Убить эльфа - Оксана Демченко

— Знаю я, как они солнце любят, — рассмеялась Кира. — Меня постоянно зовут лечить ожоги. Особенно у рыжих. Мамин пагл умный, он вообще заранее готовит пластыри для гномов, к сезону отпусков.

Нориль улыбнулся и замолчал. Он бы и сам не отказался от отпуска! Но Альянс никому не дает отдыхать. Семь постоянных грузовых маршрутов скрытной доставки, это немало. Три магистральных тоннеля в проходке, тоже непросто. Год назад добавился адрес в столице. Градоправитель сдался и принял предложение о поставке растительного масла и зерна, с которыми в Альянсе третий год беда. Потом убедился: дополнительных требований продать родину и иных подвохов нет. Заказывает потихоньку ткани, топливо на зиму очень просил. Вообще-то старые методы топки вне Альянса давно забыты, но менять все быстро — нельзя. И давать городу замерзнуть — тоже не дело. Королева разрешила, гномы охотно вскрыли резервуар с никому не нужной "горючкой". Грызлы недовольны — возить её противно. Но — терпят, проходят процедуру очистки после рейса…

Бныф стал притормаживать: изменился тон шума. Вообще пассажирские почти бесшумны, но все же скорость велика и наружные звуки проникают в салон.

Нориль погладил Бафрыха и пересел на третий ряд кресел: скоро вагоны разделятся, и начнется подъем к поверхности. Кира, задремавшая, едва попутчик смолк, не заметила перемен. И очнулась уже наверху.

Рядом стоял верный Бафрых, недовольно шипя и нюхая тяжелый запах старой и свежей гари. Пожар? Значит, следует немедленно звать дежурных мальтов с запасом воды в корпусе и гасить пламя! Да и маги пусть работают!

— Баф, здесь всегда так пахнет, никого не надо звать, — грустно сказала Кира. — Это Юльск. Вон там, внизу, стоял грузовик Рона. Дорога сильно испортилась за десять лет. Ямы… Я спасалась от дага, бежала по склону там, кажется. И с поляны — той, видишь? — нас забрал Эгли. Странно, Баф. Все узнаю, а оно остается чужим. Разве тут можно жить?

— Фррр, — энергично согласился Бафрых: нельзя.

Подошел гном, кивнул, сел рядом. Пояснил: эльфы уже внизу, работают. Когда последний даг заснет, король подаст сигнал.

Кира смотрела с холма на Юльск и чуть не плакала, обнимая надежную мохнатую лапу своего жбрыха. Старые дома снесены почти все. Их сменили убогие сараи с плоскими крышами. По родной улице как раз проходит забор — граница лагеря. В розовом доме подлой соседки — уцелевшем, с таким же богатым зеленым газоном — явно располагается помещение службы надзора. Словно гнусные люди чувствуют себе подобных и выбирают их дома для жизни…

Хотя, если разобраться — все куда проще. Там хорошая обстановка, отдельное водоснабжение и полноценная система кондиционирования.

Над крышами расцвел серебряный ландыш: явно работа неугомонной кошки Ли. Просто подать сигнал она не может, надо сделать это красиво.

Грызл шевельнулся, вздохнул, вывел из щелей корпуса множество сложенных в обычных условиях тоннеля лапок, позволяющих двигаться по поверхности, не приминая её и не оставляя глубоких следов. Вывесил свое огромное тело и пополз-побежал вниз, к городу. Он умудрялся и в таком режиме двигаться очень комфортно. И не закрывал пластинчатые "двери" вагонов, сознавая: так пассажирам интереснее и удобнее.

Выбрался на дорогу и изогнулся по ней своим длинным телом, устремляясь к замершей у забора фигуре Нориля.

Кира спрыгнула на сухую пыльную землю. Услышала под ногами привычный по детским воспоминаниям хруст слабой редкой травы, уже убитой жарой к середине лета.

— Вот вход. Иди, мы знаем людей первого сарая, во-он того, с ними был уже разговор, должны ждать и не особенно удивиться. Жбрыха возьми с собой, мало ли, как, — посоветовал Нориль. — Удачи.

