Восьмой кризис. Истоки - Евгений Симоненко

— Как бы ты поступил на моём месте?

— Я бы не стал брать воспоминания, — мгновенно ответил безымянный.

— Почему нет?

— Я не знаю.

— Многого же ты не знаешь…

— Это твоя вина.

Моя вина? Это тоже я уже слышал, правда немного в другом контексте. И что мне делать? Зея против возвращения памяти. Безымянный как выяснилось сам не стал бы их забирать… Но попытался мне их впарить. Забавно.

— Я еще смогу сюда вернуться?

— Не знаю. Надеюсь нет.

Я снова огляделся. Комната начала терять свои очертания и сливаться с безымянным. Кресла уже не было. Темный туман стал больше.

— Я бы на твоем месте поторопился, — посоветовал безымянный.

Холодно. Стало еще холодней чем было. Я встал над корзинкой с воспоминаниями, пытаясь углядеть в среди бумажек нечто особенное. Тщетно. Я потянулся за самым верхним кусочком, который никак не выделялся среди остальных. Схватившись за него я понял — я не смогу его поднять. Но всё же я потянул. Кусок бумаги, как я и думал, был абсолютно неподъемным. Занял положение поудобней, уперся ногами в растворяющийся в темноте пол, тяну вверх обеими руками. Не работает. Я не могу поднять кусок бумаги… А темнота вокруг всё смыкалась.

Продолжаю пытаться. Тяну так сильно, что побелели пальцы. Тяну так долго, что уже не чувствую носа. Холодно. Здесь чертовски холодно. Стен комнаты не стало, как и мебели вокруг. Остался только небольшой кусок пола под корзинкой и моими ступнями… И парящие в темноте черные глаза. Я их прекрасно вижу. Это совсем не та тьма, что окутала небесный остров. Здесь просто ничего не осталось, оттого и темно.

Я поднял корзинку. Тяжелее чем выглядит, но гораздо легче бумаги внутри. Потряс, бумажки внутри зашуршали будто ничего не весили. Я бы мог перевернуть корзинку и высыпать все бумажки… Но куда? Пола под ногами больше не было, хотя я уверенно стоял в пустоте.

— Всё или ничего, — сказал безымянный.

Всё или ничего. Я тоже так думаю. Изловчится и вытряхнуть один или два кусочка бумаги у меня не получится. Я так чувствую.

— Решайся! — потребовал безымянный. Его голос прозвучал оглушительно. Угрожающе… Но я рассмеялся.

— Ты пытаешься меня напугать? Этой темнотой? Не выйдет.

Делится с безымянным происходящим снаружи и объяснять почему меня не напугать темнотой мне показалось бессмысленным. Я глубоко выдохнул пуская в пустоту объемное облако пара. Пальцы рук задеревенели от холода. Неужели я могу здесь замерзнуть? Я сомневаюсь.

— Напугать? Дело не в страхе. Решайся. Я устал ждать. Тебе пора уходить, давно пора уходить.

— Пора уходить? Думаю ты прав, — я снова опустил взгляд на белые бумажки в корзинке. В этой темноте казалось, что они сияют, словно какое-то мифическое сокровище. — Всё или ничего, так?

%@#$!#*@%(

На улочках города Орьм была суета. Из-за слухов о заселении гоблинами соседствующей деревеньки Ньорд, несколько предприимчивых южан начали открывать на окраинах Орьма свои лавки, мастерские и магазины. Сколько бы неудобств не приносили гоблины, а денег они приносят больше. Работники хоть куда, спят меньше часов чем человек и на удивление многих к своим обязанностям относятся ответственно и серьезно… И все деньги из Ньорда будут течь через Орьм. Один южанин уже успел отстроить для себя целый торговый квартал на котором можно было найти множество диковинок с юга, правда сейчас их мало кто мог себе позволить. Но Рейвена интересовали исключительно дилижансы, оснащенные магическим двигателем, который позволял отказаться от использования животных и извозчиков.

— Я не вижу смысла арендовать дилижанс…

— У тебя есть идеи, как добраться до башни Койла быстрее? Я весь во внимании, — развел руками Рейвен. Башня Койла находилась в глуши, даже по местным меркам. Найти кого-то проезжающего мимо неё было бы большой удачей.

— Призвал бы нам пару коней, — ответил Джастин.

— Ты думаешь они на деревьях растут? Нам нужен транспорт.

Джастин тяжело вздохнул, но всё же позволил Рейвену заплатить за дилижанс. Раз за дилижанс платил Рейвен, то и выбирал его он. Рейвен остановил свой выбор на малом черном, покрытым золотыми ветками корпусом, самом броском на взгляд Джастина. Южанин одетый в дорогой фрак и черные лакированные туфли, к которым грязь севера была беспощадна, заверил, что нет экипажа который бы доставил героев к заветной башне с большим комфортом и скоростью… На пол пути к башне Койла, Рейвен уже жалел о своём решении и про себя клял южанина. Двигатель у дилижанса был громким, но если громкость можно было исправить при помощи талисманов подавляющих шум, купленных у того же южанина, то не исходящие от двигателя вибрации, которые чувствовались в любой точке салона… Ситуации не помогали и дороги севера. Диваны в салоне были слишком жесткими и неудобными. Пытаться усидеть на них во время езды по северным дорогам было тем еще испытаниям, даже для героев.

— Почему нельзя сделать нормальную подвеску? — возмутился Джастин в очередной раз ударившись головой о стенку дилижанса.

— При таких дорогах это не поможет…

— И кузов… Я понимаю, что тебе для управления смотреть на дорогу ненужно, но остальным как на таком чуде ездить? Из окна как собаке выглядывать?

— Контроль инноваций, — пожал плечами Рейвен. — Хотя бы моторы продолжили изготавливать.

— Чего контроль?

— Ты серьезно не знаешь? — удивился Рейвен. — Инновации под контролем у глав народа стали… Я полагаю ты и о последнем скандале не слышал?

— Не слышал, — нахмурился Джастин.

— А к герою этого скандала мы как раз и едем… Какое совпадение! — дилижанс угодил в очередную яму и Рейвен треснулся головой прямо в потолок. Сделав вид, что этого не было Рейвен продолжил: — Койла изгнали с юга за изобретение механического сердца. "Он хочет сделать из людей големов!", вопили местные, — ухмыльнулся Рейвен. — Их право. Койл тогда не был в Дюжине и знать не знал о контроле над инновациями… Как и ты сейчас. Захочешь узнать о том случае больше можешь узнать у Койла… По нему не скажешь, но он любит потрещать.

— Приехали! — обрадовался Джастин, раскрыл дверь и мигом покинул дилижанс. — Ах… Свобода!

Джастин приврал. Из-за деревьев показалась только верхушка башни. Рейвен тоже был не прочь проделать остаток пути на своих двоих. По скорости передвижения это было примерно тоже самое, а после такой поездки размяться было приятно… Он бы и раньше покинул дилижанс, но "машину" еще предстояло вернуть