Одинокий отец познакомится - Мика Ртуть

Додумать Марк не успел, в кабинет вошел Диего.

– Ревнуешь?

– Ты не можешь меня читать, – задумчиво произнес Марк, поднимаясь.

– А мне и не надо, у тебя на лице все написано. И знаешь, я бы тоже ревновал, он весьма недурен.

Марк приподнял бровь, Диего печально улыбнулся.

– Нет, друг мой, я не рискну еще раз безответно влюбиться. А ты следи за ними, mon ami.

В дверь заглянул дон Амандо, непривычно серьезный и сосредоточенный.

– Магистр, газетчики оповещены. За вами прибыла королевская стража.

– Как за настоящим преступником, – скривился Диего. – Неужели это так необходимо?

– Я хочу, чтобы каждый житель этой страны сочувствовал мне, – усмехнулся герцог.

– Марк, я не понимаю твоей игры.

– Все просто. Я не могу отказаться от свадьбы с Рут, кузен не может нарушить королевское слово; мы оба влюблены в других женщин и очень страдаем, но долг для нас превыше личного счастья.

– Абсурд!

– Не скажи… Когда на свадьбе прозвучат слова магической клятвы и на меня будет совершено нападение, я сделаю так, чтобы узы брака пали на его величество и Рут. А сам потом женюсь на Лорен. В газетах начнется изрядная шумиха по этому поводу, это будет обсуждаться во всех домах, ресторанах и кафе, на базарах, в борделях и учреждениях, и народ будет на моей стороне. Грандам из Собрания придется смириться с «не той женой» у короля и «не той невестой» у меня.

– Его величество знает?

– Да. – Марк замолчал. – Половину.

– Думаю, ту половину где он женится на Рут Спенсер, ты утаил.

– Я имею право на небольшую месть. Пять раз. За пять нелюбимых жен.

– Марк, ты уверен, что нападение будет совершено на свадьбе? И что ты выживешь?

– Меня непросто убить, – грустно произнес герцог, снимая галстук и пиджак.

– Лорен знает?

– Нет, не хочу ее во все это втягивать.

– Марк, ты требуешь от нее доверия, но сам…

– Я не буду ею рисковать! И это не обсуждается! Проследи, чтобы Лорен не было на экзекуции.

Диего укоризненно посмотрел на друга, но ничего не сказал, а лишь открыл перед ним дверь кабинета.

Марк стоял у стены и рассматривал прибывающую публику.

За толстым стеклом рассаживались немногочисленные зрители; газетчики, тихо переговариваясь между собой, устанавливали камеры. Так-так. Епископ Ивилийский тут как тут, кто бы сомневался? Интересно, о чем он разговаривает с отцом Паулем и Первым? А вот и вороненок, довольный и безмятежный. Ну спасибо, что хоть девочку не притащил за собой. Винсент и Антоний, оба в черном, оба расстроены и злы. Его величество сидит в кресле, словно на троне. Этот интриган, в отличие от детей, что-то очень радостный. Рядом с ним развалился на скамье глава гильдии законников и член Собрания гранд граф Корски. Значит, это он будет следить за соблюдением закона. Ну что же, все гости в сборе. Пора начинать представление, пока палач не заскучал.

Палач – невысокий и жилистый мужчина в традиционно черном наряде и с маской на лице, – выглядел слегка смущенным. Не каждый день приходится пороть второго человека в королевстве. Марк ему подмигнул, чем вызвал отблеск паники в карих глазах палача. Наконец, появился секретарь и зачитал приговор.

– Донья Лорен Кастро за публичное оскорбление… – Герцог снял с себя рубашку и лег на широкую скамью, продел руки в кожаные петли и усмехнулся. – Согласно закону от шестисот… – Марк повернул голову, защелкали камеры. – Если у благородной девушки найдется кабальеро, готовый заменить ее… – Дон подумал, что несдержанным девицам очень повезло, что этот закон не отменили. – Гранд герцог Марк Эмилий Сантьяго Ортис приговаривается к розгам.

К розгам? Марк скосил глаза на улыбающегося короля. Вот гад! Розги – это не так больно, как унизительно.

«Убрать регенерацию?» – прошелестел в голове голос демона.

Да.

Розги… да чтоб вам, дорогой кузен, на муравейник сесть голой задницей!

Лорен сидела в апартаментах ее высочества Аннесы и листала газеты, делая вид, что читает. Принцесса сидела рядом и болтала без умолку. Лорен не один раз порадовалась, что у нее нет голоса и можно не отвечать.

– Дядя нас изрядно удивил. Поступить, как кабальеро из древних времен, ах, это так романтично и так по-мужски! Даже Рут сказала, что он настоящий рыцарь из старинных баллад! Как бы я хотела, чтобы и за меня кто-нибудь так заступался! Но мне так жалко Рут! Она, бедняжка, сейчас просто сама на себя не похожа. Другие дамы с нею не общаются, даже папенька хотел убрать ее из моей свиты, но я не позволила. Ну и что, что ее отец – предатель, она ведь в этом не виновата. Она даже не знала! А еще ее заставляют выходить за дядю замуж, а она его не любит!

«Так пусть тогда не выходит, – недовольно подумала про себя Лорен. – Боится сказать, что ли? Я, вон, даже королю не побоялась отказать, а она герцогу боится».

– Я вот иногда думаю, так ли хорошо быть принцессой? Мне ведь тоже никто не позволит выйти замуж за того, за кого я хочу. – Аннеса грустно подперла щечку. – Отдадут за нужного стране принца и спрашивать не будут.

Лорен стало жалко девочку, она отложила газету и взяла принцессу за руку.

– Да я понимаю, долг перед страной. Но так хочется, чтобы он меня любил. Вот как тебя дядя. У него даже глаза стали другими с тех пор, как ты появилась в замке Химер. Мне Вин рассказывал. А что это за красивый парень с тобой ходит в сутане колдуна? Он тоже умеет превращаться в ворона? – Лорен кивнула. – Он такой симпатичный, и еще ужасно невоспитанный, – девушка хихикнула. – Он назвал меня миленьким цветочком!

Лорен улыбнулась – это было в духе Морено.

– И подмигнул! А ты меня с ним познакомишь? Он ничего такой, – принцесса вдруг покраснела и быстро перевела тему: – Отец разговаривал с ним, а я подслушала. Колдун не хотел чтобы ты шла на бал с папенькой. А король сказал, что так защитит тебя от всяких… – она нахмурила лоб, вспоминая, – от всяких претендентов на твою руку и дар. Мол, когда твой покровитель – сам король, то другим ловить нечего. А еще он сказал, что хорошо бы твоя немота продержалась дольше – тогда, может быть, ты не опозоришь его на балу.

Лорен сжала губы. Ах вот как, ваше величество! Неужели вы думаете, что она не умеет себя вести? Ошибаетесь! И дворцовый этикет выучим за оставшиеся дни, по книгам. Их у Лорен теперь было три: Аннеса, как только они вошли в ее покои, тут же вручила ей толстый розовый томик с золочеными листами. Интересно, Винсент тоже подарит «Этикет» или придумает что-нибудь оригинальнее?

– Ах, жаль, что нас не пустили посмотреть, как дядю будут пороть. Ой, прости! Тебе, наверное, неприятно об этом даже думать? Но ничего, зато потом ты сможешь его утешить. Смазать спину. Меня когда-то тоже розгами выпороли – за то, что я поставила на лоб Антония оттиск королевской печати. Больно было сидеть, но зато папенька после этого подарил мне пони. За это стоило потерпеть. А дядя у нас хитрый. Спорим, он тоже рассчитывает на подарок?