Игра стихий - Эльвира Плотникова

Пришлось изображать растерянность и изумление:

– О, прости… Забыл наверху. Может, в другой раз? Не хотелось бы возвращаться, плохая примета.

Фу, даже самому противно. Какое мне дело до примет? И врать я не люблю. Но гораздо противнее дарить обручальный браслет той, кого я не хочу видеть рядом с собой всю оставшуюся жизнь.

– Папочка, я принесу, – раздался рядом знакомый голос. – Бес, ты же разрешишь зайти к тебе в комнату?

Мила! Чтоб тебе пусто было! И не заметил, что она тоже тут.

– Конечно, – скрипнул я зубами.

Отец, прищурившись, не сводил с меня глаз.

– Бен, – тихо сказал он, – еще одна такая выходка, и…

– Что «и»? – Я дерзко вскинул голову. – Поставишь в угол? Или возьмешься за розги?

– Ты сам принял решение, – напомнил мне отец, – так и веди себя как мужчина, а не как ребенок. Но если понадобится… – Он наклонился к самому уху. – Выпорю, как ребенка. Назад пути уже нет.

Сердце глухо застучало от гнева. Самое обидное – он прав! Прав… Я все время пытаюсь улизнуть, но выбор я сделал сам.

Мила вернулась быстро. Вручила мне шкатулку, причем с таким хитрым видом, что я не удержался, проверил ее содержимое. С нее станется подсунуть вместо браслета нечто неподобающее! Возвращение домой она мне так и не простила. Хм… Браслет на месте. Значит, стоит поискать сюрприз в комнате, когда вернусь.

– Пойдем, экипаж ждет, – поторопил отец.

О да! Пройти два квартала пешком для герцога – непозволительная роскошь. Ко дворцу непременно нужно прибывать в карете с родовым гербом, торжественно и пафосно. Лойи всемогущий, за какие грехи ты так меня наказал?

Я сел в экипаж и прикрыл глаза. Всего неделя прошла с того дня, как я отослал обручальный браслет Дженни. И она его приняла. Неделя! И вот теперь я везу точно такой же для принцессы, на которой меня вынуждают жениться.

Никогда не подумал бы, что все случится так быстро. Однако стоило отцу заикнуться, что его дочь держали в подчинении при помощи браслета некромантов, император пришел в неистовую ярость. Кажется, это и стало той последней каплей. Восстание против инквизиторов готовилось давно, нужен был только повод. Император его получил. Главу Высших схватили и казнили тем же днем. И не только он – многие Высшие лишились в тот день головы.

Власть инквизиторов держалась на страхе и магии. Не очень надежные союзники. Сила магии в источнике энергии, а естественного источника у инквизиторов не было. В отличие от драконов, которых император сумел привлечь на свою сторону. А страх всегда порождает ненависть.

Простые люди поддержали восстание, потому что устали бояться. Купцы приняли сторону императора, так как хотели торговать с соседними странами. Молодежь желала нового и неизведанного. Аристократы жаждали свободы и власти – инквизиторы и их держали в узде. К тому же многие инквизиторы охотно выступали за перемены и присягали императору.

Восстание не было бескровным и не закончилось за один день. Некоторым инквизиторам из Высших удалось бежать и получить поддержку в провинциях. Тут-то и пошли в ход заложники, дети аристократов, приближенных к императору. Шантаж – страшная сила. Мой опыт и знания пришлись кстати. Буквально на следующий день после казни отец забрал нас с сестрой в Мурильмию, благо в столице было спокойно и безопасно.

Мила, само собой, закатила грандиозную истерику. Я окончательно пал в ее глазах, став настоящим предателем. Но отчего-то меня это мало волновало, тем более Мила быстро успокоилась, обласканная родителями. Еще бы! Единственная дочь жива. Они выполняли любую ее прихоть. Практически любую. А я с головой окунулся в работу. Нашел Влада и других старых приятелей – школы закрыли, ребята остались не у дел. Вместе мы бодро рыскали по стране в поисках заложников, забывая про сон и еду. И вот накануне, в самый неподходящий момент, отец объявил о сегодняшнем визите во дворец.

