Длинные тени - Эрин Хантер

Принюхавшись, Воробей почувствовал запах крови и плоти. Он протянул лапу и нащупал на горле Уголька края глубокой раны. Такие раны опытный охотник обычно оставляет на теле дичи.

Нет, такие раны не остаются ни от падения в ручей, ни от смерти под водой! Их оставляют, когда хотят убить.

— Он не утонул, — сипло выдохнула Листвичка. — Его убили.

У Воробья закружилась голова. Если бы Листвичка не решила проявить заботу к умершему, никто в племени никогда не узнал бы, как умер Уголек! Что же теперь будет?

— Я иду к Огнезвезду, — ответила на его невысказанный вопрос целительница.

Через несколько мгновений она вернулась обратно в сопровождении предводителя.

Огнезвезд наклонился и тщательно обследовал тело.

— Кто мог это сделать? — в смятении пробормотал он.

— Племя Ветра? — предположила Листвичка. — Мы нашли его на границе!

— Ты прекрасно знаешь, что на нем не было запаха племени Ветра, — напомнил Огнезвезд, и Воробейник почувствовал, что он искренне растерян. — Я понимаю, что вода могла смыть запахи, но все же… — Теперь он говорил совсем тихо, словно разговаривал сам с собой. — Зачем племени Ветра просто убивать одного из наших воинов? Может быть, они таким образом пытались предостеречь нас от чего-то? Но мы не угрожаем племени Ветра!

— Кроме того, Уголек чистокровный Грозовой кот, — вставил Воробей. — Племя Ветра не должно испытывать к нему никакой вражды!

— Вот именно! — кивнул предводитель, и Воробей услышал, как он задумчиво поскреб когтями по земле. — Но если это не воины Ветра, значит, Уголька убил кто-то из Грозовых котов!

— Нет! — испуганный шепот Листвички острым орлиным когтем пронзил Воробья. — Ни один Грозовой кот не мог совершить такое злодейство! Это должно быть племя Ветра! — Воробью показалось, что целительница больше старается убедить в этом себя, нежели Огнезвезда. — Что будем делать? — напряженно спросила она.

Предводитель ненадолго задумался.

— У нас нет никаких оснований лишать Уголька посмертных почестей, — решил он, наконец. — Пусть старейшины похоронят его. Затем я поговорю с племенем.

— Я позову Кисточку и Долгохвоста, — вскочила Листвичка.

* * *

Воробей дождался, пока старейшины выйдут из своей палатки, и все племя соберется вместе, чтобы в последний раз попрощаться с Угольком. Должно быть, Листвичка прилизала шерсть на горле убитого, скрыв рану, потому что никто ничего не заметил.

Когда Кисточка и Долгохвост вынесли тело из лагеря, Огнезвезд сказал Ежевике:

— Пусть никто никуда не расходится. Я должен поговорить с племенем.

Воробей даже подпрыгнул от неожиданности, когда Львиносвет горячо прошептал ему на ухо:

— Что случилось?

Конечно, Воробью очень хотелось рассказать ему всю правду. Но он не смог найти нужные слова. Открытие Листвички было слишком пугающим и порождало слишком много догадок и подозрений.

— Скоро сам узнаешь, — буркнул он.

Стоя рядом с братом, он нетерпеливо рыл когтями землю, дожидаясь возвращения старейшин. Остролистая тоже присоединилась к ним и принесла с собой тревогу, растревоженным пчелиным роем гудевшую над ее шерсткой.

— Произойдет что-то ужасное, — шептала она. — Я чувствую.

Когда Кисточка и Долгохвост наконец вернулись в лагерь, Огнезвезд взлетел вверх по каменной осыпи и закричал:

— Пусть все коты, способные охотиться самостоятельно, соберутся под Каменным карнизом!

Большая часть племени уже и так была на поляне. Из палатки оруженосцев выскочили заспанные Лисенок и Ледышка, из детской вышли Милли и Ромашка в сопровождении всех своих котят. Потом Воробей почувствовал сбоку знакомый запах Белки.

— Мы обнаружили новые обстоятельства смерти Уголька, — начал Огнезвезд, когда все племя было в сборе. — Это был не несчастный случай. Глубокая рана на горле Уголька говорит о том, что его убили.

Со всех концов поляны послышались громкие вопли. В животе у Воробья тревожно заурчало. Он чувствовал, как застыли стоявшие рядом с ним Львиносвет и Остролистая, и ему невольно передался их ужас. От стоявшей неподалеку Белки к нему донеслись страх и горечь.

— Это сделала лиса? — перекрикивая всеобщий вой, спросил Белохвост.

— На нем не было лисьего запаха, — ответил Огнезвезд, когда на поляне вновь воцарилась тишина. — И лиса не оставила бы нетронутое тело в ручье. Она охотится для того, чтобы есть.

— Может быть, он свалился в ручей и наткнулся горлом на ветку? — спросила Белка, и Воробей почувствовал, как отчаянно ей хочется, чтобы это предположение оказалось правдой.

— Я в этом сомневаюсь, — покачал головой Огнезвезд. Грусть в его голосе подсказала Воробью, что предводителю тоже хотелось бы поверить в это объяснение. — Рана была очень аккуратной, похожей на удар, которым воин убивает дичь.

— Ты хочешь сказать, что Уголька убил кот? — недоверчиво воскликнул Белохвост.

— Племя Ветра! — завизжал Терновник. — Наверное, они напали на него около границы и убили! Нужно напасть на них! Прямо сейчас, не откладывая!

Его слова утонули в одобрительных криках воинов, но Огнезвезд взмахом хвоста призвал племя к тишине.

— Не стоит принимать поспешных решений, — пророкотал он, обводя глазами своих соплеменников. — Не забывайте, что на теле Уголька не было запаха племени Ветра. Более того, у нас нет никаких свидетельств того, что он был убит кем-то из другого племени.

Жуткая тишина воцарилась на поляне. Наконец, Бурый дрожащим голосом переспросил:

— Ты хочешь сказать, что Уголька мог убить кто-то из нас?

С бешено колотившимся сердцем Воробей ждал ответа Огнезвезда. Его сестра и брат замерли рядом с ним, и он отчетливо слышал, как Белка, словно задыхаясь, жадно ловит пастью воздух.

— Кто-нибудь из вас знает, кто в Грозовом племени мог желать смерти Уголька? — спросил Огнезвезд.

Воробей едва удержался, чтобы не рассказать все, что он знает. Ему нестерпимо хотелось узнать, что будет дальше, но здравый смысл взял верх над любопытством.

Львиносвет и Остролистая тоже молчали. Сидевшая чуть поодаль Белка затаила дыхание. Воробей знал, что брат с сестрой сейчас вспоминают ужасную сцену на утесе, когда тайна Белки перестала быть тайной. Это — и только это! — стало причиной смерти Уголька.

И теперь они должны были навсегда сохранить эту тайну — ради себя и ради всего Грозового племени.