подпольной фабрике и малых вратах Глубокого Бестиария.

– Как видите, друзья, проблем хватает. Ситуация напрямую затрагивает интересы всех Великих Домов, поэтому ваше участие будет по достоинству оценено Орденом.

– Скорее чуды разозлятся на нас за то, что мы не сообщили им все подробности.

– Вы связаны обязательствами, – тонко улыбнулся Кортес.

– Ладно, – вздохнул Муба. – Что мы должны делать?

– Сейчас мы прочесываем притоны, пытаемся выйти на след производителей «стима» через распространителей, – сообщил наемник и положил на столик лист бумаги. – Здесь адреса, которые вам надо проверить. Работа нудная, но другого пути пока нет. Вот фотография Вероники Пономаревой. – К бумажке на столе добавилась карточка. – Мы уверены, что она употребляла «стим», но не знаем, где она его брала.

– То есть допрашиваем драгдилеров насчет «стима» и этой девицы, – резюмировал Лека.

– Совершенно верно. Интересуют любые следы, даже самые невнятные, сейчас у нас нет ничего. Если нащупаете что-нибудь – никакой самодеятельности, сразу же вызывайте подкрепление.

– А если мы засечем эту девицу?

– Только наблюдение. – Кортес помолчал. – Не забывайте, что рядом с ней будет ошиваться Ктулху, и мне бы не хотелось принять участие в ваших похоронах.

– Понятно.

– Что мы можем делать во время поиска?

– Все, что сочтете необходимым. Сантьяга гарантирует нам полную защиту Темного Двора.

Хваны плотоядно ухмыльнулись, и наемник вдруг подумал, что не стоило давать четырехруким такую свободу действий.

* * *

Складской комплекс компании

«ЦентрМедПереработка».

Москва, Проектируемый проезд,

1 августа, среда, 12:50

Качество, с которым камера видеонаблюдения фиксировала происходящее, трудно было назвать выдающимся: картинка черно-белая, слегка размытая, звук оставлял желать лучшего, но присутствующие смотрели на экран с таким вниманием, как будто демонстрировался по меньшей мере эпохальный шедевр.

Главными действующими лицами трансляции были двое подопытных, облаченные в одинаковые комбинезоны мышиного цвета: молодой парень (Витек, бывший наркоман, пояснил Монастырев) и грузный морщинистый старик (шестьдесят четыре года, бродяжничает двенадцать лет). Тем не менее двигались оба беглеца с необычайной скоростью, производя впечатление хорошо тренированных атлетов.

– Сейчас они встретят Федора, – глухо прокомментировал Адольфус Пукос, правая рука Крысауласа.

Плечистый белокурый здоровяк отвечал за безопасность фабрики, и ночной побег был прямым ударом по его самолюбию.

В конце коридора появился охранник в камуфляже, что-то крикнул, сорвал с плеча автомат и открыл огонь. Изображения беглецов расплылись.

– С камерой все в порядке, – продолжил Пукос. – Просто они уворачивались от пуль с такой скоростью, что…

– Адольфус, дорогой, мы все понимаем, – прервал комментатора Езас.

Плечистый засопел. Беглецы достигли охранника.

– Старик проломил Федору голову, – не выдержал Адольфус. – Судя по всему – кулаком.

Охранник безжизненно осел на пол.

– В общем, картина ясна, – резюмировал Крысаулас.

– Сейчас будет самое интересное, – пробормотал Пукос. – Камера зафиксировала, как беглецы создают огненные шары.

– Адольфус, я хочу еще раз посмотреть, как эти типы вырвались на свободу, – приказал Езас.

Плечистый послушно щелкнул кнопкой пульта и перемотал пленку назад. На экране появилась просторная, больничного вида комната без окон. Белые стены, белый потолок, белый пол и металлические кровати, привинченные к полу. В углу – белая ширма, за которой скрывались унитаз и раковина. В комнате трое. Двое лежат на кроватях, один суетливо ходит, беспрестанно потирая руки.

«Хомяк, – припомнил Крысаулас. – Хронический алкоголик».

Суетливый начал тормошить товарищей, что-то кричать, указывая пальцем на дверь. Старик соглашается, Витек испуганно мотает головой…

– Адольфус, почему нет звука? – мягко осведомился Езас. – Хотели сэкономить?

Начальник службы безопасности проворчал что-то невнятное.

Тем временем между подопытными возникла ссора. Пару минут они что-то орали друг другу, затем Хомяк подскочил к стене и со всего размаху ударил по ней кулаком. На белой поверхности появилась глубокая вмятина. Ссора переросла в оживленный спор. Старик заулыбался и решительно двинулся к массивной металлической двери, следом уныло плелся наркоман Витек.

– Дверь они вынесли, как пушинку, – буркнул Адольфус. – Дальше вы видели. Молодого мы пристрелили еще на фабрике, двум удалось вырваться.

– Достаточно. – Крысаулас жестом велел выключить телевизор, помолчал, поигрывая массивными золотыми часами, надел их на руку и откинулся на спинку кресла. – Итак, они сбежали…

– Мы сразу же объявили тревогу и начали обшаривать район, – внушительно произнес Пукос. – Утром ликвидировали старика. Там, правда, промашка вышла – свидетели, стрелять пришлось прямо во дворе.

– Ты уверен, что он мертв?

– Абсолютно. Но тело забрать не удалось.

– А что с третьим беглецом?

Крысаулас жестко посмотрел на плечистого, тот сник.

– Третий ушел. Мы уверены, что подстрелили его, но ему удалось скрыться в канализации.

– М-да… напортачили. Или, правильнее будет сказать, нахимичили. – Теперь жесткий взгляд голубоватых глаз уперся в маленького очкарика. – Что скажете, Геннадий Прокопьевич?