Око Дьявола - Джек Макдевит

– Мы все умрем…

– Безумие…

– Улетаем к моему двоюродному брату Воке, подальше отсюда…

Снизу доносились громкие крики.

Двадцать минут спустя я прибыла в «Глобал». Посадочная площадка находилась на уровне улицы. Там творилось то же самое: все были напуганы и говорили только об одном.

Пейфер уже ждал меня. Вокруг носились сотрудники. Один из них уставился в дисплей. Другие разговаривали по коммуникаторам.

– Да, у вас жизнь кипит, – заметила я.

– Шутите? Величайшая сенсация всех времен. Почему, черт побери, вы с Алексом не рассказали мне о вашем открытии?

– Мы не знали. Я не знала в точности, пока не подняла голову и не увидела пустое небо.

– Пустое небо? Какое пустое небо?

– На астероиде.

Он проводил меня в свой офис. Вошел какой-то человек и начал делать снимки – множество снимков. На большинстве из них я стояла, разглядывая монумент и небо над ним.

– Знаете, – сказал Пейфер, – трудно сделать хорошие фото, когда важнейшая информация, по сути, берется из пустоты. Смотришь на небо – и ничего не видишь.

– В следующий раз постараюсь оправдать ваши ожидания, Роб.

– Вам следовало взять с собой Алекса.

– Вы не просили.

– Я не знал, с чем нам придется столкнуться. Я думал, все дело в коррупции. Я считал, что эти подонки знали о приближении серьезного экономического спада и сговорились насчет… – Он замолчал и посмотрел на меня. – Не важно. У меня к вам есть несколько вопросов.

– Как народ реагирует на обращение администратора?

– Сейчас всем хочется его повесить, – ответил Пейфер.

– Неприятно это слышать.

– Он заслужил. Стоял в стороне, позволив своим друзьям проворачивать разные делишки. Пока ты не идешь наперекор ему, ты во всем прав. Собственно, не удивлюсь, если он знал обо всем с самого начала.

В дверь постучали.

– Войдите, – сказал Пейфер.

Появилась женщина средних лет с усталым лицом.

– Роб, – сказала она, – посмотри эфир.

Пейфер включил головизор, настроенный на канал «Глобала». Мы увидели народные волнения в другой временно́й зоне, на противоположной стороне планеты.

– …Несколько сотен человек арестованы, – слышался баритон корреспондента. – Все началось во второй половине дня, за час с лишним до обращения администратора. Пока что известно о семнадцати погибших и сорока или пятидесяти раненых, Джон.

Пейфер вывел на экран название местности – Баранда. Я не слышала о ней раньше.

– Ничего особенного, – заметил он. – Там народ всегда из-за чего-нибудь бунтует.

Нам показали видео: мужчина сбрасывает ребенка с десятого или одиннадцатого этажа и спрыгивает сам. Сообщалось, что Агентство сбора данных Коалиции завалено протестами.

По всей планете уже создавались комитеты активистов и назначались молитвенные собрания. Политики из партии, оппозиционной администратору, спорили о том, что случилось: то ли Килгор проявил халатность, то ли народ отреагировал чересчур остро.

– Что ж, – сказал Пейфер, – похоже, вы с вашим напарником основательно всех встряхнули.

Когда все закончилось, я отправилась в космопорт, где мы с Алексом назначили встречу. Я ожидала увидеть разъяренную толпу, но здание, напротив, оказалось почти пустым. Алекс ждал в зоне отправления.

Челнок, однако, был забит до отказа. Какая-то женщина сказала мне, что на следующий день улетает с семьей на Токсикон.

– Мы взяли билеты еще несколько недель назад, собирались в отпуск. Похоже, нам повезло.

Две семьи улетали на Окраину на туристическом корабле.

– Слава богу, что у нас есть «Белль», – сказала я Алексу. – На общественном транспорте сейчас вряд ли улетишь куда-нибудь.

Мы проходили сквозь слой облаков. Алекс смотрел в иллюминатор.

– Дурные известия всегда кому-то идут на пользу. Твой приятель Айвен наверняка сделает на них целое состояние.

– Не он, а «Старлайт турс».

Во время полета мы смотрели новости. Люди говорили, что собираются покинуть Салуд Дальний, ученые обсуждали заявления правительства, а политические комментаторы требовали отстранения Килгора. Некоторые полагали, что все это – заговор с целью обрушить цены и позволить нескольким богачам округлить свое состояние или дать Килгору возможность установить диктатуру. Другие заявляли, что им плевать на происходящее и никто не выгонит их из собственных домов.

Появлялись рассерженные заголовки:

«Взрыв случился 1200 лет назад, а мы только сейчас о нем узнали?»

«Килгор наверняка все знал».

«Пора строить космические ковчеги».

«Единственная звезда в небе – и никто ничего не заметил».

«Настало время для прихода нового лидера».

Знаменитости и политики призывали к объединению. Пришла пора забыть о разногласиях и вместе добиваться результата, каким бы он ни был. Раздавались призывы к всепланетной молитве. Адепты различных религий, которые, по словам Пейфера, постоянно были готовы вцепиться друг другу в глотку, внезапно обнаружили, что у них есть общая цель.

Кто-то начал кампанию по вывозу с планеты детей, утверждая, что им следует предоставить все доступные места на вылетающих кораблях. «Они – наше будущее». Всем, кто имел возможность самостоятельно покинуть Салуд Дальний, предлагалось добровольно оказать помощь. «Возьмите с собой нескольких детей. Спасите их».

На Парковой, 17, объявили, что администратор еще раз выступит сегодня вечером и обрисует план действий.

Несмотря на лихорадочную деятельность, я сомневалась, что люди до конца отдают себе отчет в реальности происходящего. Они вели себя так, словно приближалась сильная буря и вопрос заключался в том, как лучше ее пережить. Мы пока еще не оказались на борту «Коринбладта», поврежденного лайнера, который всего год назад увлекло в адский огонь звезды. С ним сгорели более семисот состоятельных пассажиров.

Я смотрела сквозь плывущие белые облака на яркую зелень внизу, на деревья, кусты и холмы, и не могла поверить, что через три года вся планета подвергнется смертоносному облучению, став непригодной для жизни на многие десятилетия.

Я не могла не сочувствовать Килгору: ему пришлось понять, что недостаток интереса к происходящему может стоить сотен миллионов жизней. Как он мог оказаться таким невнимательным? По крайней мере сейчас он, похоже, взялся за дело и вечером собирался рассказать о выбранной им стратегии.

– Удачи ему, – сказал Алекс.

В новостях показывали интервью с физиками. Эван Карбаччи, из Института Накамуры, отмечал, что о нестабильности Каллистры они знали всегда и в прошлом месяце решили отправить экспедицию, чтобы обследовать ее состояние.