Сердце техноцита - Артемис Мантикор

Плохо. Очень плохо. Не думал, что путь к стальному дереву займёт так долго. Нужно спешить, пока бой ещё продолжается.

Я на мгновение замер, постарался отрешиться от всего и присел прямо на растительный мост. Выпрямил позвоночник, прикрыл глаза, поднял их вверх и погрузился в глубокую медитацию.

Артефактный венец чуть сдавил голову. Перед глазами открылся вид на разведанные участки двадцатого. Затем отметил те участки, откуда уже ушли проходчики и бой не шёл. Дотянулся сознанием до скрытых подарков в павших в первой волне некродендроидоах, и активировал заготовку.

В тот же миг в разных местах на поле боя, прямо в тылу у техноцита, вверх потянулись изменённые магией растительные гибриды.

Пришлось хорошо постараться, чтобы придать растениям свойства, разрушающие металл и кости. Техника — ужасный враг для растений.

Очаги потянулись во все стороны, пытаясь образовать растительные сети. Уничтожить врага они не смогут, но замедлить — вполне.

— Тумор, твой выход, — отдал я приказ, не открывая глаз.

Где-то в своём Древе сейчас старик берёт в руки кровавый посох и со всей силы бьёт магией жизни, проводя через растительную сеть воскрешение и рост растений. И в тот же миг по всему полю боя очаги начали разрастаться в настоящий хищный лес.

Он ударил врагу в спину, замедлял его передвижение и безуспешно пытался ассимилировать некротическую часть — мёртвые кости.

Отлично. Это позволит нам ещё немного задержать врага. Плюс разрытая рыхлая земля с останками растений тоже поспособствует замедлению продвижения.

Подкрепления должны прийти к врагу как можно позже!

Наконец, впереди показалась локация, где Король развернул свой город, который я видел благодаря растениям. Издали он и впрямь походил на дерево. Но через дыру в убежище я вытащил бинокль и увидел совсем иную картину.

Железное дерево было огромным городом механизмом, каждая ветвь которого была тропой к листьям. А на каждом листе… Жесть! Зачем они это делают?

Всё дерево было усыпано тысячами особей техноцитовых зомби. На этот раз не боевыми, а рабочими особями. Зомби с кучей проводов были подключены к каким-то устройствам, напоминающими миниатюрные терминалы, и без остановки с немыслимой скоростью били по кнопкам.

Треск десятков тысяч клавиш был слышен даже отсюда.

Вокруг дерева, словно рой насекомых, кружили летучие особи с реактивными ранцами, чуть дальше — механические птицы. И самое главное — четыре огромных вышки, у подножия которых располагались лифты, доставляющие снизу техноцитовых тварей. Снова и снова. Без остановки. И не было видно никакого конца этому процессу.

В сердце стальной кроны был виден и таинственный продолговатый ящик. Судя по тому, что туда стекались все провода, оплетавшие дерево, где-то в нём и скрывался Король Механизмов. Правда, я себе его представлял немного иначе. Уж точно не большим стальным ящиком.

Третий этап плана состоял в том, чтобы нанести ему визит и обезглавить армию техноцита. Сейчас наверху в убежище оставались самые мощные боты семнадцатых и самые мощные версии некродендроидов во главе с Наги. Но главное — живые проходчики, на которых не действует пересбор.

Построить мост как можно ближе к врагу, отменить призыв убежища и призвать его вновь так близко к этому ящику, как это только возможно.

Вот только я уже знал, что этот план тоже обречён на провал. Наша группа там не проживёт и минуты. Как ни крути, а поток техноцита не собирался останавливаться.

И словно этого было мало, неподалёку от меня вдруг завис крошечный дрон в виде железной красноглазой птички.

Существо внимательно смотрело алыми визорами в мою сторону.

Заметил?

Что ж…

Значит пришло время для настоящих чудес.

Я мрачно улыбнулся — такой поворот событий я тоже предусмотрел.

— Тумор, жив? Не вырубился?

— Жив… Дайермонтул подсобил. За меня вырубился Четвёртый Всадник. Всё по плану.

— Ты главное второго сбереги, — сказал я.

— Начинаем наш эксперимент?

— Ага, — ответил я и широко улыбнулся техноцитовой птичке.

Интерлюдия

Веер переменных успехов

Никогда прежде никто из проходчиков не видел и даже не слышал о столь массовых сражениях. Это можно было по праву назвать небольшой войной, где армия прёт на армию в лучших традициях средневековья.

После первой волны пересборов исчезла большая часть призванных существ и созданных механизмов. Те, кто вёл с собой приручённых монстров стены — терял их с переменным успехом — большинство подвергались переносу, но некоторые оставались, расцененные системой как личные фамильяры или что-то, что можно было посчитать частью экипировки проходчика.

То же самое можно сказать о нежити и големах. С уверенностью можно было говорить лишь о проходчиках, которые продолжали сражаться без призыва и создания миньонов.

Попытка окружить лагерь у Древа-лифта не удалась. Те, кто вёл в бой техноцит, сделали ставку на то, чтобы замедлить проходчиков пересобранными у них за спиной монстрами. Но перенос был сильно ограничен по количеству активаций за раз. Он был частичным и не менял локацию целиком. Потому техноцит, окружённый архитопами, был уничтожен едва ли не за секунды.

После этого сильнейшие внутренние ветви Альянса бросились на прорыв в разные стороны. Фракция Дориана первой прорвала окружение и словно нож масло рассекла редких порождений техноцита, и устремилась прочь от исчезнувшей крепости. Группа была достаточно многочисленной и не сильно уступала двум крупнейшим организациям, отколовшимся от Гильдии.

Лучник ушёл в невидимость, и о его существовании теперь напоминали только зачарованные стрелы, отлично зарекомендовавшие себя против техноцита.

Затем на поле боя появились астральные псы. Бульдог обнаружил первую слабость контролируемого пересбора — астральным существам на это явление было плевать. Они изначально не принадлежали Стене, а относились к своим слоям реальности, потому и власти над ними она не имела.

Такие существа могли или уйти сами, или погибнуть, и опять-таки оказаться у себя дома в астрале. Призрак можно изгнать, но убить до конца, просто расстреляв из винтовки — не выйдет. Даже зачарованными пулями.

Сильнейший шаман сектора тоже воспользовался этой фишкой, принявшись призывать и воплощать стихийных духов. Те тоже изначально принадлежали к своим стихийным мирам, так что получалось почти то же самое.

Ещё один сильный шаман был в команде Деймоса. Лысый эльф с безумной улыбкой просто открыл врата в некое измерение Смерти, откуда полезла такая лютая хтонь,