Трое в песках - Юрий Никитин

— В чем?

— Я должна была вернуться… Тогда, после нападения на башнюГольша. Меня ждал Савиджак — великий воин, вождь пустынных воинов. Он былразбойником, но недавно мечом завоевал трон. Его боятся, он непобедим ибеспощаден. К тому же, говорят, он владеет магией.

Олег пробормотал в тоскливом страхе:

— Оказывается, все в этом мире владеют магией… кроме меня.Но почему он опасен для нас? А он опасен, верно?

Он уронил взгляд. Смуглые щеки сильно покраснели. Олегпоторопил, чуя недоброе:

— Ну-ну?..

— Он положил на меня глаз, а глаза у него черные! Раньше вего сердце были только битвы, походы, осажденные крепости. Когда мыповстречались в замке Мардуха, он впервые воспламенился женщиной и поклялся,что возьмет меня в жены. Сгоряча или сдуру, но почему-то не хочет отступать.

— Каждый сходит с ума по-своему, — пробормотал Олег. —Значит, у него уже есть все, если может такое…

— Да, у него есть все, — подтвердила она совсем обреченно.

Олег сжал зубы до скрипа. Бед выше головы, а тут, какговорит Мрак, с дерева упал, а внизу еще и змея укусила.

— Похоже, не совсем знает, чего добивается, — сказал онсухо.

— Не знает, — согласилась она торопливо. — Я всажу в негонож, едва коснется меня своими лапами! Но он уверен в себе, меня это страшит.Ему всегда все удавалось.

— Когда-то под ним лед обломится. Как он знает магию?

— Не знаю. Но он из тех, кто добивается, чего хочет.

Олег потемнел:

— Ты под стать нам. К несчастью. Тоже не выбираешь враговполегче да подальше.

Она искоса посматривала в его осунувшееся лицо, предложилавдруг:

— Хочешь, я останусь здесь? Савиджаку нужна только я. Завами не погонится.

Олег отвел глаза, ударил коня в бока пятками. Лиска тревожносмотрела, как догнал друзей, втроем долго совещались, спорили. Мракоглядывался, она съеживалась под злым волчьим взглядом. Наконец придержаликоней, Мрак бросил ей неприязненно:

— Тебе лучше остаться. Ежели твой Савиджак дерется неплохо,то за такого хлопца почему не пойти?

— Не хочу, — ответила она тихо. — Но если не хотите, чтобы яехала с вами, я уйду.

Мрак кивнул, соглашаясь, Таргитай же вскрикнул торопливо:

— Нет-нет, боги велят защищать детей и женщин! Кто бы твойжених ни был, нам одной злой собакой больше, одной меньше…

Олег молчал, не чувствуя за собой права сказать слово, Мракзло гаркнул:

— Есть разница: один… бьет, другой — дразнится. От собакидаже ты отобьешься… может быть, а от стаи?.. Ладно! Она терпимую похлебкусварила прошлый раз. С такой стряпухой расставаться жаль.

Лиска вспыхнула, гордо выпрямилась, выпятив грудь:

— Я принцесса!

Мрак пренебрежительно отмахнулся:

— Принцесс, да хоть королев, как жаб на теплом болоте: вкаждом племени… А суп сварит не каждая. Предупреждаю: плохо будешь готовить —отдам Савиджаку. Еще и доплатим, чтобы взял.

Когда солнце уже садилось, заметили в дальней излучинедомик. Мрак поспешно свернул, пустил усталого коня в галоп, скоро отдохнет.Постучал в ставни, не слезая с седла:

— Хозяин!.. Эй, хозяин!.. Не дашь ли водицы напиться? А тотак есть хочется, что переночевать негде.

Дверь скрипнула, на пороге показался лохматый, приземистый,голый до пояса, с животиком мужик: при деревянном щите, обтянутом кожей, остромтопоре на длинной рукояти. Зыркнул из-под лохматых бровей, прорычал:

— Кто такие?

— Пусть боги нас раздерут на части, — сказал Мрак, — иразмажут по стенам, ежели не друзья!

Мужик скупо ухмыльнулся, бросил:

— Слезайте. Мы народ бедный, но за коней не беспокойтесь:ячмень и ключевая вода есть.

Мрак спрыгнул с седла, кивнул:

— Мы можем и ячмень, мы ко всему привычные. Таргитай вон ужелапу сосет. Благодарствуем!

Мужик опустил щит, ухмылка стала шире:

— Да?.. Тогда бараний бок с кашей пущай отнесут вашим коням.

Когда расположились в сарае и на сеновале, помылись и поели,хозяин снова зашел, присел на грубо сколоченную табуретку.

— Кони накормлены, напоены. Ваша девка проверила. У насредко бывают заезжие, все вестям рады. Что в мире делается? Куда путь держите?Судьбу пытаете аль от судьбы лытаете?

Мрак поднялся, надоело не только рассказывать о себе, но ислушать, вышел. Таргитай смотрел добрыми глазами на Олега, тот скупо, ноподробно рассказал об их злоключениях, о тяжкой задаче, которую поставила передними судьба. Мужик слушал с удивлением, хмыкал, ерзал, а когда Олег закончил,протянул:

— Ну, хлопцы… При чем тут судьба? Сами дурью маетесь. Шило взадницах, не сидится в тепле. Сгинете у первого же дерева, но задумали здорово.Я бы помог, дурням да юродивым сами боги велят помогать, но вам помочь могутразве что сами боги… Но до них дряпаться высоко, а в землю к Ящеру — сразу,близко. Вам мог бы подсказать да помочь Старик… но захочет ли?

— Что за Старик? — насторожился Олег. — Волхв?

— Ведун, ведьмак, кударь… Старик — потому что Старик. Дедызнали Стариком, а им деды говорили, что всегда был Стариком.

— Значит, волхв, — определил Олег.

— Ну, ежели и волхв, то не нашей исконной веры. У него богине наши, а донаши. Старые.

Олег подпрыгнул, завертелся, как уж на горячей сковородке.

— В старых книгах ничего…

Хозяин пренебрежительно отмахнулся:

— Горы рассыпаются, а ты — книги! Говорят, в этих краяхалмазная гора стояла. Раз в тыщу лет прилетал ворон, точил о вершинку клюв. Всюсточил, паразит в перьях!.. Так привык прилетать сюды, что уже яму вырыл, всеклюв точит. Говорят, что ворон не совсем простой. Они, заразы, долго живут, ноне столько же?

Олег подумал, вздохнул:

— Да, это может быть какой-то из старых. Но вы знаетесь сним?

— С вороном?

— Нет, со Стариком.

— Он нас не больно жалует. Была засуха, ни одной тучки непригнал! А лесной пожар загасил: гадов лесных пожалел. Другое зверье, чтопошустрее, утекло само.

Таргитай вмешался горячо:

— Люди могут за себя постоять, а звери — нет! Покажешьдорогу?