Приемная дочь Бабы Яги - Meleth

— Эй, Ёжка, не горячись! — примирительно улыбнулся парень и совершенно серьезным тоном пояснил. — Ты когда вошла, у тебя глаза на мокром месте были, вот я тебе и решил немного расшевелить. Начни я тебя утешать, ты бы точно разревелась, а так позлилась чуток и в себя пришла.

— Ладно, Змей реликтовый, забыли! — хмыкнула Баба Яга, признавая правоту его слов и действий. — Давай-ка, спать укладываться, а то поздно уже. Я сейчас Марфу попрошу тебя на печи устроить и ежели голоден, то ей об этом скажи, она тебя покормит, а я спать пошла. Доброй ночи!

— Доброй ночи, Ёжка Злата! — донеслось ей в спину.

Переступив порог своей спальни, Ягуся с улыбкой проводила взглядом Марфу, поспешившую устраивать на ночлег нового гостя, и направилась к колыбельке. Василиса спала тихо и безмятежно, от чего на душе Златы становилось спокойно и радостно. Девушка постояла, так еще чуть-чуть пока не поняла, что силы уже совсем на исходе. Она быстро переоделась и скользнула под одеяло. Засыпала Ёжка под мерный, едва слышный разговор доносившейся из-за полуприкрытой двери в кухню.

Теплый солнечный лучик скользнул по девичьей щеке и застыл прямо на закрытых глазах, вынуждая Златославу сначала поморщиться во сне, а потом с неохотой открыть глаза. Голова была тяжелой, мысли в ней крутились вяло, а где-то в районе затылка копилась тупая боль. Яга глубоко вдохнула, зажмурилась на миг и решительно села на постели, пытаясь прогнать сонную хмарь. Распахнув глаза, девушка привычно обвела взглядом спальню, вздрогнула, не обнаружив в колыбели дочери, но тут же с облегчением услышала задорный смех малышки, едва доносящийся из-за плотно закрытой двери, ведущей на кухню. Помимо звонкого голоса Василисы, слышались голоса Руслана и Терентия, но что именно они говорили, было не разобрать, да и не хотелось это Ёжке сейчас выяснять.

Злата поднялась с кровати и прошествовала за ширму, где быстро умылась водицей холодной и переоделась в платье, Марфой заранее приготовленное видимо еще с вечера. У зеркала Ягуся времени больше провела, старательно расчесывая и заплетая волосы в две косы, а потом, аккуратно укладывая их венцом на голове, чтобы не мешались. Баба Яга много дел наметила сегодня переделать, и не хотелось ей, чтобы ее всякие мелочи вроде волос на лоб, к примеру, налипших отвлекали.

Только приведя себя в пристойный вид, Златка направилась в кухню, проверить, что же там такого веселого творится, раз ее девочка так заливисто хохочет. Открыла Яга дверь, да так и застыла, за ручку держась, не зная начинать ей на Руслана ругаться или посмеяться вместе с остальными.

— У-у-ух! Большой Змей летит над полями, над лесами, над высокими холмами! — восклицал новоявленный родственничек, удерживающий маленькую Василису на вытянутых руках и в такт каждому слову волнами, то опуская ее вниз почти к самому полу, то плавно под уклоном понимая вверх над головой. — Один холм пролетел, да в лощину спустился! Над вторым взлетел, да кубарем скатился!

Договорив последние слова, парень державший малютку над головой опустил руки, прижал Василису к груди и крутанулся на пятках, вызывая новый взрыв смеха. Именно в момент кружения Руслан и заметил стоящую в дверном проеме Ягу.

— О, племяшка, мамка твоя проснулась! — сообщил змей, склонившись к белокурой головке девочки, а после обратился и к самой Злате. — А мы тут в Большого Змея играем, Василиске очень нравится.

— Да, я уж заметила, — хмыкнула Баба Яга, все же придя к решению, что ругать парня не будет.

