Секретарша для демона - Олеся Шалюкова

А я впервые за последние дни подошла к зеркалу. Оттуда смотрела не я… У меня никогда не было вертикального зрачка, удлиненных кончиков ушей, чуть выступающих клыков. У меня не было таких изменчивых глаз.

От тревожащихся серых до изумленно-испуганных сиреневых за пару секунд.

— Янта! — закричала я.

— Ну? — в голосе подружки было та-акое удивление. Правильно.

Никогда мысленно не повышала голоса. Не давалось мне это.

— Смотри.

— Куда?

— На меня! В зеркало!

На мгновение зрение расплылось, потеряло четкость. Потом Янта протяжно засвистела.

— Я не знаю, кто ты, — сообщила она. — Точно не человек.

Я промолчала. Зато дух сдавленно засмеялась. До меня быстро дошло, что она только что выслушала все мою конструкцию…

— Четыре этажа, подвал и чердак! — сообщила она мне. — Нет, чтобы у криспов научиться дельному, ты обучилась их способу ругаться. Делать тебе больше нечего было!

— Неправда. Еще я научилась делать реверансы. Изменяться… — я замолчала, сев в кресло и изучая себя. Подмечая те мелкие детали, которые от меня ускользнули в первый взгляд: и бледность кожи, и такую воздушность, что становилось страшно, и общий невинный взгляд.

Махнув на себя рукой, я отправилась в ванную. Исчезновение подружки не давало мне покоя. Где-то в глубине души появился нехороший червячок. Я не знала, что уже опоздала.

Огонек остался на стоянке, когда через полчаса я вышла из дома.

Зато из гаража я выгнала мотоцикл. Сегодня мне очень хотелось покататься на нем. Дорога плавно ложилась под колеса. Вскоре впереди вырос частный дом моей подруги. С заднего дворика доносились шум музыки, гул голосов. Оглядевшись по сторонам, я прикинула, что гуляет скорее всего именно Женькин брат.

В несколько шагов я дошла до забора, поизучала запертый замок.

— Гостей не ждут, — сообщила мне Янта. — И все-таки чего ты так дергаешься? Ну, не отвечает, вне зоны. Может, телефон выключен?

— Нехорошее предчувствие, — ответила я.

— И дальше что?

— Вот.

Подтянувшись на руках, я перекинула свое тело за ограду. Огромные черные доберманы меня знали, поэтому повиляв хвостом, почетным караулом пошли за мной. Так-так. Я остановилась наблюдая представшую картину. Олег. Стас. Те кого я знала. Остальные пятеро мне были неизвестны. Стас стоял с бутылкой пива. Олег играл на гитаре. Хоть я его и недолюбливала, мне пришлось признать, что играет он хорошо, и голос есть. А вот Вадима среди них не было.

— О, какая девочка, а это мой подарок? — пьяненко спросил один из гостей.

Я бросила на него презрительный взгляд, идя напрямую к Стасу — лучшему другу хозяина дома. Он мог подсказать, где сам Вадим. Пьяный гость поднялся на ноги, направился мне наперерез, шатаясь.

— Утю-тю, лапочка, я тебя не обижу!

Гости заржали.

— Смотри, как бы тебя такая цыпа не обидела, костей не соберешь! — насмешливо посоветовал кто-то из незнакомых мне. Бросив взгляд туда, я увидела симпатичного парнишку. Довольно высокого, худощавого, примечательными в его внешности были только глаза — серо-стальные.

Остальное все будничное. Смотри на любого парня — не ошибешься. Но было в нем что-то еще, мгновенно меня насторожившее. Потом я поняла — сей гость не был пьян.

В этот момент пьяный дошел до меня и попытался облапить. Два удара, и он жалобно поскуливая, свалился на землю.

— Еще вопросы будут? — поинтересовалась я.

— А меня — слабо? — поинтересовался тот, разговорчивый.

— Андрей, не надо! — Стас, наконец, добрался до нас, по дороге успокоив расшумевшихся двух приятелей. — Она тебя уделает на раз.

— Она? — засмеялся парень.

— Она, — серьезно подтвердил Стас. — Касается всех. С этой девушкой рекомендую не связываться. Что случилось, Оксана? — повернулся он уже ко мне. Глупых вопросов — как я сюда попала, он задавать не стал. Видел пару раз, как я перемахивала через заборы.

— Мне нужна Женя или Вадим.

— Женька дома не ночевала, — нахмурился парень. — Мы были уверены, что она у тебя.

— Я сама не ночевала дома, — буркнула я. — На работе пришлось остаться в ночную смену. А откуда такая точность?

— Да мы уже второй день гуляем, — отмахнулся Стас и отвел меня в сторону.

— А Вадим?

— Ушел. Буквально час назад ему позвонили. Со встревоженным лицом он куда-то умчался, не сказав ни слова, только бросив, чтобы развлекались без него. И оставил несколько пьяных обормотов на меня и.

Олега.

— Что за Андрей? — поинтересовалась я.

— Понятию не имею. Вадим представил его как давнего друга.

— Даже так, — я задумалась.

— Оксана, что происходит? — спросил Стас.

— Не знаю, и это мне очень не нравится, — махнув ему рукой, я направилась обратно к забору, по дороге мою спину сверлили взгляды — один обиженный, один восхищенный, а еще один настороженный.

Оборачиваться я не стала. Попрощалась с собаками и перемахнула через забор. Села на мотоцикл, а через пару минут поняла, что за мной следят.

— Янта, кажется, подружка вляпалась во что-то серьезное.

— Вряд ли, — заметила дух. — Но если ты так думаешь, что не помешает проверить. У тебя есть какая-нибудь ее очень личная вещь?

— Расческа подойдет?

— Безусловно, — Янта подумала. — Так что отрывайся от хвоста и помчались домой — проверять.

Я петляла почти час, но хвост отказался упертым и на мотоцикле.

Дальше мне пришлось звать на помощь. На ходу я набрала голосом номер Паука. Он ответил быстро.

— Оксана.

— Мне нужна помощь.

— Что случилось? — вы где? — перебила я его.

— В парке, — спокойно ответил Игорь.

— Можешь собрать всю команду и закрыть меня? Тут какой-то олух ко мне привязался. Не могу скинуть!

— Где ты?

— Недалеко от вашего парка.

— Подъезжай к «Кристаллу». Там мы тебя подхватим.

Через две минуты я была около одного из лучших клубов города, байкеры вылетели с разных сторон, меня мгновенно окружили, а потом также мгновенно рассыпались. Хвост отстал, поскольку увозил меня на мотоцикле Паук, а на моем мотоцикле уезжала симпатичная девчонка, с которой мы быстро поменялись куртками.

Через десять минут мы уже останавливались у моего подъезда. Я спустилась, повернулась к байкеру, тот изучал меня. За внешний вид я могла не волноваться, перед выходом Янта все-таки сообщила мне, что видеть меня будут только те, у кого есть, во-первых, дар, а во-вторых, дурная привычка подолгу всматриваться в знакомого истинным взглядом.