Спецгруппа "Нечисть" - Александр Ищук

— Вы кем были до войны, капитан?

— Юристом.

— Я так и подумал. И много у вас не успевают стать пленными?

— Полковник, мы не эсэсовцы, не американские морпехи и не ваши, кстати, десантники. Вам рассказать, что они творили с нашими пленными? Я про такое читал только в архивах о войне в Афганистане. Так что про гуманитарное право расскажите для начала своим солдатам. И вы живы только благодаря форме. Были бы в форме десантника, мы бы ваши кишки по деревьям развесили… и Михалыч ничего бы не узнал!

— Да, — грустно ответил румын, — я слышал про наших десантников… Но я также слышал, что наши новобранцы категорически не хотят идти в десант. Что в десанте наибольшее число дезертиров потому, что любой солдат вашей армии в первую очередь старается убить именно десантника, а лучше — взять в плен, чтобы…

— Да, да, — перебил его я, — чтобы изрубить его помельче. Не нужно было тем придуркам нападать на санитарную машину, да еще выкладывать видео в сеть. Насколько я помню, двое из той группы еще живы. Но их усиленно ловят… А касательно нас, полковник, мы валим только то количество, которое необходимо нам для выполнения задачи и для собственной безопасности. Куда нам этого америкоса девать было? С собой таскать? И в качестве заключения нашего диспута: вы же историк, вы должны знать — на войне нет правды.

Румын молчал.

— Будем дальше спорить или пойдем кровососа допрашивать?

— Пойдем. И не нужно его убивать. Через три часа солнце его само убьет.

— Термит, передохни. Остальные смотрят по сторонам и прикрывают нас.

С матюками и падениями поднялись по развалинам к комнате. У входа я остановил румына.

— Попробуем поговорить отсюда. Тут и солнце, и, если что, снайпера его тормознут. Вы только на линию огня не выползайте.

Полковник громко обратился в угол комнаты на румынском. Говорил минуты полторы. Реакции не последовало. Поняв, что диалога не получается, вопросительно посмотрел на меня.

— Не хочет. Какие будут предложения?

— Сейчас узнаем. — И на английском обратился в сторону вампира: — Если ты меня слышишь и понимаешь, то подай какой-нибудь знак. Если будешь молчать, то я сейчас возьму что-нибудь длинное, стащу с тебя тряпку и посмотрю, как солнце тебя сожжет.

— Правильно, — зашептал румын, — американцы же тоже стали вампирами.

— Пожалуйста, не стаскивайте ткань, — раздалось из угла на английском. Голос говорящего был слабый и какой-то шипящий. — Чего вы хотите?

— Как тебя зовут?

— Генри.

— Звание и род войск?

— Рядовой, морская пехота.

— Ты понимаешь, что ты вампир?

— Да, понимаю… — Из-под ткани раздался всхлип.

— О, как! — удивился я. — Они и реветь умеют?! — это уже румыну.

— Конечно, первое время они почти люди. Только через неделю он станет чистым животным.

— А оборотни такие же?

— Нет, у них процесс обращения происходит мгновенно.

— Как ты стал вампиром? — спросил румын.

— Шнайдер, этот ублюдок, погубил всех нас.

— Расскажи поподробнее.

— Зачем это вам?

— Для общего развития, — вклинился я. — Слышь, плакса, чем дольше ты говоришь, тем дольше живешь. Это понятно?

— Три дня назад Шнайдер привел нас сюда. Тут уже работала археологическая экспедиция. Вчера мы извлекли два саркофага. Шнайдер почти сутки читал над ними то ли молитвы, то ли заклинания. А сегодня пришла первая машина с гражданскими. Ночью он вскрыл оба саркофага и в каждый положил по две женщины. Одна лежала на мумии, вторая — поверх нее. Тем, что находились сверху, он перерезал горло, а потом… — Вурдалак опять начал всхлипывать.

— А потом, — продолжил за него румын, — когда почти вся кровь несчастных вытекла в саркофаг, мумии ожили и впились в тех, кто лежал непосредственно на них.

— Да, — всхлипнул америкос, — откуда вы знаете?

— Поддерживаю собеседника, — вякнул я.

— За прошедшие столетия способ оживления не мог измениться. И этот способ описан во всех известных мне источниках. Шнайдер читал те же книги, что и я. Генри, после того, как мумии высосали кровь жертв и поднялись, что было дальше? Шнайдер тоже стал вампиром, или он принес вассальную присягу?

— Насколько я знаю, вампиром он не стал. Как только Дракула вышел из саркофага, Шнайдер встал на колени и что-то произнес на латыни. Дракула положил руку ему на голову и тоже что-то сказал на латыни.

— Так, капитан, — лицо румына стало очень серьезным, в глазах вспыхнула ненависть, — теперь нужно быть предельно внимательными. Шнайдер, ублюдок, стал вассалом Дракулы. Он остался человеком, но стал сильнее и выносливее. Он не боится солнца и серебра. Скажите это своим людям.

— Сказать — скажу. А как его убить?

— Как и обычного человека, но сделать это сложнее.

— И долго он таким будет?

— Пока жив Дракула. После смерти сеньора вассал сразу гибнет. Так что Шнайдер будет сражаться за Дракулу до последнего.

— Что было дальше? — спросил я американца.

— Дальше начали прибывать грузовики с гражданскими. Мы приковывали их к стене и оставляли. Первых гражданских Дракула и Оборотень просто выпили, а остальных начали обращать.

— Это тоже понятно, — снова перебил полковник. — Как ты стал вампиром?

— После того как они обратили всех гражданских, Шнайдер позвал всех свободных от службы солдат во двор. Там уже стояли и вампиры, и оборотни. Как только мы все собрались, эти твари кинулись на нас… Часть, как я, стала вампирами, а остальные — оборотнями. После этого они начали обращать и тех, кто стоял в карауле. Все было тихо, пока оборотень не вышел в коридор, ведущий к выходу. Там дежурил О’Брайн. Как только он заметил оборотня, он сразу начал стрелять и побежал на улицу. Дальше вы знаете.

— Скажи мне, Генри, а кто из ваших так поработал мечом или саблей?

— У наших нет подобного оружия, — ответил вампир.

— А кто тогда так искусно порубил твоих соплеменников?

— Я не знаю. Перед тем как обрушилась стена, в задних шеренгах появился какой-то воин в рыцарских доспехах и с большим мечом. Он точно не наш. До первого взрыва этот воин успел разрубить нескольких оборотней. И даже после взрыва, воспользовавшись паникой, он продолжил убивать.

— Можешь предположить, кто это мог быть?

— Нет, — ответил Генри. И тут же спросил: — Кстати, а как вы тут оказались?

— Пока спрашиваем мы, — рявкнул румын. — Куда делись Дракула, Оборотень и Шнайдер после начала обстрела?

Помедлив, америкос ответил:

— Они ушли в коридоры, которые в самом низу. А как вы тут оказались?