Искатель - Дмитрий Кружевский

– Что, герой, больно? Но это только начало. Ты вообще понимаешь, с кем связался? Я чемпион Гартанского университета по имбосу, а вы, земляшки, не то что как воевать, но уже и как драться, поди, позабыли.

– Ну так покажи, – процедил сквозь зубы Кирилл, усилием воли подавляя боль и поднимаясь с земли.

– О, встал? – удивился Зейк. – А ты, наверное, не так уж и безнадежен.

На этот раз он не стал бросаться на Кирилла, а принялся кружить вокруг него, изредка нанося удары. Кирилл, отражая их, анализировал противника, вспоминая все, что знал о стилях. Увы, об имбосе он не слышал. Судя по движениям и применяемым Зейком приемам, имбос делал ставки на неожиданные выпады и сильные удары ногами, заставляя противника уходить в глухую оборону, изматывая его, затем, по идее, должно было идти добивание.

Неожиданно всплыли в голове слова учителя, сказанные в самом начале тренировок:

«Кир, многие из твоих противников будут сильнее тебя. Не старайся победить силу, будь просто лучше их, умнее их».

Кирилл усмехнулся. Несомненно, Зейк занимался не меньше его, а, возможно, у него просто больше практики. Но он очень самоуверен.

Пропустив еще один удар в плечо, Кирилл упал на одно колено. Зейк победно улыбнулся и метнулся к парню, занося руку для рубящего удара, но Кирилл неожиданно вскочил и, скользящим движением уйдя вправо, оказался за спиной у нападавшего. Зейк среагировал и стал разворачиваться, но юноша нанес ему резкий удар в челюсть, после чего схватил за запястье руку, все еще продолжавшую ударное движение, и крутанул противника вокруг оси. Раздался противный хруст, затем дикий вопль. Зейк рухнул на колени и, крича, смотрел на свою выгнутую под неестественным углом руку.

– Всем замереть на месте! – раздалось сверху.

Кирилл поднял голову и зажмурился от света прожектора. Вниз скользнули две тени, и перед парнем приземлился страж, закованный в биодоспех, делающий его похожим то ли на гигантскую ящерицу, то ли на какое-то диковинное насекомое. Страж посмотрел на Кирилла, покачал головой и поднес руку к шлему. Шлем разделился на множество мелких частей и, превратившись в тонкие паутинки, втянулся в ворот доспеха.

– Ну и что тут произошло?

– Он… он мне руку сломал, – проскулил Зейк.

– Вижу, – страж повернулся к Кириллу: – Вам придется проехать с нами в участок. И вам, кстати, тоже, – добавил он, ткнув пальцем в сторону Зейка.

– Успокойтесь, Ирина Анатольевна, все с ним в порядке.

Женщина обессиленно опустилась на стоявший у столика стул и разревелась.

– Извини, Толь, я просто переволновалась, – через минуту сказала она, вытирая слезы и взяв протянутый ей бокал с минералкой.

– Да я понимаю. – Мужчина в черной форменной одежде с нашивками стража уселся на стул напротив. – А вообще твой Кирилл молодец, не побоялся.

– Иногда я жалею, что отдала его в секцию Владлена, – всхлипнула женщина. – Он такой безрассудный. Весь в отца пошел.

– Ну, успокойся, – Анатолий взял пустой бокал и, подойдя к автомату, вновь наполнил его минералкой. – Твой парень, кстати, спас двух девчонок из К-интерната. Эти подонки хотели их изнасиловать.

– Изнасиловать? – Женщина недоверчиво уставилась на стража. – Дикость какая-то.

– Дикость, – усмехнулся страж. – Для нас да, но не для них. Они прибыли к нам из Саксо-Германской Империи, а у них там клонированные – это бесправная рабсила.

– Надеюсь, их задержали?

