Изгнанники Нирваны - Константин Мзареулов

— Подозреваешь, что они работают непосредственно на Прародителей? — задумчиво переспросила Дара. — Можно проверить. Мефисто сам явился ко мне с предложением перебить всех претендентов, заслонявших Мерлю дорогу к престолу, и убедил, что способен это сделать. Без его подсказки я бы на такое не решилась.

Мандор подхватил:

— А тем временем другой брательник занимался охмурением амберитов. Корвин, Фиона, ответьте по возможности честно: не склонял ли вас Фауст ввязаться в какую-нибудь авантюру?

Честного ответа, как и любого другого, он не получил, но по растерянности, мимолетно проступившей на лице Корвина, понял, что Фауст предлагал в Амбере нечто такое, от чего адепты Порядка не сумели отказаться. Дара тоже обратила внимание на мимику своего давнего любовника и раздраженно заявила:

— Не знаю, кто направляет их действия, но недолго братьям безобразничать. Мне доложили, что армия этих колдунов захватила крепость, которую удерживали наши старинные союзники. Придется послать карательную экспедицию.

Мерлин вскричал возмущенным голосом:

— Почему о военных делах докладывают тебе, а не мне? Одновременно с ним задал вопрос встревоженный Мандор:

— О каких союзниках ты говоришь?

Презрительно покосившись на мужчин, Дара буркнула:

— За время, пока болел Суэйвилл, некоторые генералы привыкли, что я решаю многие текущие вопросы. Вот они и поставили меня в известность, что где-то в диких Отражениях, на самом краю Внешнего Пояса Теней есть крепость, которую наши союзники захватили задолго до моего рождения. Теперь гарнизон просит помощи.

— Какие союзники и какая крепость? — повторил Мандор.

— Все генералы, действующие в обход короля, отправятся в отставку! — гневно заявил Мерлин.

Проигнорировав реплику сына, Дара ответила пасынку:

— Крепость называется Нирвана. Когда-то там правил варварский царек по имени Гамлет, которого прикончил Озрик, сын Оберона. И тогда Пифрод, прежний король Хаоса, приказал своему племяннику Суэйвиллу захватить тот сектор. Понятия не имею, для чего твоему деду это понадобилось.

— Припоминаю ту историю, — сказал Мандор. — Кажется, нужно было срочно покончить с Нирваной, чтобы обезопасить фланг перед решающим ударом на Амбер. Отец захватил несколько крепостей и вернулся в цивилизованные Отражения. А в Нирване остался гарнизон наемников какой-то полузвериной расы. С тех пор мы даже не вспоминали о тех местах.

— Пусть даже эти Отражения никому не нужны, я все равно рассчитаюсь с Мефом и его семейкой, — мстительно заявила Дара. — Сегодня же велю собрать отряд наемников. Камня на камне от Нирваны не оставлю.

Ее угрозы не слишком обеспокоили аудиторию, поскольку на судьбу неизвестного королевства всем было наплевать. К тому же большинство амберитов издавна питали стойкую антипатию к Мефисто. Однако брат Мефа считался другом Корвина и вдобавок обещал вернуть Камень Правосудия. Поэтому Корвин деликатно намекнул, чтобы во время вендетты бывшая королева Хаоса пощадила хотя бы Фауста.

— Ты должна понимать, что дикарь действовал, желая помочь мне и Мерлину, — сказал серебристо-черный.

— Он перестарался! — огрызнулась Дара, — Надеюсь, ты не попросишь, чтобы я простила и Мефа?

— Трудно сказать. Он всегда казался мне малоприятным субъектом. Но обрати внимание — Мефисто прислал документы, которые могут сослужить тебе добрую службу. Скорее даже не тебе, а нашему мальчику.

Мандор сказал с улыбкой:

— Меф словно продолжает выполнять обязанности телохранителя. Небывалая верность.

— Может, он — тийга? — подумал вслух Мерлин. Дара снова разозлилась:

— Не болтай глупостей. По-твоему, я не способна отличить демона от недемона?!

— Безусловно, он не демон, — уверенно проговорил Мандор.

— Однако колдун слишком сильный, — засомневалась Фиона. — Столь глубокое проникновение в Искусство недоступно смертным.

— Согласна, — сказала Дара. — Чересчур опасен, а потому должен умереть. Корвин, не проси пощады для этих братьев.

— Можно подумать, мои просьбы что-нибудь для тебя значат.

Пластичным движением Дара положила голову ему на плечо и промурлыкала:

— Ты себе не представляешь, как много значат для меня твои слова. Не представляешь…

В душе Корвина снова зашевелились угасшие чувства, а Дейдра приготовилась к сражению. Но тут Мерлин, зорко следивший за буйной родней, своевременно пожаловался:

— Я даже побаиваюсь Фауста. Его спайкард помощнее моих. К тому же колдун пользуется перстнем так непринужденно, словно привык к Амулегу с давних времен. Как мы с Фракир.

Фиона немедленно припомнила, как призраки Озрика и Оберона пытались наброситься на Фау.

— Фау держался вызывающе даже с Единорогом, словно считал себя равным Олицетворению Мощи, — сердито сказала она. — Дикарь переходит все рамки приличия и должен быть наказан за одно лишь это.

— Может, он из первого поколения? — осторожно спросил Мерлин.

— Не верю, — сказал Корвин. — Мы с братьями недавно вспоминали, что Фау был младенцем на моей памяти. Он гораздо младше меня. И вообще, о его происхождении могут знать только Оберон и Дворкин.

Неожиданно заинтересовавшись, Дара произнесла:

— Я попробую узнать у Сухея. Он почти так же стар, как Дворкин. Кажется, они кузены… Может, старец что-нибудь вспомнит.

Мандор, поморщившись, заметил, что не видит смысла обсуждать колдунов из варварских королевств.

— Я внимательно изучил Мефисто, когда Дара принимала его на службу, — сказал Мандор. — В его ауре отсутствуют признаки как Логруса, так и Лабиринта. Возможно, нирванские братья прошли какой-нибудь дефектный Источник Мощи или доводятся двойниками кому-то из нас. Сейчас это не важно. Тем более что Дара настроена решительно, а потому про Нирвану и ее обитателей можно забыть. У нас намечается более серьезная проблема в лице полноправной принцессы Амбера.

Все удивленно поглядели на него, а Фиона уточнила:

— Ты имеешь в виду Корал.

— Безусловно. — Мандор кивнул.

Дара, продолжавшая прижиматься к Корвину, возбужденно заявила:

— Интересный вопрос. Кстати, Корвин, где твоя сестра, которая может превратиться в нашу сноху?

— С ней все в порядке.

Насупившись, Мерлин вызывающе бросил: дескать, бедную тетушку можно только пожалеть. Могущественные силы, сказал он, сыграли с ней жестокую шутку: сначала заманили в Лабиринт, затем зашвырнули в место, откуда и Бывалому Повелителю Теней непросто выбраться, выдали замуж за патологического предателя и, наконец, изуродовали Камнем. Выслушав его пламенную речь, Мандор проговорил, сардонически ухмыляясь:

— Дорогой братишка, ты очарователен в своей наивности. На те же якобы трагические происшествия с Корал можно взглянуть несколько иначе.