Империя. Великий царь - Алексей Живой

– И что ответил вам Аполлон? – уточнил царь.

– Он ответил, что сам позаботится о своем достоянии. Тогда дельфийцы, получив такой ответ, стали заботиться о собственном спасении, – произнес Эврип и, указав на опустевший город, даже повернувшись в том направлении. – Многие отослали жен и детей через пролив в Ахайю, имущество отнесли в Корикийскую пещеру, а сами укрылись на склонах Парнаса.

Сказав это, Эврип отвернулся от города и вновь посмотрел на царя Спарты, добавив:

– Некоторые еще раньше сбежали в Амфиссу, что в земле локров.

– Это решение настоящих глупцов, – усмехнулся Леонид. – Амфисса на два дня пути ближе к армии Мардония и локры ее не защитят. Персы захватят эти земли раньше, чем появятся здесь.

– Это не все, царь, – проговорил Эврип, оглянувшись на своих спутников, – едва пришли первые вести о приближении персов, еще задолго до твоего прибытия с войском, как в Дельфах произошло множество знамений.

В голосе Эврипа появился священный трепет.

– Вот, пожалуй, самое примечательное из них. Пять дней назад прорицатель по имени Акерат заметил, что хранившееся в храме священное оружие Аполлона, которого никто не мог касаться – ведь это лук и стрелы бога, которыми он убил Пифона, – вдруг оказалось лежащим на земле у ворот храма. Он понял, что бог защитит город, и тотчас отправился рассказать об этом чуде всем, кто еще остался в Дельфах.

– Но нашел лишь немногих, – закончил за него царь, – что же, Аполлон дал нам знак, что не оставит этот город. А значит, его сила увеличит мощь спартанского войска. Трусы пусть убираются отсюда куда хотят, а мы останемся, и будем бить персов до тех пор, пока не истребим всех. Спартанцы пришли защищать свои храмы. Таково мое слово и можете передать его всем, кто еще остался в Дельфах.

– Я понял тебя, царь, – ответил Эврип, слегка наклонив голову.

– Персы в двух днях пути. Сегодня же мы начнем готовиться к битве, – сообщил Леонид жрецам и всем остальным.

– Я отправляюсь в храм, чтобы совершить жертвоприношение, – сказал на это Эврип, заканчивая разговор.

Сев на повозку, жрецы удалились в город. «Похоже, путь у них неблизкий, – подумал Тарас, вновь разглядывая склоны Парнаса, – им надо проехать весь город, затем подняться по серпантину над пропастью почти до самой вершины. Ведь храм-то вон он, рядом с рощей лавровых деревьев».

От созерцания окрестных видов его отвлек окрик Леонида.

– Гисандр, ты немедленно отправишься в горы искать лучшее место для своих… машин, – приказал царь, – они должны стоять так, чтобы не мешать действию наших гоплитов.

– Уже решено, где мы будем биться? – уточнил Тарас, разглядывая холмы перед городом.

– Да, – ответил Леонид, – мы выстроим фалангу на перевале и перегородим оба скальных прохода чуть ниже.

– Немедленно отправляюсь, – кивнул Тарас. – К вечеру место будет выбрано.

– Времени мало, – ответил царь. – Поторопись.

Тарас поклонился и отошел от царской палатки, скользнув напоследок взглядом по лицам гордых полемархов. С ними то все было понятно, бери мору, выстраивай и веди в бой. А у Тараса была задача посложнее. Нужно было расположить свои орудия так, чтобы истребить максимальное количество персов и своих не положить в этой свалке.

«Ну да ладно, – подбодрил себя Тарас, вышагивая к палаткам своих периеков, и даже пошутил, – не боги горшки обжигают, им Темпей помогает».

Спустя полчаса, наскоро перекусив вяленым мясом, сыром и хлебом, – он ведь даже не отдохнул, как следует, – Тарас в сопровождении тридцати «спецназовцев» и Пентарея с десятком лучников, вышагивал в сторону перевала. Взял он с собой и врачевателя, как тот не скулил и не пытался остаться в лагере, ссылаясь на дикую усталость.

– Ничего, потерпишь, – перед самым выходом успокоил его Тарас, поправляя ножны меча. – А кто будет склоны осматривать на случай, если их тоже подрывать придется. У тебя, кстати, еще горшки остались с взрывчатой смесью?

– Всего два, – сообщил Темпей, вздохнув, – все остальные ушли на подрыв Фермопильского ущелья.

– Маловато, конечно, – слегка расстроился Тарас, перекидывая через плечо красный плащ и скрепляя его на груди медной застежкой, – но, ничего не поделаешь. Придется использовать только в крайнем случае.

Через несколько часов они были у скальных проходов. Приблизившись, Тарас увидел две расщелины в скале, по которым уходили в сторону соседней Локриды-Озольской две широкие проезжие дороги, соединяясь на той стороне.

– Отряд человек двадцать по фронту спокойно перегородит каждую расщелину, – резюмировал Тарас, проходя насквозь этот участок по одной из дорог.

– Впрочем, Леонид уже позаботился об этом, – заметил он, когда увидел с той стороны отряд спартанцев числом не меньше двух лохов. А когда он разглядел среди командиров эномотий, собравшихся сейчас вместе и что-то обсуждавших, Деметрия, то слегка напрягся. У него возникло предчувствие, что выяснение отношений с Деметрием отложено отнюдь не до возвращения в Спарту. Но Деметрий, тоже заметивший его, не подал виду, словно вообще был с ним не знаком.

Обменявшись приветствиями с командиром этого поста, Тарас сообщил ему о приказе Леонида и был беспрепятственно пропущен со своими людьми. Дальше в сторону перевала уходила лишь одна дорога, зажатая скалами. Зато она была гораздо шире. По всему было видно, что ею часто пользуются путники и торговцы.

– При желании здесь можно пустить конницу, – продолжал рассуждать сам с собою Тарас, поднимаясь вверх по каменистой дороге, которая становилась все круче.

– Мы можем расставить лучников вдоль склона, – осторожно предложил Пентарей, тоже занятый выбором позиции для своих стрелков, – вот здесь и там за валунами есть неплохие места для засады. Даже пехотинцы туда не сразу доберутся, а конница и подавно.

– Может быть, ты и прав, – кивнул Тарас, поразмыслив над словами периека, чем очень удивил его, – место выбрано неплохо. Часть лучников мы здесь поставим и даже гастрафетчиков, но это не главная позиция. Скоро начнет вечереть, а нам до заката надо найти место для баллист.

Они поднимались еще почти три часа по серпантину, пока не оказались у самого перевала, где Тарас тоже разглядел красные плащи спартанцев. Армия царя Леонида заняла все подступы к Дельфам, так что персы уже не могли появиться здесь неожиданно. К тому моменту Темпей едва мог идти. Он долго скулил и, в конце концов, даже осел на придорожный камень.

– А ну вставай! – набросился на него Тарас. – Мы еще не нашли нужное место.

– Простите, господин Гисандр, – взмолился раскрасневшийся врачеватель, – но я еле дышу.

– Ты тоже спартанец, значит, должен терпеть, – отмахнулся Тарас, кладя ладонь на рукоять меча, – вставай, или я заколю тебя прямо на месте.

– А вы оставите меня в живых, если я скажу вам, что нашел место? – произнес Темпей, вскидывая руку и не дожидаясь ответа, добавил: – Вон на той площадке можно поставить баллисты.