Сила шести - Питтакус Лор

Гремит гром, блистают молнии, и в их отсветах я вижу, как ширятся и сжимаются облака. Дождь накатывает тяжелыми волнами, и могадорец, закованный в броню, опускает на меня взгляд. Он прижимает пушку к моему голубому кулону и говорит что-то, чего я не понимаю. Рана у меня на животе почти зажила, и я сквозь раскаты грома слышу, как Элла выкрикивает мое имя.

Если мне суждено умереть, то сначала я должна освободить Эллу. Одна из нас должна выжить, чтобы рассказать обо всем остальным. Я осторожно поднимаю руки и воображаю, что дупло открывается. В этот момент где-то вдалеке небо прорезает молния. Секунду спустя она бьет в стоящего надо мной могадорца, он обращается в прах и уносится ветром.

Я медленно поднимаюсь на ноги и вижу, что сумела до половины открыть дупло бука. Я бегу к дереву и на бегу продолжаю раздвигать ствол.

— Элла? Ты цела?

Она выскакивает из ствола и бросается мне на шею.

— Мне не было тебя видно, — говорит она, обнимая меня. — Я думала, что потеряла тебя.

— Пока нет, — говорю я и беру Ларец. — Идем.

Мы поворачиваемся, готовые бежать, и видим, что к нам идут Крейтон и Гектор. Гектор ранен, Крейтон ведет его через бушующий ветер и дождь, закинув его руку себе на плечи. Сзади на них бросается первая волна могадорцев и краулов. Видя это, я отламываю большую ветку от высохшего дерева и бросаю ее в ближайшую стаю краулов. Она нескольких сбивает, но они тут же вскакивают. Могадорец бросает гранату. Я силой мысли перехватываю ее на полпути и швыряю назад прямо ему в живот. Она взрывается, отбрасывая нескольких могадорцев и краулов на землю — уже в виде сырых кусков пепла. Я бросаю дерево за деревом, камень за камнем. Многих я сбиваю с ног, еще больше убиваю.

— Помоги мне! — кричит Крейтон.

Я подбегаю и снимаю с него Гектора. У него прокушен живот и пулей пробита рука. Обе раны сильно кровоточат.

— Пошли! — кричит Крейтон, доставая патроны из кармана пальто и загоняя их в пустой магазин. — Нам надо добраться до дамбы!

Я открываю было рот, чтобы ответить, но тут над нами сверкает гигантская молния. Она расчерчивает небо как вены богов, оставляя в воздухе явственный привкус металла. Горы отражают оглушающий раскат грома. Ветер и дождь прекращаются, а тучи начинают закручиваться в огромную воронку, пока не образуется темный светящийся глаз, который смотрит на нас из выси над горными вершинами. Могадорцы загипнотизированы не меньше нашего. Снова поднимается ветер и несет темные тучи, молнии и гром. Они, сначала медленно, но быстро набирая скорость, движутся прямо на нас. Буря, прекрасная в своем страшном совершенстве. Я никогда прежде не видела ничего подобного. Мы в оцепенении смотрим на приближающиеся с глухим ревом темные тучи.

— Что происходит? — пытаюсь я перекричать штормовой ветер.

— Я не знаю! — отвечает Крейтон. — Нам надо найти укрытие!

Но он не двигается. И никто не двигается. Даже Гектор завороженно смотрит, кажется, забыв о своих ранах.

— Бежим! — кричит наконец Крейтон. Он разворачивается и стреляет по могадорцам, прикрывая нас, пока мы бежим вниз по небольшому холму, а потом по долине. Справа я вижу дамбу, которая соединяет две невысокие горы. Она слишком далеко, и добраться до нее нереально. Лицо Гектора побелело, он быстро теряет силы, и я начинаю высматривать, где остановиться, чтобы его вылечить. Ружье Крейтона замолкает. Я в страхе оборачиваюсь, ожидая худшего, но у него просто закончились патроны. Он закидывает ружье на плечо и догоняет нас.

— Мы не сумеем добраться до дамбы! — кричит он. — Бежим к озеру!

Мы меняем направление. Снова начался дождь. Пули бьют в дорожку наших следов на траве, рикошетят от камней. Секунду спустя мы словно оказываемся под мостом: дождь просто прекращается. Я оглядываюсь через плечо и вижу, что всего в нескольких шагах позади он по-прежнему идет, причем очень сильный. Ветер резко усиливается, и могадорцы вдруг оказываются в центре ливня и урагана, каких я никогда не видела. Они даже совсем пропадают из вида.

Под ногами у нас шуршит прибрежный песок. Элла и Крейтон головой вперед ныряют в воду.

— Я не могу, Марина, — говорит Гектор, останавливаясь у самой воды.

Я бросаю Ларец, беру его за руку и говорю:

— Я тебя починю, Гектор. Ты справишься.

— Это не поможет. Я не умею плавать.

— Я Марина морская, Гектор. Ты помнишь? — Я запускаю холод со своих пальцев на дыру от пули в его руке. Рана чернеет, сереет, краснеет, а потом затягивается обычного цвета сморщенной кожей. Я быстро концентрируюсь на ране от укуса на его животе под рубашкой, и Гектор вдруг распрямляется и снова полон сил. Я смотрю ему в глаза. — Я ведь Морская королева, и я поплыву с тобой.

— Но ведь у тебя это, — говорит Гектор, показывая на Ларец.