Да, и собственно ругаться на него действительно не требовалось. Это просто попервах Златославе почудилось, будто бы он малютке повредить может, но приглядевшись, с изумлением поняла, что молодой Змей крайне осторожен с ребенком и каждое его движение выверено так, что бы ни в коем случае не испугать и не навредить. А еще девушка поняла, что не первый раз Руслан так с детьми играет.

— У тебя, что свои детишки есть? — решила уточнить Ягуся и с улыбкой произнесла. — Уж больно ловко ты с ребенком обращаешься.

— Своих нет, — ухмыльнувшись от уха до уха, заявил парень, теперь просто покачивая девочку на своих руках. — Молод я еще для того, чтобы своих дитев заводить, вона пусть старшие родные и двуродные братья об этом думают. Только и они не особо торопятся. Дед наш, наверное, уже отчаялся правнуков понянчить.

— И много у тебя братьев? — полюбопытствовала девушка, проходя и присаживаясь к столу.

— Родных два, двоюродных двадцать три, — с довольной усмешкой сообщил Руслан, глядя на ошарашенную Бабу Ягу.

— Ох, ничего себе! — наконец смогла выдавить из себя Злата, пытаясь свыкнуться с мыслью, что у ее супруга двадцать пять братьев. — А сестры?

— А сестер нет, — печально вздохнул один из Змеев Лиходольских. — В нашем роду девочки рождаются еще реже, чем в Кощеевом. У моего отца, к примеру, шесть братьев и только одна сестра, а у нас вообще ни одной.

— И что же прямо ни одного правнука от двадцати шести внуков у Будимира Давыдовича нет? — никак не могла поверить Ягуся.

— Ни одного, — подтвердил свои слова парень и пытливо уставился на Ёжку. — А чего это ты Златослава Ростиславовна вопросом этим задалась?

— Да, вот вспомнились твои вчерашние слова, про малого какой-то Айри, вот и спрашиваю, — не стала юлить Злата и руки так показательно на груди сложила, мол, жду твоего ответа, не дождусь.

— А что же ты там себе подумала, когда про нее услышала? — вкрадчиво поинтересовался Руслан, усаживая Василису в корзину и вручая ей погремушку.

— Ну, а ты, как считаешь, что я могла подумать? — фыркнула Яга и неожиданно для себя призналась. — Решила, что полюбовница это Зареслава…

— Ты главное ему такого не ляпни! — вмиг растеряв все свое благодушие, предельно серьезно проговорил Змей. — Зареслав уже много лет ни о ком кроме тебя и не думает, в душу ты ему с первого взгляда запала. У нас, у Змеев, ежели женщину ты полюбил, то до самой смерти на другую и глянуть тошно! Избранница у нас одна бывает, и дети могут быть только от нее и никак иначе. Потому дед так за Зарика и переживал, когда ты первый раз помолвку разорвала, понимал, что жизнь у него почти поломана.

— Почему же тогда…, - начала было говорить Яга, тотчас остро осознав всю подлость своего давнего поступка по отношению к Зареславу, да и к своей семье.

— Почему дед так все спустил? — догадливо продолжил ее вопрос парень и тут же на него ответил, не дожидаясь ежкиных слов. — А как ему действовать оставалось? Заставить Ростислава Всеволодовича принудить тебя к браку? И что тогда? Ну, заставил бы тебя отец за Зареслава замуж выйти и что? Ты бы и его, и мужа свого тихо ненавидела бы за принуждение, а брат бы от этого еще больше страдал. Или может, деду нужно было войну Белояжску объявить? Наши войска сильны, да только и батюшки твого войско не слабее нашего. Сошлись бы на бранном поле, порубали бы друг дружку и расползлись малым составом. Хорошо? Нет, не хорошо. Так, что дед по-своему мудро поступил. В конце концов, был небольшой шанс, что Зарик все же сможет любовь к тебе перебороть и другую девушку выбрать, пусть без любви, но в ладу с нею жить. И в этом хорошего для Змея мало, но все же лучше чем ничего. Теперь поняла?