Миссия невыполнима - Василий Орехов

Телохранитель без вскрика вывалился в дверной проем и исчез за краем катера. Через мгновение снизу донесся удар, сопровождаемый всплеском.

Оторопевший Сименс, привстав, выглянул в иллюминатор. До земли здесь было не меньше десяти метров, однако Касым рухнул в заболоченную низину, поэтому глубокая жидкая грязь смягчила падение. Королевский телохранитель остался жив, хотя наверняка что-нибудь себе сломал. Немного побарахтавшись в болоте, он выбрался на твердую почву. Однако прежде, чем катер скрылся за ближним холмом, Джебедайя успел различить, как из прибрежных камышей заинтересованно высунулись чешуйчатые рыла цефеидов.

Никто в катере не сказал по поводу этой экзекуции ни слова.

– Когда вы планировали покинуть наше королевство, друг мой? – дружелюбно поинтересовался монарх у американца, когда охотничий катер уже мчался над джунглями в сторону столицы в сопровождении усиленного армейского конвоя.

Сименс пожал плечами:

– Я надеялся еще пару недель попрожигать жизнь на ваших знаменитых курортах.

– Что ж, тогда я приглашаю вас провести это время в компании коронованной особы. Скучно не будет.

– Был бы счастлив, Ваше Величество, – произнес американец.

Лицо его было неподвижно.

Прямо в грязных охотничьих ботинках король Сауд шагал по драгоценным мозаичным полам старого дворца, и Сименс едва поспевал за ним.

В пустынном зале для аудиенций перед королевским троном почтительно дожидался прибывший с докладом Абдунасер Шариф, лицо которого, как обычно, украшала черная пиратская повязка через один глаз. Сименс и Шариф окинули друг друга безразличными взглядами. Монарх опустился на резное сиденье слоновой кости и жестом прервал заговорившего было министра:

– Позже, мой добрый Абдунасер. Я устал! Воздух этой планеты вреден для меня. Хочу обратно на орбиту.

– Ваше Величество, завтра у вас торжественный армейский прием, – напомнил министр. – Если мы его отменим, будет большой скандал.

– К Иблису! Потерпят. Я немедленно отправляюсь на орбиту.

– Ваше Величество, – покачал головой Шариф, – народ боготворит ритуалы. Особенно военная каста. Мы можем сократить им пенсии, можем уменьшить им довольствие, срезать социальные льготы, и они все равно будут любить и почитать вас…

– Мы это уже сделали, – заметил король.

– Так точно, Ваше Величество. Но народ теряет опору под ногами, когда нарушаются священные вековые традиции. Торжественный прием в честь доблестных воинов, хранящих покой царствующей семьи и всего населения – эту традицию ввели еще ваши далекие предки в легендарной и благословенной Саудовской Аравии. Отними у военных эту привилегию – и среди них может начаться брожение.

– А на этот случай у меня есть «Аламут», – проговорил монарх, пристально глядя на министра. – Не правда ли, мой верный Абдунасер?

– Точно так, Ваше Величество, – невозмутимо согласился министр. – Однако для чего зря дразнить гусей, если это так просто – милостиво позволить им прошествовать мимо вас гусиным шагом, растопырив перья? Сторожевого пса можно не кормить, однако он всегда нуждается в ласковом слове.

Абдельмаджид задумчиво потеребил нижнюю губу.

– Ты, как всегда, прав, мой добрый Абдунасер, – решил он наконец. – Но на поверхности я не останусь ни минуты. Если ты полагаешь, что так будет лучше, я не стану отменять прием. Но тогда он пройдет в орбитальном дворце.

– Ваше Величество! Семьсот человек…

– Ничего страшного, у нас имеется достаточно большой церемониальный зал, чтобы вместить всех.

– Но далеко не у всех из них есть личный транспорт, способный достичь орбиты.

– Значит, вы доставите их во дворец шаттлами.

– Но это может на сутки парализовать пассажирское сообщение со спутниковым поясом…

– Мне плевать. Кажется, сегодня я уже достаточно слушал твои возражения. Прикажи немедленно подать мой шаттл и распорядись, чтобы подготовку к торжественному приему перенесли в орбитальный дворец. Если ты скажешь еще хоть слово, я рассержусь.

Шариф молча поклонился и беззвучно вышел из зала.

– Мой драгоценный друг! – Абдельмаджид повернулся к Джебедайе. – Ты летишь со мной. Я покажу тебе, как веселятся саудовские монархи. Здесь, на этой планете, слишком много глупых церемониальных условностей, которые цепями стягивают мое эго. Я всегда завидовал вам, американцам: у вас можно вести себя как последняя свинья, и никто не скажет тебе, что это-де недостойно главы государства с тысячелетней историей. Пошли переодеваться, – он подтолкнул Сименса к одному из выходов, – и через час вылетаем.

Однако в коридоре дорогу им заступил глава «Аламута» Адиль Азулай.

– С благополучным возвращением, Ваше Величество, – ласково произнес он, старательно глядя мимо Сименса.

– Благодарю, мой верный Адиль. Ты мешаешь нам пройти.

– Я нижайше прошу вас зайти ко мне в кабинет, Ваше Величество.

– В другой раз. Нам некогда.

– Я не отниму у вас много времени. Всего пара минут. – Не дожидаясь ответа, министр повернулся и скрылся за дверью.

Монарх досадливо закусил губу. Сименс деликатно смотрел в сторону.

– Ладно, – нехотя проговорил наконец Абдельмаджид. – Ступай в мои покои, дружище, а я сейчас приду. Только решу одно дело государственной важности.

Проводив взглядом удаляющегося Джебедайю, он поморщился и вошел в кабинет Азулая.

Тот ждал его, стоя у огромного панорамного окна и заложив руки за спину.

– Что вы себе позволяете, любезный монарх? – холодно поинтересовался глава «Аламута». От его елейного тона не осталось и следа, теперь это был тон жесткий, требовательный, хозяйский.

– Брось, мой добрый Адиль, – благодушно произнес монарх, опускаясь в кресло. – Телохранитель был виноват сам.

– Я не о телохранителе, – прошипел Азулай. – Хотя этот поступок тоже едва ли поможет вам пройти по священному мосту ас-Сират после смерти. Меня сейчас интересует другое. Для чего вообще было нужно это ребячество с охотой на стаю цефеидов?!

– Иблис, – буркнул Абдельмаджид. Сейчас он больше походил на провинившегося школьника, чем на монарха. – Меня окружают шпионы и предатели.

– Если король ведет себя как малое дитя, его просто необходимо окружить няньками, – ядовито пояснил Азулай. – Не забывайте, Ваше Величество, что вы рискуете не только собственной жизнью. Очень большие люди Галактики связывают с вами свои надежды, и если вы и дальше будете столь нелепо рисковать, они могут найти и другого владыку, который будет соблюдать их финансовые интересы.

– Хорошо, хорошо, я понял, – скривился король. – Сам не знаю, что на меня там нашло. Вероятно, утренний бромикан еще не выветрился.

– Далее, – проговорил руководитель тайной полиции, сверля монарха колючим взглядом. – Этот ваш новый фаворит, герой битвы при зоопарке…