Непокорная - Татьяна Серганова

Работа.

Надо признаться, что это было последнее, о чём я думала в тот момент.

Уже давно пришли все остальные, офис наполнился привычным для нас шумом — нестройный хор голосов, постоянная трель телефонов, шум работающей техники и запах кофе. С непривычки у кого-то через полчаса могла разболеться голова, но мы жили этим шумом и дыша единым ритмом. Это была не просто, а наша жизнь.

Но до конца собраться у меня так и не получилось.

Вот уже более получаса я сидела в своём закутке, просматривала документы и не видела слов. Все буквы и цифры просто сливались во что-то непонятное и неразборчивое. Они скакали, прыгали, а иногда просто расплывались перед глазами. В какой-то момент заподозрила, что артефакт-переводчик сломался или разрядился, и поэтому я ничего не могу понять. И даже проверила его на ошибки. Но нет, всё нормально. Я просто была слишком взволнована последними новостями.

Захлопнув папку, откинулась на спинку стула и устало вздохнула. Вот и как прикажете работать, когда все мысли только об одном усато-полосатом хищнике?

Нет, мне нужна была разрядка. Если сейчас мне трудно, то что же будет дальше. Я не могла позволить себе расслабиться и пустить всё на самотёк. Нет, подобного рода поступки уже давно были мне не свойственны. Сейчас я предпочитала взвешенные решения, точный расчёт и свободные отношения.

И я знала, что здесь, в Америке, был только один Колдун, который мог вернуть мне уверенность и спокойствие.

Рука сама потянулась к телефону. Понимала, что звонить не стоит, но устоять перед соблазном не смогла.

— Русалочка, — промурлыкал Мак, когда я уже собиралась отключить вызов. Так долго он не отвечал.

— Привет. Ты занят? — спросила у него и быстро огляделась.

Но дорогие коллеги были слишком заняты собственными делами и внимания на меня не обращали. Эванс как заперся у себя в кабинете рано утром, так до сих пор не вышел.

Новость о новом акционере еще не прошлась по нашему офису, и было относительно спокойно. Но я-то знала, что скоро грядёт буря, и от этой мысли невольно пробирала дрожь.

Надо признаться хотя бы самой себе: я боялась и ждала этой встречи с Саидом. Как бы глупо это ни звучало, но в глубине душе мне хотелось показать этому Оборотню, какой я стала, чего достигла без него за эти годы.

— Ты же знаешь, киска, я для тебя всегда свободен.

Невольно поморщилась, услышав его фривольное и пошлое обращение, но от комментариев воздержалась. Что за дурацкая привычка собирать зоопарк — рыбка, киска, зайка, мышка и прочее. Никогда её не понимала. Хотя знала, почему он так обращается к своим любовницам — так точно имена не перепутает.

— Моя рыбка проголодалась? Быстро ты резерв растратила. Что успела натворить? Кого прокляла?

Как будто Ведьма только и может, что ходить и проклинать других направо и налево. А если Сирена, то еще и притапливать в каждой луже.

— А если просто соскучилась?

— Даже так, — с придыханием ответил Колдун и замурлыкал точно котёнок. — Я тоже скучал. Тебе повезло, радость моя. Сегодня у меня как раз есть свободный вечерок. И я с радостью приму тебя. Есть пожелания?

— Удиви меня, — усмехнулась в ответ, с трудом сдерживая улыбку.

— Обещаю, тебе понравится.

Поговорив с Маком, я немного успокоилась, и настроение даже приподнялось. Если завтра мне будет суждено встретиться с Саидом, то я буду во всеоружии. Сытая, с максимальным резервом и счастливая. А то еще решит, что я по нему скучала и страдала.

«А ведь скучала и страдала», — мысленно вставила сущность.

Но я от неё отмахнулась. Это было давно и неправда.

С усиленным рвением принялась за работу и о темноглазом кошаке не вспоминала до самого обеда.

В двенадцать часов пополудни до нашей главной сплетницы, наконец, дошла весть о существенном изменении состава совета директоров. И началась всеобщая истерия.

Наши девочки и даже часть мальчиков забросили работу и принялись копаться в интернете в поиске хоть какой-то информации о Саиде. Теперь чуть ли не из каждого монитора в офисе на меня смотрел Оборотень — в деловом костюме или в одних плавках, которые чётко облегали совершенную фигуру, на отдыхе или на светском рауте, с новой любовницей или с деловыми партнёрами. Саид был везде. И на каждой фотографии он смотрел так, что у меня невольно начинали пылать щеки от воспоминаний трехлетней давности. Девочки вздыхали, облизывали губки и томно закатывали глазки. Я могла их понять.

Сама отлично помнила, каким образом в первый раз увидела его фотографию.

Что должна чувствовать почти семнадцатилетняя девочка, узнав, что кто-то выкрал её документы и выставил на Торги? Смятение, недовольство и злость. А еще обиду, потому как сделал это не кто иной, как моя дорогая бабка. Может, Марианна и хотела, как лучше, но было очень больно.