Практическая фейрилогия - Агата Грин

— Ты очень хороша в этом платье. Лучше, чем я представлял.

Я покраснела еще гуще, как девчонка, и сложила руки на груди. Впрочем, руки я сразу же опустила, потому что, сложенные на груди, они привлекали внимание к этой самой груди. Поздно: сидхе уже смотрел в декольте. В его оправдание могу сказать, что любой мужчина бы смотрел.

— Платье — прелесть, — с досадой сказала я. — Только сразу понятно, что его мужчина придумал. Декольте просто срам! Для скромной девушки мог бы придумать что-то более целомудренное.

— Я придумал платье, но только тебе было решать, надевать его или нет. Ты надела его… и ничем вырез не прикрыла… А то, что ты сделала со своим лицом и волосами это тоже магия в своем роде. — Помолчав немного, он сказал просто: — Ты прекрасна, Магари. Если это эксперимент, и ты хочешь проверить мою реакцию, то я повторю: ты прекрасна.

В холмах лгать нельзя, но даже если бы мы были не в холме, я бы все равно поверила Скендеру.

— Спасибо, — промолвила я, чувствуя, как моя душа заполняется солнцем, и как под этим солнцем гниют мерзкие сорняки неуверенности и комплексов, которые донимали меня с юности. Уж сколько я боролась с ними, а все было без толку… но одна фраза Скендера — и их больше нет. Важно даже не то, что он сказал, а то, как сказал: его голос был полон восхищения.

— Это все дворцовые пикси, — объяснила я, польщенная. — Они придумали для меня прическу и лицо накрасили. Когда я увидела в зеркале, что они навертели с волосами, то просто обомлела: мне показалось, с такой башней на голове только на маскарад идти! Они наломали прутиков с деревьев из дворцового сада, уложили прутики на моей голове, волосами обвили, и все это украсили паутиной так, что я показалась себе седой! А что они сотворили с моим лицом? Обсыпали чем-то, накрасили мои губы чем-то пурпурным, и оно не смывается! А глаза? Понятия не имею, что такое блестящее они нанесли мне на веки, но это тоже не смывается!

Скендер рассмеялся:

— Веточки и паутина в волосах отлично смотрятся; это куда интереснее, чем цветы, и по неблагой моде. Твои кожу и веки они присыпали пыльцой, а губы обвели своей кровью. Немудрено, что ты вся сияешь. Пыльца с крылышек пикси — важный ингредиент зелий, дарующих красоту, а их кровь — главный компонент эликсиров молодости. Были времена, когда пикси убивали из-за этого. Сейчас они неприкосновенны.

Я коснулась своих губ… Когда пикси колдовали над моим лицом, я сидела с закрытыми глазами, вот и не увидела, откуда они брали «косметику». Кто-то из них пожертвовал кровью, чтобы сделать меня красивее. Они либо очень добры и любезны, либо я вызываю у них большую симпатию… Или же они просто хотят задобрить зловещую госпожу друидессу!

— Я знал, что тебе захочется примерить это платье, и покрасоваться в нем, — произнес Скендер, откровенно наслаждаясь моей красотой.

— На самом деле я надела это платье на бал, на который меня пригласил король. Собственно, я к тебе сразу после бала…

Улыбки как не бывало на лице Скендера.

— Король, — задыхающимся голосом выдавил он, — пригласил тебя… на бал? И ты пошла?

— Д-а-а, — вжав голову в плечи, ответила я. — Знаю: нельзя было. Но я просто не могла не пойти, понимаешь? Я фейриолог!

— Ты дура, — отрезал бог.

«Ну вот, — подумала я. — Недолго я побыла в его глазах “прекрасной”, быстро опустилась до “дуры”».

— Как ты могла пойти на бал?! — разозлился Скендер, и от него повеяло той зловещей энергией смерти, от которой все живое скукоживается. — Это то же самое, что самому влезть в пасть баргесту! Мы неблагие, Магари, не-благие! Мы зло! Принимая приглашения зла, ты объявляешь себя или жертвой, или сообщницей! Так понятнее? Как еще растолковать тебе это, чтобы ты поняла?

— Не кричи на меня! — подняла и я голос. — Я, между прочим, не обычный человек!

— Да, обычные люди ведут себя куда осторожнее!

— А что ты так кричишь, Скендер? — прищурилась я. — Тебя так волнует моя судьба?

Он сжал губы и вздернул подбородок; он так делает, когда хочет избежать ответа.

— Переживаешь за меня? — уже тише спросила я. — Стал беспокоиться о маленькой друидессе?

Сидхе шумно выдохнул и признался:

— Я не хотел бы, чтобы с тобой случилось что-то плохое.

— Маэнун тоже не хотел. Когда Эдона завела свою песню, и я по дурости выпила вина, он унес меня на холод, и я быстро пришла в себя. Так что ничего плохого не случилось.

— Тебе повезло, Магари.

— Да, повезло. Ты не думай, что я полная бестолочь; я вынесла из всего этого урок и в следующий раз не попадусь в ловушку. И, кстати, холм разговаривает со мной. Файдкамен дал понять, что я здесь желанная гостья, и намекнул, что ему нужны перемены. Знаешь, Скендер, мне, кажется, на судьбе написано быть здесь в это время. Маэнун рассказал, что у Неблагого двора дела плохи, и пора бы качнуть чашу весов Равновесия на его сторону. Раз я здесь, значит, нужна для какого-то дела. Но какое дело, я не знаю. Возможно, я уже изменила расстановку сил, сняв проклятье с Ириана…

Мы поглядели на рыжего.

— Думаю, так и есть, — задумчиво проговорил Скендер. — Ириан был когда-то сильнейшим сидхе нашего двора, и долго жил среди людей. Он набрался знаний, и могущество еще может к нему вернуться.

— … Или могущество может вернуться к тебе, — произнесла я загадочно. — Ты бог, Скендер, ты Злой рок, неминуемость смерти. Если люди узнают, что есть такой сидхе, твое могущество тоже возрастет. Я могу тебя прорекламировать. Хочешь?

— Моя сила не из тех, что нужно преумножать, — горько промолвил сидхе. — Мне бы, наоборот, затухнуть и заснуть, как засыпают иногда сидхе… засыпают надолго, пока не обращаются в камень и не становятся снова частью холма.

— Так засыпают только древние, а ты из нового поколения богов, так что забудь об этом, — резко сказала я. — И вообще, я пришла к тебе не платье показать, а по делу. Стой смирно и слушай меня очень внимательно.

Вздохнув, я собралась с мыслями и, использовав магический голос, завела песню забвения. Магический голос, как и полагается, усилил и утроил издаваемые мной звуки, жаль только, сами издаваемые звуки были ужасно фальшивы и мало походили на песню Эдоны.

— Магари, что ты делаешь? — спросил подозрительно Скендер.

— Не перебивай!

Я попробовала еще раз, но получилось еще хуже, чем в первый. Увы, идеальная слуховая память и магический голос совсем не гарант того, что можно воспроизвести песню…

— Что ты все-таки делаешь? — осторожно уточнил Скендер.

— Пою!

— Больше похоже на пытку.

Расстроенная, я произнесла:

— Не получается… Но почему? Я помню всю песню от начала до конца! Друиды тем и известны, что обладают способностью запоминать длиннейшие заклинания и произносить их без запинки, так почему же я не могу спеть песню?