Суженая из лужи - Вероника Шаль

Изабелла

- Вот вам ваша бумажка! - Иза с высоко поднятой головой зашла к Галине Николаевне и, положив на стол писульку от психиатра, отвернулась к окну.

Декан, пребывавшая в еще не испоченном профессором настроении, важно протянула руку и поднесла заключение к глазам.

- Ну вот, и как ты сможешь с таким диагнозом работать журналистом? - и уставилась сквозь толстенные стекла очков.

Тишина повисла в воздухе. Иза решительно не понимала, что от нее хочет эта тетка. И жалела, что декан женщина. Да, надо бояться своих желаний! Они могут исполниться! С мужчиной-то она более-менее понимала, как себя вести. А вот стервозная тетка ничего, кроме чувства бессилия не вызывала.

- Как? - не поняла Иза. - В смысле?

- Ты, видя любую несправедливость, будешь себя сжигать. А несправедливости в нашей работе много. Даже слишком. - И грустно вздохнула.

- Да я не хочу быть писарчуком... - буркнула Иза, но ее расслышали.

- Кем? - брови Галины Николаевны поползли вверх.

- Писарчуком, то есть тем, кто о всякой чернухе пишет и бедах народных!

Чернуху Иза не любила. Народ, большей частью, тоже.

- А о чем же ты хочешь писать? К какому профилю склоняешься?

Иза задумалась. На ум сразу же пришли глянцевые журналы, почти такие же красочные, как и в ее мире. Но там работать в подобном журнале не позволял статус - дочь аристократа все-таки. Ей работать и вовсе не к лицу было. Здесь же быть журналистом глянцевого издания считалась престижно.

- О моде!

- О моде? Валерия, ты меня удивляешь! Вот не ожидала, так не ожидала! Ни этого вот! - и она махнула рукой на справку, - Ни моды.

Иза, в ожидании, когда прекратится бессмысленный разговор, и декан ее отпустит, поджав губы, пересчитывала полоски на шторах. Хотелось зевать.

- Ну вот что ты будешь писать о моде?

- Все, о чем попросит мое сердце! - с пылом выдохнула Иза. - Оно у меня всерхчувствительное на такие вещи.

- И что оно будет чувствовать? - с ехидством в голосе спросила декан, не сводя глаз с ее лица.

- Ну. например, оно чувствует, что эти полоски - прошлый век и сейчас так интерьеры не украшают.

Декан фыркнула:

- Несложно угадать.

- И ваш пиджак, - осмелела Иза, выразительно глядя на декана...

- Что не так с моим пиджаком?

- Все, - изобразив в голосе сочувствие, выдохнула Иза Галина Николаевна выглядела слегка растерянной.

«Она что, себя модной дамой считала?» - не без злорадства удивилась Иза.

- Только с пиджаком все не так?

Иза почувствовала, что пора ей переставать дразнить декана. А то, неровен час, еще и в самом деле отчислит. А Иза, только вчера поняла, чем займется в этом мире. И все благодаря Никки.

Сначала они славно посидели в кафе «Бонжур», уплетая вкуснющие шоколадные пирожные, - Никки поклялся Охрумом, что при их приготовлении не использовалось ни капельки магии, - а потом, когда уже были готовы идти домой, внезапно Никки потянул ее в сторону другого кафе. Точнее, клуба. «Модный Бастион» так и остался бы незамеченным, не случись как раз вчера вечеринка, в честь чего Иза не помнила, но не это главное.

Самое важное, в клубе проводили соревнования, и можно было делать ставки на победителя. Конкурсы же оказались не чем иным, как показом последних моделей дизайнерской одежды.

А еще, - вот от этого Иза была в самом большом восторге, - молодые модельеры демонстрировали собственные наряды. А публика выбирала самое-самое из творений как молодых, так и маститых модельеров.

Перед глазами Изы возникли красочные картины прошедшего вечера.

Сначала на полукруглую сцену с небольшим подиуиом вышла девушка в черно-золотистом платье с глубоким вырезом и объемным ремнем на талии. Она кокетливо повертелась и так, и этак, демонстрируя не только наряд, но и порядковый номер, если будут желающие сделать на него ставки.

Образ был необычный, у Изы загорелись глаза. Выпитое кофе и съеденные шоколадные пирожные добавляли зрению остроты, а мозгу - скорости реакции. И Иза окунулась в свой мир, мир моды и красоты.

Следующая модель оделась в морковного цвета костюм и полусапожки, в тон костюму. На плечи накинута белая шаль. Девушка медленно шла по подиуму и неумело улыбалась, демонстрируя публике номер своего наряда.

«Слишком смелый цвет!» - ехидно хмыкнула про себя Иза.

Затем вышла дама в развевающемся платье оттенка морской волны. Со шляпкой и босоножками в тон. И с зонтом в руке.

- Экипировка как раз для Петербурга, - шепнул с улыбкой Никки, и они стали ожидать выхода следующей модели.

Сердце Изы екнуло, когда на сцене появилась девушка в пудрово-розовом летящем платье и шляпке в тон. Вот оно - ее любимое платье и образ! Жаль только - Иза прислушалась к внутреннему ощущению - за него почти никто не проголосует.

И ей тоже надо ставить на победителя. Взгрустнулось. Почему мир так несправедлив? Почему никто не любит розовый цвет? Ведь розовый - это не просто ванильная фантазия молодящихся кутюрье! Это целая философия легкости, свежести и беззаботности!

Иза еще раз вздохнула и скосила взгляд на очередную модель в мешковатом одеянии в стиле бохо. Чуяло ее сердце, что вот это пугало придется по душе почти всем участникам розыгрыша. И она вцепилась взглядом в номер двенадцать, который настойчиво демонстрировала модель.

По завершении показа все модели вышли на сцену, чтобы можно было увидеть еще раз наряд и проголосовать за понравившиеся образы.

И сделать ставку на победителя.

Иза с задумчивым выражением лица подошла к ведущему, принимавшему ставки, и сделала свою. Но поставила не на запавшее в душу пудро-розовое, а на непонятный ей стиль бохо. Все равно победит он, в этом Иза ни секунды не сомневалась. Жаль только, что приглянувшемуся ей образу не удалось добраться ни до второго, ни даже до третьего места.