Дом Цепей - Стивен Эриксон

— Чудесно. Я в тебе нисколько не сомневался.

— В чём состоит наше задание?

— Детали не заставят себя ждать. Сегодня вечером у нас персональная встреча с адъюнктом.

Она выпрямилась:

— Ты и сам не знаешь, в чём дело, да?

Его улыбка стала шире:

— Правда, захватывающе?

— Значит, понятия не имеешь, предполагается ли «ликвидация»…

— Ликвидация? Кто знает. Убийство? Определённо нет. А сейчас допивай, девочка. Нам пора идти в бывшую резиденцию Первого Кулака. Говорят, адъюнкт терпеть не может опозданий.

Все пришли рано. Привалившись к стене и скрестив руки, Гэмет стоял у двери, через которую должна была войти адъюнкт. Перед ним, под низким потолком длинной залы совета, собрались трое командиров, вызванных на первый тур сегодняшнего вечернего совещания. Следующие несколько колоколов вместе с назначенными на них мероприятиями обещали быть интересными. Тем не менее бывший капитан охраны Дома Паранов чувствовал некоторую тревогу.

В прошлом он был простым солдатом и ни разу не посещал военных советов. Высокое звание Кулака не радовало Гэмета, так как он понимал, что отмечен отнюдь не благодаря выдающимся способностям или заслугам. Тавор знала его, привыкла командовать им и поручать задачи организации и ведения дел… но лишь дел благородного семейства. Похоже, она намеревалась использовать Гэмета тем же манером, на сей раз в масштабах всей Четырнадцатой армии. Что делало его администратором, а не Кулаком. И ни для кого здесь, в зале, этот факт не прошёл незамеченным.

Гэмет не привык к постоянному чувству стыда. И признавал, что бравада, которую он частенько выказывал, была не более чем инстинктивной реакцией на собственное чувство несоответствия. Правда, сейчас он не чувствовал себя способным на хоть какое-то проявление стеснительности, не говоря уж о браваде.

Адмирал Нок стоял в полудюжине шагов от него и был занят тихой беседой с горделивым командиром «Красных клинков», Тином Баральтой. Блистиг, развалившись, сидел у дальнего конца стола с картами, в наибольшем отдалении от места, которое займёт адъюнкт, как только начнётся совещание.

Взгляд Гэмета вновь и вновь возвращался к адмиралу. Не считая Дуджека Однорукого, Нок был единственным командиром, оставшимся со времён Императора. Единственный адмирал, который не пошёл ко дну. Со смертью двух братьев-напанцев, Урко и Краста, Нок заполучил под своё командование весь имперский флот. Императрица направила его и сто семь кораблей в Семь Городов, когда слухи о бунте уже нельзя было игнорировать. Если бы Первый Кулак в Арэне фактически не запер этот флот в гавани, Колтейновой «Собачьей цепи» можно было бы избежать. И уж точно бунт был бы уже подавлен. А теперь попытка повторного завоевания обещала стать затяжной и кровавой. Какие бы чувства ни испытывал адмирал по поводу прошедших и приближающихся событий, он никак не выказывал их и сохранял холодное, беспристрастное выражение лица.

Тину Баральте хватало собственных горестей. «Красные клинки» Пормкваль обвинил в измене — несмотря на то, что одна из их рот сражалась под командованием Колтейна — сражалась и была уничтожена. После того как Первый Кулак покинул город, первым распоряжением Блистига стал приказ об их освобождении. И «Красные клинки» достались адъюнкту вместе с солдатами, выжившими в «Собачьей цепи», и Арэнской стражей. Вопрос, что делать с ними — что делать с ними всеми, — оставался пока без ответа.

Гэмету хотелось развеять их тревоги, но правда состояла в том, что Тавор ни с кем особо не делилась своими мыслями. Кулак понятия не имел, что произойдёт этим вечером.

Дверь открылась.

Как всегда, одежда Тавор была добротной, но простой и практически бесцветной. Под стать её глазам, прядям седины в рыжеватых, коротко подстриженных волосах, её малоподвижному, неказистому лицу. Она была высока и немного широка в бёдрах. Груди были немного великоваты для её фигуры. Отатараловый меч — единственный знак её имперского звания — висел в ножнах на поясе. Под мышкой адъюнкт зажала полдюжины свитков.

— Можете сидеть или стоять, как вам угодно, — были её первые слова, когда она шагнула к резному креслу Первого Кулака.

Гэмет увидел, что Нок и Тин Баральта идут к стульям у стола, и последовал их примеру.

Держа спину прямо, адъюнкт села. Свитки она положила на стол.

— Тема этого совещания — реорганизация Четырнадцатой армии. Адмирал Нок, останьтесь с нами, пожалуйста. — Она потянулась за первым свитком и распустила его завязки. — Три легиона. Восьмой, Девятый и Десятый. Кулак Гэмет возьмет на себя командование Восьмым, Кулак Блистиг — Девятым, а Кулак Тин Баральта — Десятым. Выбор офицеров для соответствующих должностей — по вашему усмотрению. Советую отнестись к этому выбору предельно ответственно. Адмирал Нок, освободите командира Алардис от её обязанностей на флагмане — Арэнская стража переходит под её начало. — Без всякой паузы она потянулась за вторым свитком. — Что до выживших в «Собачьей цепи» и вольноопределяющихся элементов, находящихся в нашем распоряжении, их подразделения распускаются. Они будут реорганизованы и перераспределены по трём легионам. — Адъюнкт наконец подняла взгляд. Если она и заметила потрясение, которое Гэмет видел на лицах остальных — и разделял с ними, — то хорошо это скрывала. — Через три дня я устрою смотр ваших войск. Это всё.

В гробовой тишине четверо мужчин встали.

Адъюнкт указала на два отложенных свитка.

— Кулак Блистиг, возьмите это, пожалуйста. Вы с Тином Баральтой, возможно, захотите обсудить детали вашего нового назначения в одном из малых залов. Кулак Гэмет, вы можете присоединиться к ним позже, пока же останьтесь здесь. Адмирал Нок, позже сегодня вечером я хотела бы побеседовать с вами лично. Пожалуйста, побеспокойтесь, чтобы у меня была такая возможность.

Рослый немолодой моряк откашлялся, прочищая горло.

— Я буду в столовой, адъюнкт.

— Отлично.

Гэмет смотрел, как трое мужчин выходят.

Как только дверь закрылась, адъюнкт поднялась с кресла. Подошла к древнему гобелену, растянутому на одной из стен во всю длину.

— Изысканные узоры, не находишь, Гэмет? Местная культура просто помешана на хитросплетениях. Ладно, — Тавор повернулась к нему. — Всё прошло на удивление легко. Похоже, у нас есть немного времени, прежде чем придут остальные гости.

— Думаю, они были слишком потрясены, чтобы что-то ответить, адъюнкт. Имперский стиль командования обычно предполагает обсуждения, дискуссии, компромиссы…

Единственным ответом Гэмету была её беглая полуулыбка. Затем внимание адъюнкта вернулось к гобелену.

— Как ты думаешь, каких офицеров выберет Тин Баральта?

— «Красных клинков», адъюнкт. Как малазанские рекруты воспримут…

— А Блистиг?

— Только один выглядит достойным своего звания. Он состоит в Арэнской страже, а значит, теперь недоступен для Блистига, — ответил Гэмет. — Капитан Кенеб…