После - Анна Шнайдер

— Не совсем, ваше величество.

— Что? — Арен поднял брови. Гектор глядел на него, хмурясь и поджимая и так тонкие губы.

— Это мелочь, я понимаю, и совсем не доказательство. Но все же. Виго Вамиус сбежал ночью, когда о портальной ловушке еще никто не знал. Значит, он сам знал точно, и понимал, что рискует быть не то, что арестованным — испепеленным. Но Адриан сбежал сегодня, только после того, как услышал новости от коллег. Почему? Ваш племянник такой трус, что должен был унести ноги одновременно с Вамиусом, если не раньше.

— Возможно, он опасался, что я догадаюсь и никуда не отпущу Агату.

— Да, такой вариант есть, — кивнул Гектор. — Но вы все же не шаман-прорицатель, ваше величество. Учитывая характер Адриана, вы скорее подумали бы, что он где-то загулял, чем предположили покушение на свою дочь.

— Это точно, — пробормотал Арен. — Думаешь, он не знал? Убежал тогда зачем?

— Наверное, полагал, что вы не будете разбираться, и просто испепелите всех, кто мог иметь отношение к портальной ловушке. И его — в первую очередь.

— Это глупо, Гектор.

— Глупо, ваше величество. Но эта глупость вполне могла прийти в голову вашему племяннику.

— Согласен. У тебя все?

— Из срочного — все, — подтвердил Дайд. — Остальное я доложу ближе к вечеру. Пока собираем информацию.

* * *

По дороге в госпиталь Вагариус рассказывал Синтии о том, что такое портальная ловушка. Оказалось, что она впервые слышит это понятие, и Вано поблагодарил Защитника за то, что это именно так — все же мама Софии пока не понимала истинного масштаба трагедии и ей было проще надеяться на положительный исход, чем ему.

— Портальная ловушка — это что-то вроде магической клетки. Попавшие туда не могут перенестись пространственным лифтом, да и не успевают чаще всего — стены клетки вспыхивают огнем и пламя стремится внутрь, сжигая все на своем пути.

— Значит, эту ловушку создают маги? — спросила женщина испуганно. — Четыре мага?

— Нет. — Вано покачал головой. — Четыре артефакта, установленных в четырех углах клетки. Артефакты, конечно, делает маг. Чтобы ловушка сработала, нужен еще портальный ключ. Пока этот ключ не попадает в определенную пространственную… э-э-э… в общем, пока он не попадает в определенную точку на местности, и он, и эти артефакты как бы спят. А как только попадает — ловушка активируется.

Синтия задумалась, морща лоб и кусая губы. Вано не представлял, о чем она думает — наверное, это все звучало для нее, обычного человека, очень странно.

— Получается, четыре артефакта — в углах клетки, а ключ — внутри. Да?

— Да.

— А как он попадает внутрь?

— Чаще всего портальный ключ подкладывается тому, на кого рассчитана ловушка. В этот раз, я думаю, он был у охранника ее высочества. Подложить что-то, например, в аптечку, проще всего. Агата и София на магмобиле доехали до нужной точки, ключ активировался, ловушка сработала.

— Ясно, — пробормотала Синтия, опуская глаза. Она вообще старалась лишний раз не смотреть на Вагариуса, а если все же смотрела, то быстро отводила взгляд, бледнея. — А… Получается, это нельзя обнаружить заранее? Ключ, артефакты…

— Ключ нельзя. Ну, если только знать точно, что вот на этом предмете есть формула портальной ловушки. А артефакты обнаружить можно, на расстоянии примерно в метр они начинают фонить силой, и это можно засечь другими артефактами, если проверять местность.

— Не проверяли?

Вано грустно усмехнулся.

— Проверяли. Но мы проверяли улицу, на которой стоит Императорский музей. А артефакты для портальной ловушки были заложены на соседние улицы, из-за чего при активации они снесли четыре жилых дома.

Вот теперь она посмотрела на него.

— Четыре дома?!

— Да.

— Это… — Синтия запнулась. Голос ее внезапно осип. — Сколько же погибших?

— Много. Точной цифры я пока не знаю, но предполагаю, что не меньше двухсот человек.

— Защитница, — прошептала она с ужасом. — Неужели это все только для того, чтобы убить наследницу?

— Это для того, чтобы убить императора. Не физически, так морально. — Магмобиль остановился, и Вано покосился в окно. — Выходим, приехали.

Возле двери в палату, где находилась Агата, стояли четыре охранника, и Синтия, пока шла по коридору, все сильнее сжималась и втягивала голову в плечи. Ей явно было не по себе.

— Мы хотели бы поговорить с лечащим врачом, — обратился Вано к старшему из охранников. — Передайте, пожалуйста, айле Арманиус, что пришли родственники аньян ее высочества.

Мужчина на пару мгновений заглянул в палату, а затем кивнул Вагариусу.

— Проходите.

Вано не ожидал, что Эн пустит их настолько быстро, поэтому слегка напрягся. Как отреагирует Синтия, когда увидит, что стало с Софией? Он так и не понял, осознала ли она, что произошло с ее дочерью.

Эн стояла возле койки, держась одной рукой за спинку, когда Вано и Синтия зашли в палату. На столе позади нее безопасник заметил какие-то книги, тетради, листы бумаги, на одном из которых был зарисован кокон энергетического щита.

— Здравствуйте, — сказала девушка. Вагариус тоже негромко поздоровался, косясь на Синтию — не упадет ли в обморок?

Она не падала. Бледная, как снег, смотрела на сияющий контур вокруг тела Агаты и дрожала.

— Софи… — прошептала, делая шаг вперед, словно намеревалась подойти, но была остановлена мягким, но решительным голосом Эн.

— Не трогайте, пожалуйста. Обожжетесь.

Только после этого Синтия обратила внимание на врача.

— Это… это и есть щит, да? То, во что превратилась моя девочка?

— Да, — ответила Эн, кивая на стулья возле стола. — Садитесь, пожалуйста. И вы, айл Вагариус, тоже. Кстати, охранник сказал, что пришли родственники. То есть, вы оба?

— Оба, — сказал Вано, усаживая Синтию, но сам садиться не стал, застыв рядом. — Айла Синтия Тали мама Софии, а я ее дедушка.

— Очень хорошо. — Кажется, Эн обрадовалась. — После нашего с вами разговора пойдете в процедурную, сдадите кровь.

— Зачем? — уточнил Вагариус.

— Я собираюсь использовать кровные артефакты. Кровь Софии достать невозможно, хотя бы ближайших родственников. Отец ее, как я понимаю…

— Он умер. — Вано опустил глаза на Синтию, которая продолжала изучать фигуру Агаты в коконе щита. — Вы думаете, что-то можно сделать?

Эн тоже взглянула на Синтию, чуть слышно вздохнула, а затем громко произнесла:

— Айла Тали, посмотрите на меня.

Мама Софии вздрогнула, поднимая голову.