Демон между трех огней - Ирина Смирнова

Что-то у меня сегодня со всеми этими королевскими страданиями, перебежками и выяснениями, кто за кого и для чего, времени на общение с мужьями совсем не оставалось.

То есть я за них держалась цепко, как обезьянка, пользуясь тем, что во дворце мне не надо изображать из себя лэра — приятная компенсация за корсет, парик и туфли, — и иногда улыбками обменивалась. А так — ни поцеловаться, ни пообниматься, ни поговорить о чем-то важном — кругом же враги, в смысле вражьи уши. Разве что во время танцев, да и то, к сожалению, не всегда удавалось.

Анаэль, чтобы не страдать в одиночку, строгим королевским голосом выдал:

— Активнее втирайтесь в здешнее общество. Наши подданные должны вас уважать, а не икать и сливаться со стеной. Драконы — это мир, покой и спокойствие, а не стихийное бедствие, типа всяких там охотников Ордена. Запомните: вы — аристократические оборотни, новый виток эволюции. Так что вперед, по бабам…

Ну и сам тут же принялся показывать пример, чтобы никто из здешних лэраи не ушел обиженным.

За тридцать с лишним дней, прошедших после первого связанного с драконами пророчества, народ успел свыкнуться с нашим существованием. К тому же теперь мы были «свои»; потому что завелись «чужие». От Фредониса шарахаться практически перестали, резко вспомнив, что он совсем родной и местный. И на нас с Ниммеем поглядывали уже без ярко выраженного опасливого презрения.

Так что приглашения на танец дамами принимались более-менее благосклонно. Некоторые удивлялись, некоторые проявляли какое-то не совсем здоровое любопытство, заставляющее меня агрессивно порыкивать мысленно.

Мне вообще не очень нравилось, что мои… и-ить, МОИ мужчины танцуют с какими-то другими женщинами. Причем Фредо я ревновала гораздо сильнее, чем Нима, хотя вроде бы логичнее было бы наоборот. Но когда мой черноволосый красавец обнимал за талию очередную лэру, у меня зубы сами по себе скрежетать начинали, а ведь они еще общались! Каждая улыбка, предназначенная не мне, заставляла мои кулаки сжиматься, и я едва сдерживалась, чтобы не подбежать и не выдернуть мужа из чужих загребущих лапок.

К счастью, я понимала, что на девяносто процентов в моем состоянии виновата повышенная духовная ранимость. Хорошо хоть, злюсь, а не рыдаю обиженно в уголочке.

Кстати, меня тоже приглашали, причем несколько раз один и тот же довольно милый молодой человек, явно не из Хитхгладэ. Такого разреза глаз я здесь ни у кого не видела — вроде бы и большие, но какие-то… особенные и чуть выпуклые. Правда, это его совсем не портило. А еще у него была толстая белоснежная коса, даже длиннее, чем у Нима.

Первый раз он пригласил меня, когда я стояла сразу с двумя своими мужчинами. Причем сначала спросил разрешения у каждого из них и только после этого поинтересовался моим желанием.

Если бы не смешинки-искорки в его ярко-голубых глазах, ни за что бы не согласилась!

Но тут, как назло, Фредонис, заметив знак Анаэля, извинился и направился «танцевать». очередную лэру «за восемьдесят».

Остальные члены нашей команды тоже развлекались налаживанием контактов с женской половиной зала. А Агата и появившиеся уже после нашего собрания в малом зале жены Сальваторе принимали приглашения от мужчин.

Нет, я понимала, что у нас появилась прекрасная возможность со всеми перезнакомиться. Это остальные парни и так всех знали, лишь мы с Нимом — совсем «не местные». Даже Агата уже почти ассимилировалась, еще с прошлого празднования.

Но сейчас среди приглашенных было довольно много иностранцев, решивших выяснить, что же именно случилось в Хитхгладэ.

— Лэра, позвольте вас пригласить на один танец. Обещаю быть предельно вежливым.

Я уже приготовилась ответить отказом, но во взгляде блондина сверкнули эти проклятые смешинки… А Фредонис отправился «налаживать контакты». … чтоб их всех… итить!

Так что мне тоже можно! Тем более мужья же разрешили… значит, сами виноваты.