Зверь в отражении. Проклятый - Яна Поль

— У меня много имен. Половины из них я не помню, но так меня нарекли в вашем мире.

Марилли отступила назад, пытаясь собраться с мыслями. Она ничего не понимала. Этот странный человек пугал ее.

— Что все это значит? Вы желаете отомстить ей?

— Остановить, — последовал вкрадчивый ответ.

— И как я могу помочь?

— Освободи меня.

Марилли нервно рассмеялась, но тут же взяла себя в руки. Несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула.

Демиург нахмурился.

— Тебе тоже понадобится моя помощь.

Он резко взмахнул рукой, и пространство пошло рябью. Зеленый луг, холмы и цветущее дерево — все исчезло. Они оказались посреди просторного зала с высокими потолками и резными колоннами. В центре стоял Гаррет, склонившись над каменным постаментом, на котором кто-то лежал.

Забыв обо всем, Мари сделала несколько неуверенных шагов и, приблизившись, осторожно коснулась плеча возлюбленного. Пальцы не встретили преграды и прошли насквозь.

— Это лишь видимость, Марилли, — терпеливо произнес ее новый знакомый.

Мари обошла Гаррета и увидела, кто лежал на мраморном алтаре.

Она была еще прекраснее, чем на картине и в видении Демиурга. Разметавшиеся черные волосы спускались с постамента до самого пола. Белоснежное платье. Сложенные на груди руки. Казалось, она просто спит и сейчас откроет глаза. Если у спящей красавицы из сказки и был прототип, то Мари смотрела прямо на него. Только это была не заколдованная принцесса, а самая настоящая злая ведьма.

Гаррет прикасался к ее волосам и что-то говорил, но слов было не разобрать.

— Он уже не тот человек, которого ты знала.

Мари неосознанно потянулась к шее. Наверняка останутся синяки, и еще долго будут напоминать о том, что произошло. К горлу подкатила горечь, а глаза снова защипало.

— Что стало с Гарретом?

— Все зависит от того, насколько он силен и как долго сможет сопротивляться чужой сущности в собственном сознании.

— Это заклятье можно разрушить?

— Любое заклятье можно разрушить. Но нужно быть осторожным, иначе есть риск убить обоих.

— Вы сможете это сделать?

— Я могу попытаться.

Пространство вновь затрепетало, меняя декорации. Создавалось впечатление, что отражение и реальность переходят друг в друга. Зал исчез, и они оказались в темной комнате с зашторенными окнами. Она была очень похожа на ту, в которой ее запер Лиам. На большой кровати беспокойной спала Катерина. Принцесса металась, словно в лихорадке, и что-то беспрестанно бормотала.

— Кэт, — Марилли попыталась прикоснуться и к ней, но опять ухватила лишь воздух.

— Бедное дитя, — Демиург стоял с другой стороны кровати и с сожалением смотрел на принцессу. — Лиам совершил страшное преступление. За применение такой магии мои предки убивали на месте.

— Что он с ней сделал?

— Забрал ее силу. Теперь Катерина ничем не отличается от обычного смертного. Я видел последствия этой магии. Немногим удавалось смириться.

Мари опустилась на колени, чтобы лучше видеть сестру. Ей отчаянно хотелось дотронуться до нее, обнять.

Снова все поплыло, будто кто-то нарушил покой безмятежного водного зеркала в тихом водоеме. Небольшой душный кабинет, забитый книгами. Они были везде: на письменном столе, подоконниках, стопками громоздились на полу, мешая свободно ходить. За столом сидел седовласый мужчина. Его грозный взор был устремлен на Алекса. Он спорил с мужчиной, а затем повернулся и, хромая на правую ногу, ушел. Дверь захлопнулась с такой силой, что стоявшая у порога стопка книг накренилась, качнулась и завалилась на пол.

Тот же ветер развеял последние крупицы миража, и Мари увидела знакомый луг. Демиург прислонился к стволу дерева и смотрел в одну точку.

— Им всем нужна твоя помощь, Марилли. Подумай, сможешь ли ты помочь, находясь в плену? Сомневаюсь, что Лиам подарит тебе свободу, когда ты сделаешь все, что требуется.

Он был прав. Все они оказались в ловушке и порознь. Помощи ждать неоткуда. Неизвестно, что будет завтра, и настанет ли оно вообще.

— Что я должна сделать?

Демиург улыбнулся.

— В миг, когда ты освободишь Кхалессу, переход ослабит грань и ее магию, из-за которой я здесь. Ты сможешь выпустить меня.

— Но как?

Мари не понимала, как сделать то, что от нее требовал Лиам, а теперь и этот странный человек. Она подумала о том, что соглашается даровать свободу джинну из бутылки, и последствия могут быть непредсказуемыми. Но отступать уже было поздно.

— Желание и вера в собственные возможности.

Под ногами собрался вязкий молочный туман. Он поднимался вверх, оставляя после себя белую пустоту.

— Время истекло, как и мои силы, — Демиург тревожно осмотрелся, и последний раз взглянул на Мари.

— Помни, у тебя нет права на ошибку! Я могу покинуть эту тюрьму в тот же миг, как освободится Кхалесса. Она не должна узнать, что мне удалось вырваться. Иначе я не смогу тебе помочь.

Голос Демиурга сменился звоном. Марилли зажала уши и поняла, что вновь куда-то падает.

* * *

Светало. Окно осталось открытым, и в комнате было холодно.

Мари открыла глаза и тихо застонала. Руки и ноги онемели. Голова кружилась, а к горлу подкатила тошнота. С трудом поднявшись на ноги, она бросилась к двери и едва не врезалась в высокого охранника. Мужчина недовольно посмотрел на нее и пробасил что-то по-русски. Она попыталась объяснить, что желает видеть Лиама, и это срочно. Громила махнул второму охраннику. Тот ушел, а шкафоподобный увалень втолкнул ее обратно в комнату и захлопнул дверь.

Рималли пришел спустя час. Как всегда безупречно одетый, он смотрел свысока и надменно улыбался.

— Я все сделаю!

Мари постаралась придать голосу уверенности и убрала руки за спину, чтобы он не заметил ее дрожь. Она понимала, что возможно совершает большую ошибку, но другого выхода не было.

На лице Лиама отразилось ликование.

— Но ты должен дать мне слово, что с моими друзьями ничего не случится!

* * *

Мари тошнило, голова раскалывалась. Ноги подкашивались, но она старалась не думать о том, что ей предстоит. Лидеры ковенов и приближенные Лиама, подобно теням, заняли свои места вокруг алтаря. В темных накидках и масках. Она не смотрела ни на них, ни на ту, кого вот-вот должна была вернуть к жизни. В изголовье каменного постамента Лиам заканчивал приготовления. Мари стояла позади, наблюдая за его действиями.

— Долго ты будешь возиться?

Марилли вздрогнула. Она не услышала, как он вошел, и не сразу осмелилась поднять взгляд. Он даже двигался иначе. Фенрир напоминал хищника, готового наброситься на жертву в любой миг. В нем не было ничего от Маккивера.