Сначала я опешил, потом взбеленился. У нас с отцом состоялся серьезный разговор, если не сказать «скандал». Да, я дал согласие. Да, я подписал бумаги. Но какого Рейо нужно бежать знакомиться именно сейчас? Отец дал мне выговориться и спокойно сообщил, что решение принимал император, и я, конечно, могу проигнорировать приглашение, но тогда лично он от меня отречется, потому как у него, кроме строптивого сына, не умеющего держать слово, еще есть жена и трое других детей, и он обязан заботиться об их благополучии. Отречение меня не пугало, но я понимал, что от императорского гнева семью оно не спасет.

Интересно, а сам император отчего спешит? Мы, конечно, в родстве, но в таком дальнем, что приличия позволяют ему выдать за меня свою дочь. Я даже «выгодная партия» в каком-то смысле. Удобно держать при себе человека с моими способностями. И отцу этот брак тоже выгоден – вместе с принцессой я получу титул герцога и собственные владения. Кажется… Левонну? Не помню. Но спешить-то зачем?!

Наверняка принцесса дурна собой. Хотя не все ли мне равно? И глупа, как ослица, ясное дело. Или у нее какой-то изъян, узнав о котором женихи отказываются от нее?

К чему гадать? Прибыли. Скоро узнаю. Экипаж мягко подкатил к парадному крыльцу дворца. Мы с отцом вышли и поднялись по ступеням к распахнутым арочным дверям. Прошли анфиладу залов. Внезапно я понял, что нервничаю. Каждый шаг отдалял меня от Дженни и приближал к женитьбе, от одной мысли о которой меня мутило. Я чувствовал себя приговоренным к казни, причем к казни долгой и мучительной. Ну что, Коул, сбежишь, как последний трус? Или пойдешь до конца?

Ответ очевиден – пойду. В конце концов, знакомство – еще не свадьба. До весны далеко, многое может измениться.

Дальнейшее происходило как в тумане. Протокол, этикет… Приветствия, поклоны, обмен любезностями… Представление девушки – понятное дело, с головы до ног укутанной в балахон, за которым не то что лица, даже фигуры не разобрать. Адель – красивое имя. Вспомнил, что когда-то давно, в детстве, нас представляли друг другу. Мне тогда было лет десять, а она – совсем малышка, годика три-четыре от роду. Помню пухлые детские щечки и белоснежные кудряшки.

Прислушался к ее эмоциям уже с интересом. Хм… Любопытство, настороженность, легкая досада. Неужели я ей не приглянулся? Ха! К сожалению, ее слово в нашей стране вообще ничего не значит. Во всяком случае, пока… Вроде бы ожидаем реформы… Ай!

Чуть не подпрыгнул, когда отец пребольно ткнул меня в бок.

– Бен, дружочек, ты меня слышишь? – довольно усмехнулся Аллишу.

– Ваше величество, он онемел от радости, – ехидно заметил отец.

Ох, кажется, я задумался и что-то прослушал. Некрасиво…

– Прошу прощения, ваше величество, – пробормотал я. – Меня несколько… э-э-э…

– Забирай невесту, она твоя на час, – милостиво повторил император. – Вас проводят.

Рейо побери местные обычаи! Совсем про них забыл. Женщина же вещь, хоть она и дочь правителя. А вещь перед «покупкой» следует рассмотреть получше, пощупать и даже узнать, какова она в «использовании». Сейчас мне предстояло остаться с невестой наедине, и, грубо говоря, я мог делать с ней все, что мне заблагорассудится. Например, приказать ей раздеться догола и осмотреть каждый сантиметр ее тела. Тьфу! Конечно же, с дочерью императора никто не позволил бы такого обращения. У аристократов существовала своя, внутренняя этика. Мы просто поговорим. Или выпьем чаю. Но мысль, что мне предстоит провести целый час в обществе этой девицы, навевала ужас.