Дезертир флота - Юрий Валин

– Дышится легко, потому что сука сладкая внизу осталась. Вот же лярва смердячая, даже с заткнутой пастью людей изводит.

– Я – не человек, – прошептал фуа.

– Вообще-то я про себя говорю. Но и про тебя тоже. Ишь, слюни распустил. Да эта леди милостивая внутри горька и червива, как кошка дохлая. У, тварь!

Ныряльщик опустил глаза и едва слышно прошептал:

– Почему вы ее так ненавидите? Ланон-ши…

– Потому что мы умные, а ты дурак лопоухий! Не ланон-ши она, сколько раз говорить?! Да – сиськи, глаза, жопа и ножки у нее как в сказке. Да только отрава она. Падаль. Я к ней пальцем не прикоснусь. А ты – если невтерпеж – пользуйся. Только развязывать суку не смей и рот ей не открывай.

– Да я не о том спрашиваю, – смущенно сказал фуа.

– А я говорю о том, о чем ты думаешь. Выберемся в спокойные места – будет тебе девочка. А леди Атрой ты отравишься. Я тебе точно говорю. И хватит о змее этой. Рыжая гавкает, ты скулишь, эта сука молча шипит.

– Я не скулю!

– Вот и хорошо. Смотри по сторонам, в конце концов, для этого мы сюда и карабкались.

Они принялись разглядывать местность. Квазимодо прикидывал, как действовать дальше. Долго в этой бухточке не просидишь. Нужно двигаться, но идти дальше по реке опасно. Вода не лес – на дне долго только один Ныр долго прятаться может.

– Смотри. – Фуа указывал на тот берег. Там двигалось десятка полтора всадников – явно усиленный воинский патруль. Лошади шли неспешно, солдаты внимательно оглядывали берег. Трое всадников двигались выше по берегу – наблюдали за рекой.

– Не успокоятся никак, сукины дети, – прошептал вор. – Крепко на нас город Калатер осерчал. Долго будут помнить.

– Вон еще лодки идут, – заметил зоркий ныряльщик.

Из-за излучины реки показалась целая флотилия. В центре двигалась большая барка под бело-голубым флагом. Вокруг мельтешили плоскодонки и долбленки. Флотилия поднималась по реке снизу – оттуда, куда держали курс беглецы.

– Кажется, на нас ополчение собрали, – сообщил вор. – Это тебе, Ныр, не «желтков» бить – натуральная война. Нас теперь не то что помнить будут – о нас теперь легенды сложат. Гордись, Лягушка, – на твой череп, на колу выставленный, народ за деньги глазеть повалит.

– Сам ты череп, – привычно ответствовал фуа.

– Ага. – Квазимодо потер лысый затылок. – Мой черепок, надо думать, даже дороже зевакам обойдется. Чего делать-то? Придется лодку бросать. Ходу по реке нам нету.

– Зачем бросать? – Лицо фуа вытянулось. – Ночью дальше проскочим. По воде легче.

– На кол попасть легче. Ниже по течению город. Карта хоть и дрянь, но он там жирно намалеван. Раз о нас вести туда дошли – и ночью не проскочим. Ножками придется.

– Как ножками?! Полнолуние вот-вот.

Квазимодо возмутился:

– Вот далось вам это полнолуние. Вон тучи какие идут. При чем здесь полнолуние?

– Так ведь перекинется.

– Кто перекинется?

Фуа постучал себя по лбу:

– Ты, Ква, бываешь тупее Глири покойного. Она перекинется – Теа. Она, к твоему сведению, оборотень.

Квазимодо обомлел:

– Как?! Кицунэ – значит оборотень? Я думал, племя какое.

– Племя и есть. Только ты ее кицунэ не называй. У них это как оскорбление. Сразу голову откусит, – мрачно предупредил фуа.

– Откусит… тоща она мне голову откусывать. А что ты, Лягушка, мне раньше об этом сказать не удосужился? Ты ведь еще в замке знал?

– Так ты сильно занят был, – ехидно напомнил ныряльщик. – Сначала командовал, потом нездоровилось вашей милости. Потом дрыхнуть изволили.

– Значит, в полнолуние она перекинется? И, надо думать, жрать захочет, – пробормотал вор. – Слушай, а в кого она обратится?

– Спрашивать прямо я не стал, – насупленно сказал фуа. – Она сильно обидчивая – и без всякого обращения может голову оторвать. Но вроде будет похожа на собаку, рыжую и с хвостом длинным. Еще леди Атра говорила…

– Так ты все это от милостивой леди узнал? – Квазимодо с некоторым облегчением попытался отвесить затрещину слишком осведомленному товарищу, но ныряльщик увернулся. – Лопух несчастный.

– Я ее поил, она рассказала – что здесь такого? – защищался фуа.

– А то, что теперь непонятно, есть ли в той ерунде, что она тебе наврала, вообще какая-то правда. Может, Теа просто нормальная девка?

– Нет, – насупленно сказал ныряльщик. – Теа подтвердила. И в подвале я слышал.

– Вот хрень. Значит, рыжая – как собака и с хвостом. Вообще-то все, кроме хвоста, и так имеется. – Вор потер затылок. – Что ж это за зверь? Лиса, что ли?

– А кто такой «лиса»?

– У вас на островах не водится. Пушистый и хитрый зверь. В Глоре его мех бабенки из тех, что побогаче зимою носят. Бывают рыжие и черные. Наша – понятно – рыжая. Следы она тоже путать умеет. А вот насчет пушистости… Что-то не то. Значит, головы откусывает? Это она сама тебе сказала или леди милостивая оповестила?

– Кажется, леди. Но Теа боится полнолуния. Это она сама сказала.

– Дать бы тебе по башке, – снова разъярился вор. – Вон как все запутали! Сказал бы мне сразу – не сидели бы сейчас как два краба тупых. Как сейчас разберешься? У нее самой, что ли, спрашивать?

– А что спрашивать? – Фуа на всякий случай отодвинулся подальше. – Оборотень и есть оборотень. Лиса или еще кто-то – какая разница? Как обернется – нам подальше держаться нужно. Страшные они твари, это все знают.

– Понял. – Вор горько вздохнул. – Вокруг патрули, на реке – целый флот болтается, сапог нет, а у меня на шее оборотниха непонятная и дурачок блаженный, который треплется со всеми подряд, кроме своего единственного товарища.

– Извини. Все как-то быстро получилось. При ней я говорить опасался.

– Ладно. Смотрим, не появился ли еще кто, и слазим. Нужно рыжую предупредить, а то вылезет водички попить…

Мимо, едва не задев Квазимодо по носу, пролетел сучок.

Под деревом стояла рыжая, и лицо у нее было яростное.

– Меня предупредить?! Самцы глухие. О чем меня предупреждать?!

«Надо же так орать, причем шепотом», – подумал вор, а вслух мужественно ответил:

– Ты мне сейчас чуть глаз не выбила. Сейчас спустимся и все расскажем…

Фуа уже легко пробирался вниз. Вор спрыгнул вслед за ним.

Рыжая пылала яростью.

– Долго я сидеть с этой сукой должна?! Почему не возвращаетесь?

– На той стороне – патруль. На реке – лодки. На этой стороне тоже наверняка ездят, нас ищут. Не кричи, Теа. Нужно думать, куда уходить.

– Теа? Не «рыжая»? – Девушка кинула подозрительный взгляд на фуа. – Ты рассказал?