Разоблачение - Кэрол Берг

– Вот мы и пришли. – Эззариец замялся у высоких дверей, покрытых резными изображениями цветов и виноградных лоз. Он протянул руку к прозрачной ручке в форме змеи, но, прежде чем он коснулся ее, я схватил его за рукав.

– Спасибо тебе, – произнес я. – Ты не скажешь мне, кто ты такой?

– Оставшийся в живых, я уже говорил тебе. Если ты переживешь несколько следующих часов, мы, наверное, сможем познакомиться поближе. Если нет, то нет. Денас не любит людей, которые несут в себе угрозу. Возможно, он решит, что с тобой не стоит возиться.

Комната оказалась еще больше предыдущей. В сине-белых ледяных стенах отражались тысячи свечей. Но, несмотря на обилие огней, здесь не ощущалось тепла и света было недостаточно, я сумел разглядеть только мебель у дверей, а посмотреть здесь было на что. Мне показалось, что сюда притащили столько ковриков, подушек, кресел, столов, статуй и безделушек, что их хватило бы на два дерзийских дворца. Здесь нельзя было пройти и пары шагов, чтобы не наткнуться на мраморный столик, вставшую на дыбы медную лошадь или скамеечку для ног, обтянутую расшитой тканью. С потолка свисала грандиозная люстра, в глубине зала на высоких шестах болтались серебряные лампы, бросающие бледные пятна света на замороженные розовые кусты. Как и во всех остальных местах, цвета предметов были блеклые и смазанные, словно расписывающий их художник нечаянно залил серой краской свою палитру.

– А, Меррит! Я хотел сыграть с тобой в шашки сегодня. – Из темноты вынырнул низкий пухлый человечек с совершенно нормальным телом, если не считать выбивающегося за его контуры демонического огня. Человечек был одет в странный костюм из золотой парчи: тесные сверкающие штаны и плащ без рукавов, спадающий почти до пят. О рубашке он забыл, а на ногах у него красовался только один башмак. Это точно не Денас. И голос не тот. – А это тот самый дерзкий пришелец. – Странный щеголь уперся руками в бока и грозно уставился на меня.

Я молчал.

Меррит слегка поклонился:

– Я с удовольствием сыграю с тобой, Сеффид, но сначала я должен отвести его к Денасу.

– Это она хотела его. У Денаса нет времени, чтобы забавляться пленниками. Он скорее предпочел бы видеть всех вас мертвыми.

– Я знаю, что Денас не интересуется иладдами, но я думал, что этого он хочет расспросить сам. – Меррит казался смущенным.

– Ничего подобного. Это она.

– Зачем он Валлин?

– Это все то соглашение, из-за которого они все время ссорятся. Они не могут доиграть ни одной партии, чтобы не заспорить. Они все там, – Сеффид махнул пухлой ручкой в темноту, – где-то. Кто знает? Ты не видел Вилгора? Он обещал принести мне новую игру, но его никто не видел. Он всегда обещает…

– Может быть, Вилгора завел слишком далеко его развязный язык. – Меррит потянул меня за рукав. – Прости, Сеффид, но Денас хотел видеть пленника, нам пора идти.

– Ну ладно. Ты все равно плохой игрок. Гастеи соображают лучше. – Одетый в золото человек сердито засопел и пошел по проходу, пнув по пути небольшой деревянный столик, который разлетелся на тысячи кусочков.

Меррит забормотал что-то и толкнул меня в спину. Я споткнулся и рухнул на ледяной пол, прежде чем он успел меня поймать.

– Прости. Эти мерзкие демоны… вечно лишают душевного равновесия. Вечно лгут. Никогда не известно, что они сделают в следующий миг. – Он подтолкнул меня вперед, на этот раз мягко, шепча мне на ухо слова, пока мы пробирались по лабиринтам из мебели: – Например, никогда не обыгрывай Сеффида в шашки или другие игры. Он ненавидит проигрывать. Он даже отправлял тех, кто постоянно обыгрывал его, в подземелье. А если это были люди, то с ними он поступал еще хуже.

Я попытался осмыслить услышанное:

– Они отправляют своих, других рей-киррахов, в подземелье? К гастеям?

– Да, они не только дразнят друг друга, но и отправляют друг друга в темницы. Это доставляет им своеобразную радость. Они могут заставлять себе подобных принимать человеческую форму и делают с ними то, что они делали с тобой, или даже еще хуже. Но только особо могущественные демоны могут убивать своих. Большинство на это не способно, особенно если речь идет об убийстве демонов своего круга, – Меррит замедлил шаг и кивнул вверх, на серебряные лампы над нашими головами. – Будь осторожен, друг мой. Те, с кем ты встретишься, очень стары. Хитры. Опасны. Невеи всегда выбирают для себя приятное обличье, но те лица, которые ты увидишь, не более реальны, чем семиглавые драконы, с которыми ты встречался в сражениях. Они могут сделать твою жизнь приемлемой, а могут превратить ее в еще худший кошмар, чем тот, из которого ты выбрался.

Я кивнул, снова пожалев, что не смог поспать. Сколько часов прошло с того момента, как Вилгор вытащил меня из темницы? Я пошел за Мерритом на звук голосов и смеха, доносящийся из-под серебряных ламп. Звучала музыка… очень знакомая… диссонансы заклятия демонов. На этот раз они не скребли нервы изнутри, а звучали снаружи. Арфы, флейты и скрипки пели во весь голос. Аура демонов – их угнетающий душу запах, вкус, звук и ощущения в воздухе, знакомые по сотням боев, – усилилась настолько, что я не мог оторвать ног от пола, а мои руки мечтали о кинжале.

– Ты привыкнешь. – Меррит потащил меня за собой за ширму, расписанную серебристыми узорами.

В комнате было не меньше пяти десятков демонов. Может быть, даже больше. У некоторых, как у Сеффида, были человеческие тела: плоть, волосы, одежда, лица. Их выдавало только выходящее за контуры радужное свечение. Другие выбрали для себя размытое сияние, их тела и лица иногда проявлялись, иногда нет. Они то возникали, то исчезали. Те, у кого были тела, расхаживали в странных одеждах из расшитых золотом и серебром шелков, на них были усыпанные камнями ошейники и береты с перьями, колье из камней, достойных императоров. Те, кто предпочел светящуюся форму, были одеты попроще, ограничиваясь рубахами и штанами ярких цветов, которые странно контрастировали с бледными оттенками, принятыми в царстве демонов.

Независимо от их обличий, все гости были одинаково оживлены. Некоторые танцевали на полу из черно-белых плиток под чудовищную музыку, кто-то сидел на красных и синих подушках, беседуя о чем-то. Иные пили светлое вино из хрустальных бокалов, а иные играли во что-то, передвигая фишки из слоновой кости, черного дерева и драгоценных камней.

Но когда Меррит вывел меня в круг блеклого света, смех, разговоры и музыка замерли. Молчащая настороженная толпа начала медленно растекаться в стороны. Мы шли между ними к группе из трех рей-киррахов. Двое были в телесных оболочках, третий светился золотистым светом. Золотистый демон, высокий и крепкий, смотрел на волнующуюся толпу, а двое других, сидящих друг против друга за маленьким столиком, были полностью поглощены игрой. Мне не понадобилось объяснений. Прекрасный светловолосый невей моего возраста держался с таким достоинством, что у меня не возникло сомнений, кто хозяин замка. Несмотря на отсутствие физического тела, в его сиянии было больше солидности и материальности, чем в большинстве виденных мною людей. Он обратил на меня холодный взгляд, и я едва не застыл. Но мое внимание привлек не величественный демон, а два игрока.