Наследство золотых лисиц - Мария Николаева

Наверное, поэтому я и цеплялась так за этот камушек. Сжимала его в кулаке, скользила пальцами по отполированной поверхности, грела в руках… Янтарь Исэ. Символ рода, которого уже практически нет.

«Вот мы и дома».

Я вздрогнула и едва не выронила камень, услышав этот шепот. Голос был мне знаком. Вот только я еще не настолько обезумела, чтобы верить в воскресших мертвецов.

Где-то позади захныкал Нэ. Я взглянула через плечо. Сейчас с ребенком находилась Кайлэ. Обеспокоенно хмурясь, лисичка пыталась втиснуть в маленький ротик, раззявленный в недовольном крике, увенчанную соской бутылочку. Вот только у малыша явно было свое мнение на этот счет, поэтому он отворачивался, выплевывал предлагаемое и вообще тянулся ручками куда-то в мою сторону.

«Надо же… видит. А ведь мужчины эту способность не наследуют. Впрочем, ему вообще эти глаза достаться не должны были. Но, видать, слишком сильна лазурная сильфья кровь…»

Нерунэ. Я не осмелилась произнести это имя вслух, но неприятный холодок проскользнул под кожей. Никогда не была суеверной, но волей-неволей в голову приходят всякие бредни о том, чем заканчивают несчастные, которые внезапно обнаружили в себе способность говорить с ушедшими за грань.

«Не напрягайся так. Достаточно того, что меня, кажется, боится собственный ребенок. От тебя я такого не приму. Кстати, мне интересно: а ты меня видишь? Или тебя в итоге все-таки научили не видеть всякую потустороннюю хрень?»

Обычно Нэ не употребляла грубые слова. Я уже не раз говорила: она была особенной. Женственная, нежная, вся словно наполненная каким-то неземным светом…

И все-таки она была лисицей. А значит, ей не составляло особого труда стать кем угодно.

– Научили? О чем ты? – едва слышно произнесла я, устремив взгляд куда-то за горизонт. Рядом с собой я никого не видела. Разумеется.

«Спроси у дядюшек. Может, и расскажут чего. Не такая уж это и тайна. Просто глупое поверье, стоившее не одной человеческой жизни. Я же пришла не за этим».

– А зачем? – не столько произнесла, сколько выдохнула я.

«Я обещала тебе все рассказать помнишь? Правда, не думала, что это займет столько времени. Наш лисенок оказался по-драконьи эгоистичен. Весь в отца».

Нэ впервые подняла эту тему. До сего момента ребенок всегда был только наш. И вот у него появился отец… Дракон? Не уверена, что хочу знать.

«Забудь обо всем, о чем сейчас подумала. Несмотря на обстоятельства, наш лисенок зачат по доброй воле. Без любви, но и не в насилии. Я знала, на что шла. Мы все знали».

Удивительная искренность для лисицы. Хотя, может быть, смерть как-то по-особенному влияет на них. Не исключено, что и я за гранью превращусь в благодетельнейшую из женщин.

– Зачем это все было, Нэ? Почему именно так?

«Наверное, потому, что иного выхода никто не увидел», – полувопросительно прошептали у меня над ухом, а потом я словно почувствовала легкое прикосновение к волосам. Мягкое, скользящее движение на самой границе видимости – и ощущение чужого плеча рядом. Если закрыть глаза, то легко представить, что мы снова путешествуем все вместе от одной деревни к другой. Воздух знакомо пах наступившей осенью. Еще чуть-чуть, и все вокруг пропитает аромат осенних ярмарочных костров…

«Знаешь, у меня было время… пока я ждала тебя, я то и дело вглядывалась в грядущее. Цеплялась за зыбкое марево видений, достраивала свою жизнь и подводила итоги. Я ведь ничего не пропустила, понимаешь? Я видела первую улыбку нашего лисенка, его неуверенные, нетвердые шаги, слышала смех, видела его слезы… Я не упустила ни единого момента. В те несколько недель я прожила это. Я до дна вычерпала свою жизнь и не жалею. Поступи я иначе, его бы просто не было. И тебя бы не было, счастливой, нежной, такой удивительно сильной. Живой».

Она продолжала рассказывать что-то. О правильности. Об избранности. О пути, который всегда прокладывают золотые лисицы для своего народа и для остальных. Я слушала. Не столько речь, сколько сам голос. Родной, знакомый, он окутывал меня и укрывал от всего произошедшего. Я словно вновь оказалась в детстве. Неровный стук колес, тряска, пахнущий осенью сладкий воздух – и голос сестры.

Думаю, я могла бы ехать так вечно.

Вот только рано или поздно настает пора очнуться даже от самого прекрасного сна.

– Нэ, один вопрос… ты и Сай…

«Заключили сделку, – подтверждая все мои опасения, произнесла моя сестра. – Но об этом мы с тобой поговорим, когда ты поднимешься в башню. Одна. Есть разговоры, у которых не должно быть даже случайных свидетелей».

Я задумчиво кивнула, взглядом скользя по линии горизонта. Мне хотелось спрыгнуть с повозки, пройтись босиком по уже убранным полям, собрать припозднившуюся росу в ладони и развести руки над головой. Однако тело не успевало за желаниями сознания, скованное тысячами ограничений, оно продолжало существовать на зыбкой грани между этой реальностью и каким-то другим, неведомым мне миром.

– Вот мы и прибыли, – громко произнес Дори, сидевший на козлах, и твердой рукой остановил коней.

Повозка по инерции прокатилась еще чуть-чуть и наконец замерла.

Я спрыгнула на землю, не спеша отряхнула дорожное платье от налипшей соломы, которой было выстелено дно фургона, и повернулась.

Ворота выглядели так же, как и всегда. Их словно бы и не коснулась произошедшая здесь трагедия. Иллюзия. На самом деле петли с одной стороны были сорваны, да и в паре мест кованые прутья ограды погнулись… Но если не всматриваться, то этого не заметить. Имение не собирались разрушать. Его хотели только захватить. Теперь я это вижу. Но тогда почему все его защитники мертвы? Что произошло?

Сай, какой приказ ты отдал? Кому? И главное – кто тебе нашептал о замышляющемся перевороте? И почему ты поверил? Более безумной затеи и представить нельзя. Тем более в исполнении золотых лисиц!

Вот только некому отвечать на мои вопросы. У меня была возможность их задать, был шанс выяснить хоть что-то… Я упустила все. И теперь мне придется научиться жить с этим. Жить вместе со всеми призраками этого опустевшего, всеми покинутого дома.

– Все оказалось лучше, чем я ожидал, – закончив предварительный осмотр имения, подытожил Сори. – Дом практически не пострадал, да и не разграблен. Весь урон убранству был нанесен коротким боем. Ну и эти месяцы запустения ему на пользу не пошли. Но в общем и целом большинство комнат удастся восстановить в кратчайшие сроки. До поры снегопадов, думаю, со всем управимся.

– Отлично. В таком случае я сейчас в деревню. Закуплю продукты и договорюсь о найме, – ответил Дори и действительно куда-то засобирался.

Я порадовалась, что хоть кто-то способен на действия. Оказавшись снова дома, то и дело находя в родных стенах следы постороннего присутствия и запустения, я вновь была готова убивать. И уж конечно я бы никогда не позвала в дом тех, кто когда-то его предал!