– Задержали, – вздохнул Анатолий. – Но, увы, через пару часов вынуждены были отпустить: они подданные империи, и нас вежливо попросили прикрыть это дело. Они, конечно, извинились и даже заплатили большой штраф, но ты бы видела, с каким недовольством и презрением все это происходило. Утешает одно: этим подонкам теперь навсегда закрыт путь в пределы системы. Если еще раз объявятся, колония им обеспечена.

Дверь с легким шелестом ушла в сторону, и на пороге появился Кирилл в сопровождении еще одного стража, а вслед за ними в комнату заскочили две девушки и пристроились рядом с парнем.

– Вот не могу никак домой отправить, – кивнул конвоир на девушек. – Так всю ночь и просидели в коридоре.

Женщина посмотрела на насупившегося сына, потом на сжавшихся девчушек и вздохнула.

– Мам, я…

– Молчи уж. – Мать встала и, подойдя к сыну, крепко его обняла. – Знаешь, а я ведь рада, что ты у меня такой. Ладно, пошли домой.

Они вышли из участка вместе с девушками. Во дворе стоял глайдер с эмблемой интерната.

– Вас как хоть зовут? – наконец спросила Ирина, разглядывая похожих как две капли воды девушек.

– Лиа, а ее Эна, группа двести тридцать четыре-Л, – сказала одна, подходя ближе. – Мы вторичники и хотим поблагодарить вас и вашего сына за то, что он спас нас. Эна очень испугалась, а запястников у нас нет, и мы не могли вызвать помощь. Мы все время гуляем в том сквере, и раньше никогда ничего подобного не было.

– Ясно, – женщина вздохнула. – Ладно, девочки, мы домой, вашему спасителю надо поспать.

– Спасибо вам еще раз, – девушки дружно поклонились и направились к ожидавшему их глайдеру.

Однако Эна неожиданно остановилась и, развернувшись, подбежала к Кириллу. Схватила парня за руку.

– Можно мне прийти к тебе в гости?

Кирилл явно растерялся и вопросительно посмотрел на мать.

– Можно, – Ирина ласково улыбнулась.

Девушка улыбнулась в ответ и, отпустив руку Кирилла, побежала обратно к «сестре».

Ирина сидела на полу, опершись спиной о стену, и смотрела на спящего сына. Как он похож на Олега: тот же рост и стать, те же непослушные русые волосы, вечно торчащие во все стороны, несмотря на все укладки, тот же упорный характер. Пожалуй, лишь глаза достались ему от нее, такие же ярко-зеленые. Она почувствовала, как слезы текут по лицу, а в груди, как и девятнадцать лет назад, что-то судорожно сжалось.

Корабль превратился в груду металла, которая лишь по инерции продолжала движение к цели. Ирина пробиралась по коридору, заваленному различным мусором и остатками человеческих тел, до крови искусав губы, стараясь сдержать крик отчаяния и ужаса. Уже месяц прошел со дня катастрофы, а она так и не смогла привыкнуть. Внутри корабля постоянно раздавался протяжный скрип, а иногда из оплавившихся стен выплескивались целые фонтаны искр, осыпая девушку и заставляя ее испуганно отскакивать в сторону. Би-металл, обладавший памятью, пытался восстановить прежний облик корабля, – но тщетно. Иногда по всему корпусу пробегала волна дрожи, точно эта некогда красивая машина билась в агонии, и Ирине приходилось падать ничком, вцепляясь в трещины, образовавшиеся в полу. К счастью, генератор С-поля уцелел. Он запечатал эту часть корабля, предотвратив утечку воздуха.

Им с Олегом повезло. Она находилась с мужем в рубке управления, когда произошла эта катастрофа. Но до сих пор она не знала, что тогда случилось на подходе к Плутону. Удар был такой силы, что компенсационные кресла, позволявшие без труда переносить пятидесятикратные перегрузки, застонали под навалившейся тяжестью. Это их и спасло, у других членов экипажа, находившихся на своих рабочих местах или занимавшихся личными делами, просто не было времени среагировать на происшедшее.