Кира кивнула и пошла. Дышать было трудно, словно давно и надежно пролеченная астма вернулась. Это потому, что она, ак-банто, чувствует состояние спящих людей этого ужасного лагеря. Все больны. Им приходится еще хуже, чем прежним жителям свободного Юльска: нет ни чистой воды, ни фильтров в домах. Плохоньких, но хоть от самой густой и тяжелой грязи — спасавших, она и это помнит…

Сарай, указанный Норилем, был темным и тихим, как и все остальные. Дверь, ведущая в помещение, оказалась не заперта. В коротком коридорчике сладко спали на полу два дага. Баф недовольно фыркнул, быстро оттащил обоих за куртки в угол. Обнюхал внутреннюю дверь, толкнул носом и скользнул в помещение. Кира отметила — снова скалит клыки и уже удлинил когти. Готов от всех врагов спасать свою ак-банто!

Люди спали на трехъярусных узких койках. Дышали с хрипом, тяжело. Выглядели — и того страшнее. Сухие, бледные, изможденные.

Кира прошла к первому ряду кроватей. На ходу вспомнила, что еще во время жизни в Альянсе она слышала — это называется нары. Опустилась на колени у края, погладила руку спящей женщины. Та вздрогнула и испуганно затаилась. Чуть погодя несмело открыла глаза. В темноте они видела совсем плохо, но и этого хватило, чтобы сесть и потрясенно охнуть. Зашевелились соседи.

— Можно включить свет? — спросила Кира. И быстро добавила: — Мы вас заберем отсюда, насовсем. Больше ничего страшного не случится.

— От тебя трудно ждать страшного, — неуверенно попробовала вспомнить, как следует улыбаться, женщина. — Ты кто, белоголовое чудо?

— Я Кира. Раньше жила в Юльске, на Ореховой улице. Там теперь забор. Нас спасли, хотя в новостях даги показали нас убитыми, — рассказала Кира. — Это было давно, десять лет назад. Даже чуть больше: тогда еще не наступило лето. Теперь я и мои друзья пришли спасать вас.

— Это хорошо, мы слышали что-то такое, но не поверили, — с сомнением предположила соседка собеседницы Киры. — Как вы думаете нас спасать?

— Все даги спят. Постепенно будите людей, человек по пять. Поясняйте, что к чему. И советуйте им выходить к воротам. Во дворе дежурят гномы из отряда спасателей, они помогут. Неспособные самостоятельно ходить есть?

— Всех вчера собрали в соседний сарай, — сказала женщина, торопливо разыскивая убогие ботинки и принимаясь зажигать огарок свечки. — Кира, солнышко, а кому мы нужны-то? Вот чудеса…

— Вас забирают два центра восстановления здоровья: леснийский, северный, и наш, в предгорьях кряжа Эфэйри-ак в стране Дэйгэ. Это за Барьером.

— Наконец-то хоть появилась польза от моего штампа неблагонадежности, — сухо закашляла-засмеялась женщина в глубине сарая. — Дожили! Эльфы и гномы спасают от своих же дагов. Эй, белоголовая, ты эльф?

— Нет. Но зато я ведьма. Говорят, очень редкая — белая, — гордо сообщила Кира.

— Я тоже ведьма, — ласково шепнул голос у самого уха. — И не зря сидела в этой мерзкой вонючей дыре, вот ведь как получается. Сигнал оказался не поддельным! Руки вперед и вверх, быстро!

— Зря вы, — забеспокоилась Кира. — Ох…

Бафрых, надо отдать ему должное, ничего страшного делать не стал. Просто избавил руку от ножа, потом оттащил, прихватив за затылок, придушенно хрипящую от ужаса ведьму Альянса в уголок, смял там поплотнее, чтоб не билась и не мешала. Порылся в своем бездонном набрюшном кармане и достал прозрачный шар с муравьями. Выловил одного, посадил на голову тощей грязной доносчицы, одетой в тряпье точно так же, как все прочие жители сарая. Дождался, пока "жертва" затихнет и начнет сонно похрапывать.